Гораздо сложнее, чем обеспечить достаточно широкий ассортимент находок, оказалось организовать движение такой безалаберной братии, как авантюристы. Но тут удалось в очередной раз воспользоваться идеями из консалтинговой практики прошлой жизни. Скоро и гостиницу, и рынок и ещё несколько наиболее посещаемых мест в городе украсили информационные панели, на которых публиковалась весьма красочная и наглядная статистическая информация: сколько отрядов искателей наживы перед выходом в пустоши получило консультации специалиста, а сколько нет, соотношение потерь у обеих групп и приблизительная оценка полученной прибыли для них же. С учётом того, что во втором случае потери уверенно приближались к ста процентам, а в первом — до сих пор не превысили ноль, намёк был очевиден. Таким образом удалось вколачивать в головы тех, кто готов слушать, куда ходить можно, а куда нельзя.
За тем, куда ходить нельзя бдили целых тридцать организованных мной батальонов умертвий, усиленных дивизионами баньши и отдельными взводами личей. На территории в несколько сотен квадратных вёрст уже не осталось бесхозной нежити, всю прибрали к рукам мои супермозги. Прибрали, переподключили к собственным энергоканалам, перепрограммировали и поставили на боевое дежурство в строго установленных местах. За малейшее отклонение нежити от разрешённого маршрута, даже на десять метров, сразу следовало очень сильное воспитательно-болевое воздействие, так что "наши" умертвия были опасны только и исключительно нарушителям.
Тут уж я не стал строить из себя моралиста и запрещать убийства: если человек твёрдо нацелился покончить с собой, то незачем ему мешать. А вот души всех так глупоупокоенных тут же отлавливались и утаскивались к приёмному артефакту в Дарте. Поскольку сознания — сущность ценная, бездарно отпускать дураков на перерождение было слишком расточительно. Сознания авантюристов вселялись в тела будущего младшего командного состава бригады морской пехоты, которая в вируальной реальности сейчас активно тренировалась по разработанной Роем и супермозгом методике.
***
Параллельный мир, ну очень похожий на наш, но им не являющийся, ноябрь 2040 года. / 411 год от воцарения династии Алантаров, конец ноября
Если сержантов и рядовых бойцов будущей морской пехоты можно было создать из погибших авантюристов и пленных добби-эльфов, то проблему командования так решить не получалось. И обратился я тогда за помощью в параллельный мир. Необходимые кадры я решил искать исключительно в стране своего предыдущего воплощения, как наиболее близкие мне по менталитету. Чего-чего, а военных пенсионеров в России хватало. А с учётом всех военных конфликтов конца XX и начала XXI веков, были тут и очень достойные люди с большим боевым и жизненным опытом.
Найти бывшего командира одной из бригад морской пехоты, а ныне доживающего свой век одинокого, больного старика оказалось гораздо проще, чем ожидалось. Несмотря на то, что жизнь мужика не баловала, но в снах, где его не одолевали постоянные боли, он оставался бодрым и волевым человеком, которого уговорить на переселение в другой мир оказалось гораздо сложнее, чем ожидалось. Рассказы о молодости и здоровьи, местных красотках и возможных приключениях он с усмешкой игнорировал. И уже когда я почти отчаялся его уговорить, меня вдруг торкнуло показать ему, какие ритуалы творятся над людьми в Сартане. И тут мужика проняло. Похоже, мысль, что какая-то мразь может творить подобное с ни в чём не повинными людьми, резко вернула старому вояке интерес к жизни.
После этого наш с ним разговор перешёл в конструктивное русло. Тогда он мне бодро сдал всех своих ещё живых сослуживцев, кого готов был видеть в формируемом подразделении. В течении нескольких ночей мы с ним вдвоём облетали его боевых товарищей, координаты которых выдавал супермозг, для агитации и вербовки. Некоторых останавливало, что для перемещения в иной мир, в мире текущем придётся слегка умереть. Но всё же молодость, здоровье, приключения и уговоры старого друга увлекли многих. Хотя, как я полагаю, днём при пробуждении они не слишком верили в то, что всё произойдёт на самом деле. Однако в назначенный срок более семидесяти бывших офицеров очнулись молодыми и здоровыми в совсем ином мире…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
------
[1] стробоскопический осциллограф — прибор, предназначенный для измерения параметров электрических и оптических сигналов высокой частоты, таких как напряжения, частоты, сдвига фаз, отношения сигнала к шуму и других. Эти приборы незаменимы при проектировании, тестировании и ремонте сложных полупроводниковых схем и устройств.
[2] интранет — внутренний сегмент сети корпорации или госучреждения.
[3] Эльдорадо — мифическая южноамериканская страна, богатая золотом и драгоценными камнями.
Глава 34. О природе магии и внезапном увеличении числа Рислентов
Год 411 от воцарения династии Алантаров, конец декабря
Место действия: королевство Мингр, тиррство Минк, город Дарт
Может возникнуть резонный вопрос, если зимой 410-ого я так рвался в Дарт, чтоб добраться до хранилища древних, то почему ничего не рассказал о том, чем же закончилось его исследование? Всё очень просто: долгое время рассказывать было нечего. Поначалу, по прибытию в Дарт, навалилось множество других, более срочных дел. А когда всю рутину удалось скинуть на искин-супермозг, оказалось, что хранилище мне совершенно не радо. Хорошо ещё, что его изучение я привычно начал из внетелесного состояния. Возможно, заявись я туда во плоти, мне и удалось бы пережить встречу со стражем, но тогда явно всё пошло бы по сценарию, прописанному не мной.
Самой удивительной особенностью твари, которая стерегла холм, подозрительно напоминающий особо секретный объект, было то, что она умудрилась меня слегка подрать даже во внетелесном состоянии. Ну как подрать, один раз очень больно ударила каким-то плетением. Мигом вернувшись обратно в тело и угрохав гигаватты метаэнергии, я последствия, конечно, полностью устранил. Но осадочек, как говорится, остался. Очень, очень занятная оказалась тварюшка. Попытка облепить её астральными торчками и подсадить на дурь оказалась совершенно провальной. Потеряв несколько сотен торчков за очень короткий промежуток времени, я вынужден был признать и этот путь тупиковым.
Поскольку пока у меня не было каких-то вопросов, для решения которых требовались "тайны древних", осаду неберущегося объекта я продолжал в фоновом режиме, пробуя проверять самые разные гипотезы. Сложность была в том, что здесь приходилось всё делать самому и не приближаться к стражу ближе, чем на тридцать шагов. Постепенно взлом обороны стража стал для меня самой главной проблемой, занимавшей всё моё сознание большую часть времени. Просто потому, что это было интересно! Ещё в прошлой жизни я заметил, что ничто не дарило мне такое ощущение наслаждение, как долгая работа по решению "нерешаемой" проблемы. Если такая попадалось, то рано или поздно мир вокруг меня исчезал, оставалась только интересная задача. Что бывает после того, как вдруг после нескольких дней или недель в голове наконец складывается схема решения, объяснить тому, кто этого ни разу не переживал — невозможно. Вероятно, что-то подобное переживают наркоманы, вколов себе дозу. Но тут награду дарит сам организм и это не во вред, а только на пользу. Поскольку тянет искать новые творческие задачки посложнее и решать их, чтоб снова пережить это состояние двойной эйфории: и физической, и интеллектуальной!
Когда у меня появилась новая гипотеза, я вдруг всем нутром понял: "сработает!". Из состояния вне тела перехожу в осознанный сон и уже во сне перемещаюсь к хранилищу. Чтоб удобно было творить запланированные непотребства у меня прямо около стража во сне стоит столб высотой всё в те же недоступные ему тридцать метров. Запорхнув на вершину, начинаю в мегафон ласково со стражем разговаривать. На него мои дружелюбные речи действуют, как летящие вишнёвые косточки на соседского цепного кабысдоха, охраняемый которым сад вы сейчас объедаете. Ну так ничего другого и не ожидалось. Я тут совсем не для того, чтоб действовать уговорами.
