Ваня поковырял ложкой салат. — Кстати, как тебе наши официальные боевые псевдонимы? Весь год думали, и наконец-то придумали!
— Да уж. Ледоруб и Стальной Гигант. Прямо верх крутизны!
— Мы хотя бы думали, а не ляпнули первое, что в голову придет, — обиделся Валера. — Сталкер!
— Захлопнись. Гвеллин, а у тебя есть боевой псевдоним?
— Гномам их не выдают. В отличии от людей, у нас имена не так часто повторяются, чтобы перепутать.
— То есть, ты хочешь сказать, что боевые псевдонимы дают, чтобы наших Диму или Катю не перепутали с другими Димой или Катей? — не поверил Ваня.
— Конечно же, нет! Точнее, не только из-за этого. Боевой псевдоним дает личине мага больше таинственности и конспирации. Если террористы будут знать, что именно Дима Колесников и Катя Гончарова разрушили их базу, положили кучу друзей и освободили сотню заложников, то им ничего не стоит найти этих Диму с Катей, и закатать их в цемент. А если это сделает таинственный Сталкер, или загадочная Ледяная Королева — тогда совсем другое дело. Опять же, за каждым псевдонимом тянется своя собственная история взлетов и падений, побед и поражений, есть те, что становятся настоящей легендой. Дима Колесников или Катя Гончарова, или Алиса Стрельцова могут погибнуть в любой момент, но Сталкер, Ледяная Королева или Безумная — они останутся в памяти людей навсегда. Даже тех, кто этих самых Сталкера, Королеву или Безумную в глаза не видели, и даже понятия не имеют, кто они на самом деле.
— Да уж, занимательная история, — согласился Дима, отодвигая от себя тарелку со слегка надкушенным шоколадным пончиком. Гном тут же впился в нее глазами. — Что?
— Если ты не будешь доедать, то я себе возьму.
— Тебе же кормили утром, — хмыкнул Валера.
— Кормили, как же! Пока я садился за стол, волна из шестерых детей смела все подчистую, будто бы ничего и не было. А просить чего-нибудь себе отдельно совесть не позволила.
— Не знал, что у тебя еще и совесть есть.
— В хлебальник захотел?
*************
Пока они сидели под кабинетом директора, Михо заметно успокоилась, и даже попыталась пошутить насчет того, что если им сегодня повезет, то придется приходить завтра. Но когда до официального начала приема осталось пять минут, снова замолчала, нервно выбивая пальцами чечетку на собственном колене.
Наконец, со стороны лестницы послышался мелодичный мужской баритон:
— И не забудьте, что сегодня вы замещаете меня на педсовете. Ничего страшного, уйдете чуть пораньше. Это ваша работа, не забывайте. И хватит спорить. Спасибо за понимание.
Директор женской гимназии "Ангелы" не был ничем похож на директора Боевой Академии Светозара Евлампиевича. Он оказался высоким, в меру мускулистым мужчиной, стройный и подтянутый, с лицом чиновника-бюрократа старой закалки. По нему сразу было видно, что он ставит карьеру и жизненные достижения превыше всего, и мало внимания уделяет простым личным радостям, хотя бы таким, как смех.
— В чем дело? — недовольно спросил директор, увидев ожидающих под дверями кабинета девушек. — Вы к кому?
— Здравствуйте, мы из полиции, хотели бы задать вам пару вопросов, — Элис махнула перед его носом красной книжечкой. — Насчет смерти вашей ученицы, Аори.
— Обратитесь к моему секретарю, она вам все… — директор запнулся, глядя на робко выглядывающую из-за плеча Кати Михо. — Ты?!
— Насчет нее у нас тоже есть разговор, — успокоила Ледяная Королева. — Ну что, записывать вас в подозреваемые, или все-таки согласитесь на роль свидетеля?
Директор замолчал.
— Хорошо, я уделю вам пять минут. Заходите.
Его кабинет оказался просторным, светлым помещением, выдержанным в классическом официально-деловом стиле. Минимум личных вещей, и максимум всего, что может привести к мнению, что именно здесь решаются самые важные вопросы из жизни школы. Элис и Катя вольготно расположились на стульях для посетителей, Михо присела на краешек своего, и уставилась в стену.
— Вот, — на стол приземлилась бумажная папка. — Я знал, что ко мне придут из полиции, и заранее попросил миссис Бакет подготовить личное дело Аори. Надеюсь, это избавит меня от ненужных обвинений?
— Мы глубоко ценим вашу готовность сотрудничать со следствием, но боюсь, нам придется провести небольшую беседу, — пока Элис смотрела документы, Катя закинула ногу на ногу, словно бросая вызов излишней официозности в обстановке кабинета. Директор сверкнул глазами, но ничего не сказал. — На самом деле, убийство школьницы — лишь предлог для визита. Мы бы хотели поговорить с вами о живых, точнее, вот об этой девушке.
Михо вздрогнула, когда директор посмотрел в ее сторону.
— Я уже все сказал. Она подвела школу — она отчислена. Не надейтесь изменить мое решение.
Катя склонила голову к левому плечу.
— Разрешите закурить? — неожиданно спросила она.
— Здесь не курят.
— И все равно, моя пагубная привычка требует своего, — под обалдевшим взглядом Михо она достала пачку сигарет, сунула одну в рот, и подожгла от спички. Кабинет наполнился удушающим запахом сгоревшей серы. — А у вас красивый стол. Это дуб?
— Да.
— И гладкий, как ноги девушки перед первым свиданием. Завидую вашей секретарше, которая в процессе важных совещаний лежит на нем спиной или грудью. Наверное, ощущения такие же, как будто в перине утопаешь. Как ваше имя, я не расслышала?
— Джеймс Фостер, — директор аж побагровел от такой неожиданной наглости.
— Так вот, мистер Фостер, для начала потрудитесь закрыть пасть, и выслушать то, что я вам скажу… Фу, какая гадость! — Катя затушила сигарету об поверхность стола, оставив на нем след, и швырнул окурок в угол кабинета, промахнувшись мимо мусорной корзины на полметра. — Постоянно забываю, что я бросила. Итак, насчет этой девушки. Во-первых, вы сломали ей жизнь. Во-вторых, вы круглый идиот. А в-третьих — смотрите во-вторых. Понятно?
— Да что вы себе позволяете!
— Кхм! Извините, мистер Фостер, но боюсь, личное дело Аори не даст нам никакой полезной информации, — Элис вернула папку. — У нас есть подозрения, что ваша школьница связалась с преступной группировкой, чтобы отомстить вам, украв некую денежную сумму. Поэтому мы бы хотели посмотреть вашу бухгалтерию, и отчеты о проделанной работе в Министерство Образования за последние полгода.
— Это защищенная информация! — директор переключился на нее. — Я имею полное право ее не разглашать, я законы знаю.
— Тогда вам придется уволить секретаршу, так как она не знает законов, и любезно предоставила нам все необходимое, — Безумная достала из сумки стопку бумаг. — Я посмотрела их, пока мы ожидали в коридоре, и меня заинтересовала пара моментов, сейчас их найду.
— А мы пока продолжим, — сказала Катя, подкрашивая губы при помощи карманного зеркальца. — Итак, вы отчислили Михо трех ее подруг за то, что они проиграли на соревнованиях по аскендрагу, это так?
— Именно!
— Неужели
