Н-да! Васиэль, кошак ты мой пернатый, сделай так, чтобы к моменту прихода моей маман они разбрелись смотреть сериалы!!! Ведь нажалуются! Как пить дать! А вытерпеть корвалольную истерику, которая сегодня и без их доносов мне грозит, в этом мире может только отец!
«Эгм… кхе-кхе… Томочка, я вот тут прислушиваюсь к твоим мыслям и все никак понять не могу… Ты что, все вспомнила?!! Все-все?!»
На радость бабкам, я остановилась, не дойдя до подъезда пару шагов, и крутанулась на месте, словно пытаясь разглядеть кого-то летающего у меня над ухом.
– Васиэль?!
«И незачем так орать! Достаточно подумать! Так же, как у тебя случайно вышло в первый раз!»
Соседки переглянулись и, придвинувшись друг к другу, в упоении зашушукались:
– Говорят, она головой стукнулась, когда с балкона выпала.
– Кстати, ее любовник скинул!
– Да ниоткуда она не выпадала, просто на нее грабители напали, а в больнице на наркотики подсадили!
Я покосилась на цвет интеллигенции нашего дома. Ну теперь мне точно конец! Хорошо дома корвалола два пузырька оставалось, надеюсь, маме хватит!
И бросилась за Элкой, тревожно выглянувшей из подъезда.
– Том, ты уснула, что ли?
Интересно, а как она отнесется к летающему у меня над ухом невидимому ангелу? В худшем случае сама спровадит в больницу, в лучшем – посчитает бредом!
«Ты кого сейчас бредом назвала?»
Поднимаясь вслед за подругой, я от неожиданности вздрогнула и чуть не выругалась.
«Обрадовался, что я тебя вспомнила? Теперь буду всю жизнь твои умозаключения слушать?»
«Так поговорить-то не с кем! – вздохнул Васиэль и тут же насторожился. – Слушай, так ты и Алекса вспомнила?!»
«Вспом…»
– Черт!
Слушая раздающийся у меня в голове треп крылатого, я не заметила последнюю ступеньку. Едва не сбив отпрыгнувшую в сторону Элку, я врезалась в соседскую дверь и плавно по ней сползла, окончив свой акробатический этюд на полу.
«Ой, Томочка, ну нельзя же так реагировать на вопросы!» – натужно прокашлял голос ангела.
«Да плевать мне на Алекса и на тебя с ним заодно!!! Придумал, когда допрос учинять!»
«Ну извини! Забыл про твои припадки. Кстати на будущее. Скажи, они возникают, когда ты начинаешь думать?»
– Том, ты меня, конечно, извини, но врачу я бы тебя все же показала! – Едва сдерживая смех, ко мне подошла Элка.
«Хи-хи, даже твоя подруга со мной согласна!»
– Вставай!
Стиснув зубы, я вцепилась в ее протянутую руку, но тут поддерживающая меня дверь куда-то делась. Сообразив, что падаю, я не придумала ничего умнее, как дернуть Элку на себя. Мы ввалились в прихожую, попутно сбив с ног соседку – вечно сующую нос во все мои дела моложавую старушку.
– А-а-а! Помогите, грабют, убивают! Насилуют!!! Милиция! А-а-а!
– Тьфу! – Элка поднялась первой и, ухватив меня за руку, рывком поставила на ноги. – Ты на себя в каком веке последний раз в зеркало-то смотрела?
Не дожидаясь ответа от побагровевшей соседки, Элла решительно вытолкнула меня на площадку и захлопнула за нами дверь. Выудив из сумки ключ, она шагнула к моей квартире.
«Ну, гад, признавайся, это ты все подстроил?»
«Под ноги смотреть надо! А гада я тебе еще припомню!»
Замок щелкнул, и Элка, втянув меня за собой, захлопнула дверь.
Как раз вовремя!
Соседка, видимо, справилась с шоком, вылетела на площадку и снова запричитала:
– Караул, милиция! Спасите-помогите! Грабют!!! Убивают!!!
– Ну хоть не насилуют! Дошло! – прильнув к глазку, констатировала подруга и нервно хихикнула. – А чего она у вас такая дикая? Подумаешь, ввалились в квартиру две тетки, сбили с ног, отругали и смылись.
– Действительно, и чего так реагировать? – поддакнула я, едва сдерживая смех, и, отпихнув ее, тоже полюбовалась на мечущуюся бабку.
Секунду спустя мы хохотали так, что даже заглушили доносящиеся из подъезда вопли. Наконец сообразив, что на ее крики никто не явится, соседка удалилась к себе, громко захлопнув дверь.
– Истерика! – всхлипнув несколько раз, выдохнула Элла и, скинув туфли, пошла на кухню.
Я поспешила за ней.
– Ути мой маленький, мой голодненький кис! – донеслось до меня, едва она скрылась за дверью.
Вздохнув, я шагнула следом, зная, какую картину сейчас увижу. Над пустой миской с печальными глазами сидел кот, а подруга, выставив на стол бутылки, судорожно рылась в морозильнике. Наконец нашарив в моем леднике остатки мойвы, она сунула ее в микроволновку и через несколько секунд шлепнула в миску.
Кот отпрянул, понюхал предложенное угощение и, недовольно пофыркав, стал закапывать.
«Да вы что, сговорились? Чтобы я жрал такую дрянь?!» – взвыл в голове голос Васиэля.
«Ну ту же рыбу ты сожрал?» – Я улыбнулась, поглядывая на разошедшегося кота.
«Я ее выкинул. Незадолго до вашего прихода! И вообще, я требую уважительного отношения к виду кошачьих!» – Кот посмотрел мне в глаза и протяжно мяукнул.
«Обязательно! Только сначала дождемся уважительного отношения к виду людей!»
– Не хочешь рыбки? – Элка озадаченно изучила нетронутую мойву и, пожав плечами, вновь заглянула в холодильник. Достав связку сосисок, она пинком отстранила радостно завертевшегося у ее ног кота и констатировала: – Сыт, куманек, коли гущу не жрешь! Сосиску еще заслужить надо!
«Ах вы… да я… а она… ну ладно!» – прошипел по-кошачьи Васиэль и, подняв хвост, гордо покинул поле боя.
– Совсем ты его разбаловала! – Подруга покачала головой и, плеснув в кастрюлю воды, стала методично укладывать в нее сосиски.
– И не говори! – усмехнулась я, усаживаясь за стол.
– И так разожрался, вон какой привереда стал! Пусть на мышиной диете посидит!
Включив конфорку, она поставила кастрюлю на плиту и, вытащив из стола открывалку, подсела ко мне.
– Ну, дорогая, за твое выздоровление! И все же посоветовалась бы ты с врачом! Может, тебе еще месяц дома посидеть? Вдруг мозг травмирован?
«Угу, как травмировать то, чего нет?» – ехидно фыркнул голос ангела.
Вот язва!
– Хотя твое состояние можно списать на жару, – ловко открыв две бутылки, продолжала рассуждать Элка.
«Это ты, девочка, про ее безголовость? Ой, хотелось бы, только это врожденное!»
Вот гад пернатый!
Чтобы не ляпнуть чего нелестного в его адрес, я цапнула придвинутую подругой бутылку и сделала хороший глоток.
– Кстати, а ты с тем парнем еще встречаешься?
Неожиданный Элкин вопрос застал меня врасплох.
– С каким?
– Ну с которым ты у меня на дне рождения была?
– Стоп, Эл, а я думала, ты про него не помнишь.
– Ха, а с какой радости я должна была его забыть?
– Но тогда почему ты ничего не сказала о нем моим родителям?
– А зачем? – Она тоже сделала глоток и отставила опустевшую на треть бутылку. – Я ведь действительно не видела ни с кем ты ушла, ни когда! К тому же, зная тебя, я предположила, что ты могла уйти одна! Вот я и не стала впутывать его в эту историю.
– Мы с ним расстались, Эл. – Я поболтала внезапно опустевшей бутылкой и сунула ее под стол. – Кроме того, вспомнились кое-какие подробности, исходя из которых я могу точно сказать, что он любит другую. Короче, не спрашивай!
– Тамара, ты дура! – поставила диагноз подруга, поднялась, выключила конфорку и, сдвинув исходящую паром кастрюлю, снова села напротив меня. – Это ж надо – добровольно расстаться с таким лапочкой!
«Хм, ну с этим утверждением я бы поспорил!» – вступился за меня голос ангела.
– А ты вообще заткнись! – не выдержала я его комментарии.
– Что-о-о?!
– Эл, да я не тебе!
– А кому? – фыркнула она. – Что-то, кроме нас, я здесь никого не заметила! Нет, дорогая, пиво ты больше не пьешь!
– Согласна! – вздохнула я. Воспоминания, как назло, атаковали душу, жаль, но именно сейчас я мечтала обо всем забыть. – Лучше водку! Или джин… без тоника!
– Хреново? – Элка смерила меня внимательным взглядом.
– Хреново! – кивнула я, провожая глазами солнце, раскрасившее в багровые тона небосвод.
– Знаешь, Том, – подруга хлопнула ладонью по столу, – самое главное в этой жизни – решить, что ты хочешь! Он тебе нужен?
Я снова вздохнула.
– Значит, нужен! – определила она. – Хорошо! Будем действовать, и в конце концов та, другая, окажется для него воспоминанием!
– Эл, да он… он из другого города! – Черт! Вот и как унять ее неуемную деятельность?!
– Да? – Она задумалась. – А откуда?
– Из… – И дернуло же меня за язык! Куда бы его заслать? Подальше! – Из Бразилии! Вернее, из Испании.
