Читаем без скачивания Скрытый космос (Книга 4, 1969-1978) - Николай Каманин

...Взлетели с аэродрома Тюра-Там в 13:00 по московскому времени. Вслед за нами с десятиминутным интервалом вылетели на Москву и два других Ту-104. До Волги погода была хорошей, но, чем ближе к Москве, тем хуже она становилась. На высоте 9000 метров летели в облаках. Перед самой Москвой погода заметно улучшилась, но у земли был сильный порывистый ветер под углом 90 градусов к ВПП и была плохая видимость из-за дымки. Все три экипажа Ту-104 отлично выполнили посадку.

Вечером мне на квартиру позвонил Л.И.Горегляд - он был заметно расстроенным и, как мне показалось, немного выпившим. Леонид Иванович сообщил, что в субботу на Военном совете ВВС вновь обсуждался вопрос: кем заменить Каманина? Кандидатура Горегляда даже не рассматривалась, генерал Мороз предложил кандидатуру Шаталова, но большинство членов Военного совета высказалось против нее. Решили пока оставить Каманина.

Такое "половинчатое" решение мне не нравится: можно было бы на один-два года назначить на мое место Горегляда, а Шаталова и Николаева сделать его заместителями с тем, чтобы через пару лет иметь двух неплохих кандидатов на мою должность. Но при любом варианте надо освобождать Н.Ф.Кузнецова от должности начальника ЦПК, и, чем скорее, тем лучше для дела - Береговой, Леонов и Попович вполне справятся с управлением Центром.

24 марта.

Сегодня Кутахов вылетел во Львов, а Ефимов - в Каир. Генерал Горегляд более подробно рассказал мне о заседании Военного совета ВВС. Из Ленинграда приехали создатели телефильма о Ю.А.Гагарине "О моем друге" - я помог им протолкнуть его через цензуру. Ведущую роль в фильме исполняет А.А.Леонов, с воспоминаниями выступают В.И.Гагарина, А.Т.Гагарина, Г.С.Титов, П.Р.Попович, А.Г.Николаев и другие. Этот фильм - хорошая память о Гагарине и ценный исторический документ.

25 марта.

Решением комиссии от 19 марта Трегубу, Кузнецову и Углянскому было поручено проверить правильность расчетов времени старта первого экипажа на станцию ДОС-7К №1. Вчера мне звонил Трегуб и вновь утверждал, что все расчеты правильны и он не будет ничего изменять в них. Лично проверив расчеты в присутствии Горегляда, Зацепы и Голубева, я убедился, что корабль с космонавтами можно сажать за 4-5 часов до наступления темноты (а не за 1 час 20 минут, как утверждает Трегуб), начиная примерно с восемнадцатых суток полета. Исходные данные для расчетов были выданы без обеспокоенности за надежность посадки и поиска корабля с экипажем, генерал Кузнецов этим вопросом совершенно не занимался, а Углянский убыл в командировку.

Сегодня утром я вызвал Трегуба, Кузнецова, Голубева и специалистов Митина, Гладкого, Филимонова - и еще раз проверил расчеты времени старта. Оказалось, что Трегуб и его баллистики хорошо подготовились к защите своих позиций, оправдывающих 30-суточную продолжительность полета, а Кузнецов, Голубев и другие специалисты ВВС плохо знали существо дела и даже не проявляли желания добиться более благоприятных условий посадки корабля (в светлое время суток): два месяца назад Кузнецов, Пушкин и их специалисты подписали согласованный с ЦКБЭМ документ о времени старта, а потом стали выражать обеспокоенность недостаточной безопасностью ночной посадки. Такая беспринципность, особенно со стороны Кузнецова, возмутила меня до глубины души - я сказал ему, что он не защищает интересы космонавтов и ВВС, а работает на Трегуба. Я остаюсь глубоко убежденным в том, что лететь первому экипажу ДОС-7К на 30 суток очень рискованно, но с каждым днем у меня все меньше единомышленников и оснований для борьбы против Мишина: очень многие из моего лагеря трусливо перебегают к Мишину или в лучшем случае не проявляют активности в предотвращении его ошибок.

26 марта.

В Кремле состоялось вчера заседание ВПК. С докладом о готовности к полету ДОС-7К и двух транспортных кораблей выступил В.П.Мишин. По его мнению, пуск станции можно осуществить между 15 и 20 апреля, а старт первого корабля - через три дня после выхода на орбиту ДОС-7К; продолжительность полета первого экипажа - 30 суток; перерыв между возвращением первого экипажа и стартом второго - 25 суток; второй экипаж может находиться на станции 30-45 суток. Бугайский, Карась, Пушкин и Керимов доложили о готовности ракет, стартов, пунктов управления, средств поиска и всех служб обеспечения полетов. Заместитель министра здравоохранения А.И.Бурназян доложил о медико-биологическом обеспечении экипажей, выразил надежду на возможность выполнения 30-суточных полетов и высказался категорически против 45-суточного полета второго экипажа. В решении по всем этим докладам записали: планировать полет первого экипажа продолжительностью до 30 суток; вопрос о продолжительности полета второго экипажа будет решен после завершения первого пилотируемого полета, но станцию, второй корабль, все системы и ресурсы двигателей и агрегатов готовить к 45-суточному полету второго экипажа.

Я представил Смирнову и всем членам комиссии группу космонавтов "ДОС-7К" и доложил, что они полностью закончили программу подготовки, отлично сдали экзамены, проверены по состоянию здоровья и готовы к космическим полетам. Комиссия утвердила состав экипажей, после чего Л.В.Смирнов задал космонавтам несколько вопросов, на которые Шаталов, Леонов, Добровольский, Елисеев и другие отвечали кратко, примерно в таком духе: "Все ясно. Сомнений нет. К полетам готовы. Приложим все силы, чтобы оправдать оказанное нам доверие".

27 марта.

Сегодня ровно три года со дня гибели Ю.А.Гагарина. Постепенно стихают боль и горечь утраты, даже самые близкие родственники - мать, жена, дети - и друзья Гагарина свыкаются с мыслью, что его уже нет среди нас. Да, Гагарина нет, но память о нем не умрет никогда: его имя так же бессмертно, как имена самых великих людей Земли.

В памяти человечества нужно сохранить не только имя и подвиг Гагарина, но и все обаяние его образа, его стремления, дела и идеалы. Мы, друзья и близкие Гагарина, обязаны собрать и сохранить для будущих поколений все, что связано с именем первого космонавта планеты Земля. За три года в этом направлении сделано уже многое, но далеко еще не все. Сохраняется космический корабль "Восток", поднявший Гагарина в космос, законсервирован и подготовлен для передачи в музей самолет УТИ МиГ-15, на котором он совершал тренировочные полеты, переданы в музеи три автомашины, собраны тысячи метров кинопленки с кадрами о Гагарине, хранятся ленты с записью его выступлений, продолжаются работы по сбору фотографий, книг и статей о нем. В музее Звездного и у В.И.Гагариной бережно хранятся сотни личных вещей, записи, письма и дневники Юрия Алексеевича. Я приказал начальнику ЦПК генералу Н.Ф.Кузнецову и начальнику политотдела полковнику И.М.Крышкевичу выделить несколько офицеров специально для сбора и организации длительного хранения всего того, что имеет отношение к памяти о Ю.А.Гагарине. Много раз я лично проверял ход этой работы и всегда оставался недовольным достигнутым: чувствуя за собой ответственность за руководство ею, я буду продолжать вести контроль за ней. Приближается день десятилетия первого полета человека в космос, и сейчас особенно остро ощущается необходимость увековечения памяти о первом космонавте мира.

Вчера в ЦПК было много представителей печати, кино и телевидения - все горят желанием сказать что-то новое, интересное о Гагарине и его подвиге. Вчера, просмотрев несколько "новых" кинолент о Гагарине, я с удивлением обнаружил, что впервые вижу некоторые кадры, запечатлевшие его и С.П.Королева, - это лишнее доказательство ценности и необходимости работ по сбору материалов о первых космических полетах.

29 марта.

Маршал Кутахов подводил сегодня итоги работы ВВС за март этого года. Итоги плохие: в марте произошло десять катастроф и аварий, причем 80 процентов из них - по вине личного состава (три столкновения в воздухе: два МиГ-21 столкнулись в Египте, два МиГ-17 - в Хабаровске и два вертолета - в Ташкенте). А всего за первые четыре месяца учебного года случилось уже 29 происшествий (в прошлом году на эту дату было 18 катастроф и аварий), подавляющее большинство происшествий (до 70 процентов) - по вине личного состава. Главком ставил задачу: в предсъездовский месяц летать без аварий, а март оказался одним из самых аварийных месяцев. Сегодня, подводя плачевные итоги, Кутахов очень волновался: чувствовалось, что он глубоко переживает всплеск тяжелых летных происшествий. Он сказал: "Мне стыдно, товарищи... Но должно быть стыдно и вам. Мы плохо учим подчиненных и недостаточно требовательны к ним и к самим себе. Многие из нас жалеют себя, избегают волнений, хотят подольше пожить. Не надо долго жить - надо долго работать!" После этой тирады Главком наговорил много плохо продуманных рекомендаций, а в заключение сказал: "Я уверен, что мы найдем в себе силы резко поправить дело в апреле".

Через 15 минут после заключительного выступления Кутахова один из членов Военного совета ВВС, командующий Дальней авиацией генерал-полковник В.В.Решетников, входя в столовую, заявил во всеуслышание: "Придется пообедать, хотя это и противоречит последним указаниям Главкома!" Этой краткой, но очень меткой репликой Василий Васильевич как нельзя лучше охарактеризовал сегодняшнее выступление маршала Кутахова.