Читаем без скачивания Боевые животные - Алексей Николаевич Петров

чем преследование ее требует от охотника большой выносливости. На рысь охотятся в начале зимы, когда выпавший снег еще не глубок. Обычно не больше двух-трех охотников с одной гончей на сворке обследуют известные в данной местности рысьи переходы, которые довольно постоянны. Обнаружив на снегу свежий след рыси, охотники стараются обойти зверя, что редко удается сделать сразу. Когда после нескольких попыток, иногда пройдя десяток и больше километров, удается взять зверя в круг, из которого нет выходного следа, охотники входят внутрь круга и опять ведут по рысьему следу. Определив по поведению собаки, что зверь близко, охотники спускают гончую со сворки. Рысь, поднятая собакой с лежки, сначала описывает небольшой кружок, а затем начинает уходить по зигзагообразной линии. Охотники бегут на голос собаки, стараясь срезать углы. Гончая, преследующая зверя, должна быть паратой и злобной. Уставшая через несколько километров рысь останавливается и садится на земле, приняв оборонительную позу. Голос собаки, догнавшей зверя, меняется. Тогда охотники осторожно, стараясь не шуметь, приближаются к рыси и бьют ее из ружья.

Из-под стаи гончих рысь уходит высоко на деревья и прячется в густых сучьях, где ее трудно увидеть. Поэтому гораздо лучше на рысь охотиться с одной гончей, но обязательно паратой и злобной.

Коза и косуля. Гончих используют для охоты на копытных животных — коз и косуль. Определив местопребывание животных, охотники окружают их: с одной стороны устанавливаются стрелки, а с другой набрасываются гончие.

Лось. Изредка гончих приучают останавливать лосей до подхода охотников. Но ввиду того, что охота на лосей разрешается исключительно по лицензиям, на короткий срок и узкому кругу лиц, злобность гончей к лосю является совершенно нежелательным свойством, которое следует заглушать в собаке с самого начала его проявления. В противном случае вязкая гончая, пристрастившаяся гонять лося, сорвет у владельца немало охот, преследуя запрещенного к отстрелу зверя и не обращая внимания на зайцев и лисиц.

Кабан. В районах, где обитают кабаны, гончих используют для охоты и на этого зверя. Собак набрасывают на кабаньи лежки, которые обычно устраиваются в крепких и труднопроходимых местах. Злобные собаки задерживают стронутого кабана и не позволяют ему уйти до прихода охотника, который должен осторожно выйти к зверю, не подшумев его. Охотиться на кабанов охотники предпочитают с нечистокровными гончими, которые менее злобны и не так активны в нападении на кабанов, поэтому несут меньше потерь от кабаньих клыков.

(Соловьев В. Гончие собаки. — Саратовское книжное издательство. 1957)

На подвывку

Стая англо-русских гончих, управляемая старым опытным Доезжачим, Петром Яковлевичем Кулешовым, была приезжена в совершенстве, притравлена по волку, проверена на «злобу к зверю» и в напуске состояла на 12 смычков.

Вся стая при проводке спокойно шла без смычков за доезжачим, оставленная на месте стояла на месте в ожидании позывных рога своего пестуна. При кормежке стояла у корыта, не прикасаясь к корму, до приказания «дбруць». Словом, стая для охоты была подготовлена так, что лучше требовать нельзя.

Петр Яковлевич Кулешов был опытным доезжачим, о котором можно сказать, что это человек старинной выучки. Он был охотником по призванию. Страстно любил гончих. Умный, ловкий, сметливый и проворный. У него было железное здоровье. Его порсканье в лесу было артистично, сильный гортанный голос гипнотизировал стаю. А когда он управлял гончими при напуске, голос Петра Яковлевича, словно электрический ток, доходил до самого сердца охотника, приготавливая душу к чему-то торжественному.

Из районов Тульской области в общество охотников приходили сведения о том, где начали шкодить волки, где предположительно их логово, где и когда видели гнездарей, возвращающихся к выводку с добычей. Волк удивительно мастерски несет овцу: зарежет ее зверь — так обычно выражаются, когда волк задушил свою жертву — запрокинет на хребет и, придерживая зубами, соблюдая равновесие тащит добытое животное более десятка километров. Вблизи расположения логовов волки не шкодят, инстинктивно стараясь не обнаружить свое местанахождение с выводком.

В Тульском обществе охотников издавна, в двадцатых годах, был заведен учет хищников, их добыча, количество уцелевших после сезона охоты.

По имевшимся сведениям, в тот год самый большой выводок волков, в котором от прошлых охот уцелела часть прибылых (уже ставших переярками), был в лесах Крапивенского района, в лесничестве, где правил директор — завзятый охотник — Миша Семенов.

Сюда в первую очередь отправились со стаей по черной тропе.

Вся команда охотников-стрелков, не считая доезжачего, выжлятников и двух организаторов охоты, составляла 14 человек. Распоряжался охотой старый гончатник Сергей Иванович Чернопятов. Он накануне, перед отъезжим полем, лично проверил состояние стаи, хотя сомневаться в подготовке не приходилось: П. Я. Кулешов всегда с честью оправдывал свое назначение доезжачего.

К месту охоты все участники выехали накануне: охотники поехали на машинах, а доезжачий с двумя выжлятниками повели свою стаю на смычках при верховых лошадях. Сборным пунктом была назначена одна из деревень, расположенных вблизи лесничества. Одна из оседланных лошадей была приготовлена и для распорядителя охоты. На номера Сергей Иванович не становился. Любил он мастерски принять волка из-под гончих. И на охоте всегда находился без ружья, следуя вместе с Кулешовым.

С вечера П. Я. Кулешов и С. И. Чернопятов, оседлав лошадей, разместив в сарае гончих, отправились на подвывку. Я не мог усидеть на месте и с предварительного разрешения также последовал послушать, как отзовется выводок.

И хотя волков здесь никто не тревожил, была полная уверенность, что все они на месте постоянных логовов, Кулешов все же для верности перед набросом стаи решил проверить и лично определить количество прибылых и переярков.

Доехав до места, лошадей оставили под присмотром лесничего. До логовов было не более трех километров.

Кто хоть раз в жизни слышал вой волков, когда на подвывку отвечает весь выводок — матерые, прибылые и переярки, тот никогда не забудет это грозное, страшное, яростное и вместе с тем молящее о пощаде, с безысходной тоской отзывание растревоженного гнезда хищников. В голосе зверя слышится какая-то дикая, грозная сила. У человека по всему телу пробегает дрожь, кровь стынет в жилах. Лес как бы замирает в ужасе.

Миша Семенов накануне, до приезда охоты, лично разведал выводок. Лесничий хорошо знал свой лес, самые глухие места, куда добирается человек. Заранее проверил, в каком квартале слышно вытье, во много ли голосов воют волки, из какого места возвращаются матерые с добычей.

Но Петр Яковлевич по опыту следовал неизменным правилам: накануне дня назначенной охоты волков надо проверить на подвывку. Еженочное и в особенности по вечерним зорям вытье волков, да когда в этом концерте принимают участие и молодые волки, служило верным признаком нахождения в