Читаем без скачивания Дракон, который боялся летать (СИ) - Сакрытина Мария

— Оставайтесь здесь, я хочу побыть один.

Телохранители Дерека Милосского переглянулись.

— Да не сбегу я, — хмыкнул Сильвен. — Привет Эсвену передавайте. Он правда думал, я не помню, кого от Милосских привёз?.. Часа через два меня ждите.

И, не услышав ответ, спрыгнул на асфальт.

Солнце припекало — два часа дня, самое время, чтобы загорать. Камни мостовой нагрелись, стены домов дышали жаром. Облака как будто растаяли — ярко-синее небо слепило глаза.

Прохожих не было. Город словно вымер.

«Никогда к этой тишине не привыкну», — думал Сильвен, которого пустота настораживала. Так и ждёшь, что вон на той крыше притаился снайпер, или из-за угла вот-вот появится дрон с гранатой. А при хорошем воображении можно представить и ходячих мертвецов. «Кажется, я слишком долго занимался безопасностью — то короля, то королевства», — решил Сильвен. А ещё — общался с Лианой, которая ужастики может смотреть часами.

Ресторан, где обедал Алан, находился в центре города и был, пожалуй, самым дорогим «в этой дыре», — как с усмешкой подумал дракон. Тут, конечно, имелась веранда. Естественно, она тонула в зелени — исключения ради не в цветах, а в виноградных лозах. Крупные золотистые ягоды свисали над столиками, как экстравагантное украшение, и прятали недешёвую электронику, начиная с иллюминации и заканчивая помощниками официанта, прообразом робота. Сильвен привык к такому в Столице, но для Эртена всё это должно было казаться настоящим шиком.

Алан сидел в углу и в ожидании заказа читал — стол перед ним был ещё пуст, не считая белоснежной салфетки, расстеленной на такой же белоснежной скатерти, пустого бокала и серебряных приборов.

Сильвен усмехнулся и, не обращая внимания на спешащего к нему официанта, направился к Алану.

— Господин Газаль! А я как раз шёл мимо. Вы позволите?

Алан просто не успел возразить — Сильвен уже уселся в соседнее кресло и бросил официанту:

— Мне то же, что и этому господину. — Потом повернулся к Газалю, поймал его взгляд и очаровательно улыбнулся. — Знаете, я должен извиниться. И уже давно. Видите ли…

Лучше всего драконьим чарам Сильвена поддавались, конечно, женщины. Но если он очень хотел, с мужчинами это тоже работало. Правда, хотел этого Сильвен редко. Газаль мог бы гордиться — он стал тем уникальным «счастливчиком», которого дракон изо всех сил «обрабатывал». В ход пошла тяжёлая артиллерия: привлекаешь внимание, заставляешь на себя смотреть, а дальше звук твоего голоса гипнотизирует, как танцующие языки пламени. На них можно глядеть вечно — и Сильвена Алан, пожелай того дракон, тоже слушал бы вечно.

Пяти минут хватило. Алан не просто Сильвена простил, он ещё и добродушно объявил, что как раз не хотел обедать в одиночество. Это, понимаете ли, грустно.

Принесли аперитив: лёгкое розовое вино и хрустящие шарики жареного сливочного сыра в сухарях. К последним подали какой-то бордовый соус, пахнущий травами, словно луг в полдень.

— Осторожнее с ним, — заметил Алан. — Очень остры…

Сильвен как раз, привлечённый запахом, вылил всю соусницу в рот — туда же мгновением раньше отправились сразу три сырных шарика.

— Острый, — повторил Алан.

Сильвен сглотнул и попытался изобразить панику.

— Воды!

Газаль мило засуетился, стал звать официанта — и Сильвен ловко прикрепил одну из прослушек Илоны на портфель Алана.

— Никак не могу привыкнуть к местной кухне, — оправдывался дракон некоторое время спустя. — У нас в Столице… Я хотел сказать, в поместье, где я рос, отец предпочитал морепродукты. Устрицы в меду, щупальца осьминога в сливках. Это довольно вкусно, но однообразно и быстро надоедает.

— Да, адаптироваться поначалу очень сложно, — кивал Алан, и гроздь винограда над столом качалась в такт. — Это комплексный процесс, важная составляющая социализации…

«Какой зануда, — думал Сильвен, глядя, как солнечный свет пронзает золотистые ягоды. — Неужели Эмма слушает это ежедневно? И ей нравится?»

Тем временем бутылка розового вина неожиданно кончилась, а официант принёс большой открытый пирог с сыром и кружочками ветчины.

— Любите сыр? — кисло поинтересовался Сильвен. Он бы предпочёл мясо.

— Диета, — вздохнул Алан, покосившись на свой живот. — Старею… Дерек, могу я так вас назвать? Скажите… Я понимаю, спрашивать о таких вещах неловко и непринято…

Сильвен поднял брови.

— Но скажите, — продолжал Алан. — Каким увлажняющим средством для лица вы пользуетесь? Не хочу показаться невежливым, но при вашем образе жизни иметь такую прекрасную кожу… И никаких теней под глазами! Как вы это делаете?

Сильвен откинулся на спинку кресла и зажмурился, чтобы Алан не видел, как судорожно он с помощью умной линзы ищет ответ. К такому повороту беседы дракон не был готов. Средство для лица? Серьёзно?

— Кажется, это был неуместный вопрос. — Алан паузу заметил и понял по-своему. — Приношу свои извинения.

Официант поставил на стол вазочку с сырным печеньем и соус к нему. Поинтересовался, всё ли господам по вкусу. Алан так же манерно сообщил, что всё прекрасно.

— Маска для лица с улитками, — сказал Сильвен, когда официант ушёл.

— Улитками? — Алан расцвёл. — Какими?

«А что, они разные бывают?» — думал Сильвен, снова жмурясь.

— Обычными, виноградными. Знаете… — Дракон попытался изобразить знатока. — Если как следует измельчить улитку и добавить в…

— Измельчить? — ахнул Алан. — Я думал, слизь…

— Слизь? — опешил дракон. — Вы думали, я сажаю эту мерзость себе на лицо?

Алан нерешительно рассмеялся.

— Нет, что вы! Но в косметических масках используется улиточная слизь… — И он пустился в объяснения.

Сильвен поскорее закрыл рот — с косметикой он раньше сталкивался исключительно на телеконференциях, когда Роберта приводили в порядок после бессонной ночи над законопроектом. Но там визажисты редко использовали маски и уж тем более не объясняли, что входит в их состав. Все прекрасно знали, что Роберт терпеть не может макияж, и работали быстро, чтобы не раздражать принца, а потом и короля без причины.

— Насчёт масок и рецептов. — Сильвен с трудом дождался паузы в разговоре: Алан, похоже, обожал болтать. — Раз уж мы заговорили на такую интимную тему… Нет-нет, я ничего не имею против! Но должен спросить: а чем пользуется ваша жена? Она же волшебница, быть может, ей известны какие-нибудь древние, магические секреты красоты. — Дракон замолчал, многозначительно глядя на Газаля.

— Кому? Эмме? — Алан рассмеялся, не забыв манерно поправить упавшую на лоб чёлку. — Дерек, я приму это как комплимент, но моя милая жёнушка больше увлечена работой, чем собственной внешностью. А ей бы, кстати, не помешало… Вы так не думаете?

— Не думаю, — пробормотал Сильвен и тут же спохватился. — Алан, не скромничайте. Ваша жена — красивая женщина.

— Если бы я не знал о ваших предпочтениях, я бы подумал, что мне следует волноваться, — с улыбкой отозвался Алан.

Сильвен решил, что опасно близок к тому, чтобы ещё раз как следует Газалю вмазать. Дракон отвернулся, нашёл взглядом официанта.

— Ещё вина!

— Дерек, — неодобрительно посмотрел на него Газаль. — В такую жару лучше не стоит налегать на алкоголь.

«Без бутылки я тебя сожгу, — подумал Сильвен. — Эмма — святая!»

— Волноваться не стоит, — сказал он. — А вот вы, Алан, если бы не были женаты… — И Сильвен прищурился, пытаясь изобразить интерес. Мысленно он представлял вместо Газаля сочный, ароматный стейк.

Наверное, получилось, потому что Алан польщённо рассмеялся.

— Благодарю, но нет. Дерек, вы, может быть, знаете: господин Кейн — один из моих пациентов…

Сильвен слушал, кивал, а про себя думал, что в Столицу Алану переезжать никак нельзя. Разве что манекенщиком, потому что плохих психологов там и без него хватает.

Всё с ним было понятно: Эмма и правда клюнула на красоту. Женщины — у них свои слабости: подтянутый пресс, волевой подбородок, мужественный взгляд. Даже если за всем этим кроме увлечения глянцевыми журналами и рецептами масок для лица ничего нет.