– Но ведь эта история все-таки закончится свадьбой, не так ли? Надеюсь, наша Джейн не передумает снова?
– Разумеется, дорогой, – нетерпеливо покачав головой, заметила леди Афина.
В доме на Гросвенор-сквер началась подготовка к торжественному и радостному событию.
В спальне Кэролайн в мерцании свечей две юные особы погрузились в изучение модных журналов и свадебных меню.
– Все придется начинать с нуля, – заявила, уютно устроившись на постели, Кэролайн. – Ведь Джейн не сможет во второй раз надеть то же самое платье.
– А Найджела будем приглашать? – уточнила Миранда, сидевшая рядом за столиком.
– Да, но только для этой Частберри придется оставить целую скамейку. Женщина, должно быть, решила родить тройню.
– Как ты думаешь, Грейсон и на этот раз пригласит своих бывших любовниц?
Глаза Кэролайн лукаво сверкнули.
– По-моему, ему следует посоветоваться с Джейн, хотя их присутствие непременно придало бы церемонии некоторую пикантность.
– Да уж…
Кэролайн перевернулась на спину, так что журналы, листки и листочки скользнули на пол.
– Интересно, удастся ли снова нанять этого французского повара?
– Да, и нам тоже понадобятся новые платья. – Мысли Миранды двигались в собственном направлении.
– Интересно, явятся ли на сей раз Дрейк и Девон, – рассеянно заметила Кэролайн.
– Думаю, непременно. Ведь Боскаслы – дружная семья.
– Скандальная.
– И страстная.
– И мы такие же.
Миранда встрепенулась:
– Какие? Страстные или скандальные?
– Думаю, и в том, и в другом отношении потенциал вполне достаточен.
Кэролайн взглянула на пухленького ангелочка, парившего на плафоне расписного потолка.
– Нам следовало давным-давно догадаться, что Джейн что-то задумала – уже тогда, когда она не захотела примерять свадебное приданое. Соблазнение Найджела никогда ее не интересовало.
– Откуда нам было знать? – Миранда быстро нарисовала в альбоме невесту с букетом из сорняков и увядших роз в руках. – Тебе бы пришло в голову сорвать собственную свадьбу?
– Я лучше убегу, – задумчиво ответила Кэролайн. – А если вдруг встречу мужчину своей мечты, то сама потащу его к алтарю.
Глава 27
При всем своем взрывном характере Седжкрофт, несомненно, обладал терпением. Если Джейн так необходим период ухаживания – что ж, он готов подождать со свадьбой и выступить в роли претендента на руку и сердце. Ведь победитель в любовной игре известен заранее. Женщина может капризничать, привередничать и дразнить, но последнее слово все равно останется за мужчиной. Так что Грейсон вовсе не стеснялся выставить свои чувства напоказ всему миру и доказать полную и безоговорочную преданность.
Однако, несмотря на уверенность в победе, многое из того, что преподносила жизнь, принять безоговорочно было невозможно. С самой первой встречи Джейн высоко подняла и эмоциональную, и интеллектуальную планку, так что вплоть до брачного алтаря предстояло забыть и о плотских удовольствиях, и даже о свободе самовыражения. Седжкрофт чувствовал полную готовность каждую минуту демонстрировать любовь и верность. Требовалось показать свету, что, хотя соблазнение прекрасной дамы оказалось чрезвычайно приятным, его вовсе нельзя считать единственной целью.
Маркиз не кривил душой, утверждая, что нуждается в помощи Джейн в делах руководства семьей. Боскаслы представляли собой сообщество дерзких, своевольных, независимых личностей. Старший брат ясно чувствовал, как назревает в душе Хлои бунт, то глубокое ощущение неблагополучия, которое, если его не погасить вовремя, может привести к катастрофе. Да и скрытный, выдержанный Хит, судя по всему, тоже вступил на неведомый, загадочный, полный опасностей путь.
На этом волнения не заканчивались. Старшая сестра Эмма, такая уравновешенная и рассудительная, недавно потеряла мужа и в качестве овдовевшей виконтессы оказалась в довольно уязвимом положении, хотя и не желала этого признавать. Дрейк и Девон всегда отличались беспокойным нравом и регулярно попадали в серьезные переделки. А безрассудного, но благородного и справедливого Брэндона, увы, уже не было на свете.
Да, Боскаслы действительно нуждались в силе духа и находчивости Джейн – без этих качеств им было бы непросто справиться с опасностями нового века. А сам Грейсон и вообще не представлял себе жизни без своей девочки.
Вечером маркиз вполне официально явился в дом Белширов, чтобы сопровождать всю семью в оперу. На несколько минут молодые люди остались в гостиной наедине. Грейсон был в элегантном черном фраке, Джейн в шелковом белом платье с вырезом в форме лепестков экзотической лилии.
Они так красиво смотрелись вместе. И никакая иная женщина в мире не обладала способностью одновременно и возбуждать, и усмирять демонов в беспокойной душе маркиза.
Грейсон медленно обошел вокруг своей дамы, словно лев, осматривающий добычу.
– Это платье, – наконец негромко произнес он, – выглядит на тебе очень красиво.
– Нравится? Оно и не может тебе не нравиться – ведь ты сам его выбрал. Единственный наряд из гардероба любовницы, который я могу надеть на людях.
Маркиз остановился и, склонившись, потерся подбородком о соблазнительный изгиб плеча.
– Выбирая его, я думал о будущем. Кстати, отдохнул ли твой беспокойный ум во время поездки из Брайтона в Лондон?
– Конечно, милорд. А ваш беспокойный ум?
Седжкрофт поцеловал избранницу в шею.
– Всю дорогу мечтал вновь почувствовать тебя своей. Я скучаю, Джейн.
Маркиз положил руки на плечи возлюбленной, и она едва заметно вздрогнула.
– Сколько же еще предстоит ждать?
– Мы не можем пожениться раньше, чем выйдет замуж Сесили. А кроме того, чтобы подготовить достойную свадьбу, требуется время.
– А если убежать?
– Грейсон, мне просто необходима настоящая официальная церемония – такая свадьба, которая запомнилась бы на всю жизнь.
– По-моему, в твоей биографии одна такая уже была.
– На этот раз я могла бы даже пригласить к алтарю жениха.
Седжкрофт вздохнул.
– А когда же свадьба Сесили?
– Через две недели, в Кенте, в поместье отца. Поедешь?
– Почему бы и нет? Ведь последняя свадьба, на которой мы с тобой присутствовали, оказалась достаточно забавной.
– Там будет вся моя семья, – продолжала Джейн, с удовольствием думая о том, как похвастается перед родней таким красивым кавалером.
– Судя по всему, пора привыкать к бесконечным семейным действам, – спокойно заметил Грейсон.
Взяв возлюбленную за плечи, он повернул ее лицом к себе и внимательно с головы до ног осмотрел складки платья. Интересно, носит ли она уже его ребенка? Раздалась ли хотя бы на миллиметр эта изящная талия? В Брайтоне они предавались любви с такой неистовой страстью, что подобный исход казался вполне вероятным. Осторожно, одним пальцем, маркиз погладил нежную шею. Ему захотелось защитить девочку от всех возможных и даже невозможных обид и неприятностей.
