Подумала немного принцесса и признала, что прав был молодой кузнец.
«Но у меня нет голоса, как у птицы! – воскликнула она и тут же захлопала в ладоши.– Я поняла! Мне нужен именно голос птицы – единственное, чего у меня нет! Ты сможешь мне его раздобыть?»
«Нет,– ответил кузнец.– Птичьи голоса должны оставаться у птиц, только тогда в мире будет красота и гармония. Тебе же, принцесса, нужно совсем другое. Тебе нужно сердце, которое любит тебя».
«Но меня и так все любят! – надула губки Торандирэль.– И отец, и мать, и подданные…»
«Твои родители любят тебя как дочь. Твои подданные – как наследницу престола. Твои женихи вообще любят не тебя, а власть, которую твой отец вручит им вместе с твоей рукой и сердцем. Возможно, ты полюбишь того, кого судьба назначит тебе в мужья. Но будет ли муж любить именно Торандирэль и сможет ли он любить тебя, если ты перестанешь быть принцессой – вот вопрос!»
Снова задумалась принцесса и снова поняла, что прав был молодой кузнец.
«Кто ты и откуда такой взялся?» – спросила она.
«Имя мне Гарбаж и прибыл я издалека,– отвечал он.– Меня прислал в дар твоему отцу его могущественный вассал, ибо мой дар показался ему настолько ценным, что достоин самого короля. Я могу оживлять мертвое золото».
«Такого действительно еще не было! – сказала принцесса.– Ты сможешь сделать для меня какую-нибудь диковину, которой еще не было?»
«В мире нет таких диковин, которые могли бы сравниться с тобой, принцесса,– ответил Гарбаж.– И я уже сказал, что тебе нужно не это, а любящее тебя сердце!»
Но принцесса уже сняла с запястий золотые браслеты, вынула из ушей золотые серьги, сорвала с шеи золотое ожерелье и бросила все это к ногам кузнеца.
«Сделай что-нибудь такое,– сказала она,– что даст тебе право прийти ко мне вместе с другими женихами. И, возможно, я приму именно твой дар!»
Кузнец Гарбаж поклонился, подобрал золотые украшения и ушел.
Он трудился день и ночь, не отдыхая и не останавливаясь. То за одно, то за другое брался он, ибо страстно желал понравиться принцессе, которая навеки поселилась в его сердце.
И вот однажды он сделал золотую ветвь, такую прекрасную, что стоило вынести ее на свет, как к ней тут же слетались бабочки и птицы, дабы присесть на нее. «Это будет дар, достойный дочери короля»,– думал кузнец.
Но свет золотой ветви привлек не только птиц и бабочек. Ведь у Гарбажа был хозяин, и его молодой сын, прекрасный принц, тоже не терял надежды покорить дочь короля. Прогуливаясь по саду, юноша заметил вдалеке чудесный блеск и поспешил к кузнице. Он увидел молодого кузнеца с золотой ветвью в руках, а вокруг него кружили птицы и бабочки.
«Ты, глупый раб, не смеешь касаться этой красоты! – закричал принц и отобрал ветвь у кузнеца.– Только принцесса достойна такого дара!»
Он приказал выпороть кузнеца и посадить его под замок. Вот почему Гарбаж не приходил к принцессе, хотя та ждала его и полюбила сидеть у окна – она ждала возвращения кузнеца с обещанным даром.
Тем временем ко дворцу короля Торандира стали собираться женихи. Они снова принесли десятки диковин, и каждый надеялся, что именно его дар тронет сердце принцессы. Король осмотрел все дары и нашел многие из них привлекательными. А один дар – так и вовсе чудесным. Это была ветвь из чистого золота, выкованная с таким искусством, что виднелись даже складочки на коре, прожилки на листьях и капли росы на лепестках цветов. Более того, если поставить ее под лучи солнца, то становилось видно, что на листьях блистают капли росы, а цветы благоухают так, что отовсюду слетаются бабочки.
«Такого у нас еще не было»,– решил король Торандир и тут же приказал устроить пышный бал и пир, не забыв объявить, что на этом балу принцесса наконец объявит, кому из женихов она отдаст руку и сердце.
Все в королевстве обрадовались такому решению. Но Торандирэль не радовалась предстоящему празднику. Она целыми днями сидела у окошка и ждала, что вот-вот появится кузнец и принесет ей свой самый чудесный дар.
Однако наступил день праздника. С утра принцессу убрали в пышные одежды и выставили, как главное украшение, в тронном зале. С полудня шли и шли нескончаемым потоком женихи, и каждый нес свой дар. Но всех их отвергала принцесса Торандирэль. Она ждала своего кузнеца и его подарка.
Под конец уже встал сам король Торандир и произнес такую речь:
«Дорогие женихи и благородные принцы! Все ваши дары чудесны, мы с трудом можем сделать выбор. Но, посоветовавшись, решили, что самым лучшим даром будет вот эта ветвь из чистого золота. Смотрите, какая тонкая работа! Есть ли в мире что-то, подобное этому чуду? Именно тому, кто принес эту ветвь, мы и отдаем руку и сердце нашей дочери!»
Он приказал распахнуть окно и вынести золотую ветвь. И тут же в окно влетела стая бабочек и уселась на золотые цветы. А потом прилетели птицы, уселись на ветвь и принялись прихорашиваться и чистить перышки. Все придворные ахнули, увидев это чудо, а вперед выступил прекрасный принц и низко поклонился королю. Торнадир протянул ему руку, чтобы подвести к замершей от удивления дочери и тем самым скрепить помолвку.
Но едва взревели трубы, отмечая это радостное событие, как возле дверей послышался какой-то шум и даже звон оружия.
«Что там происходит? – спросил король.– Кто посмел нам мешать?»
«Мой государь,– вышел к нему стражник,– там пришел какой-то кузнец. Он говорит, что принес для принцессы самый лучший дар, которого у нее нет и не будет!»
«Впустите его,– распорядился король.– Посмотрим, что может предложить кузнец королевской дочери!»
Сердце принцессы Торандирэль радостно забилось, когда она увидела Гарбажа. Он шел между двумя стражниками, и руки у него были связаны за спиной. Едва девушка увидела это, как сбежала со ступеней, на которых стоял ее трон, и приказала стражникам развязать кузнеца.
«Он мой гость,– воскликнула она.– Я ждала его, и никто не посмеет обращаться с ним дурно!»
Едва веревки упали с кузнеца, король Торандир обратился к нему:
«Какую же диковину ты принес моей дочери? Смотри же, если она окажется хуже того дара, который уже сделан был ей, не миновать тебе наказания за то, что нарушил наш праздник!»
Кузнец полез за пазуху и вынул оттуда живую ветвь цветущей яблони. Она была усыпана настоящими цветами, и едва кузнец вытащил ее, как все бабочки, что до этого сидели на кованых цветах золотой ветви, перелетели на нее и стали пить нектар из лепестков. И все птицы, которые уже собрались запеть на золотой ветви, тоже перелетели на живую ветвь и запели на ней громкими и чистыми голосами. Но придворные только переглядывались недоуменно, а король Торандир всплеснул руками:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
