обеих руках, глядя на изображение отца так, словно мог его впитать.
Квинн изобразила Ноа в его лучшем виде — взъерошенные светлые волосы и точеная челюсть, глаза блестят в восторге, он улыбается, веря, что мир настолько хорош и совершенен, насколько он хочет его видеть.
Не говоря ни слова, Майло помчался к их дому, чтобы положить подарок в свою комнату, среди своих самых ценных вещей.
Орео громко заверещала и помчалась за ним. Коза начинала думать, что она человеческий ребенок.
— Он говорит «спасибо». — Ханна закатила глаза. — Манеры. Можно подумать, его воспитывали волки.
— Я, хм, сделала рисунок и для тебя тоже. — Квинн протянула последний подарок со смущенным выражением лица. Два красных пятна стеснения появились на ее щеках, но она сияла.
Второй рисунок. На этом рисунке Шарлотта Роуз изображена новорожденной — ее розовые губы, яблочные щечки, пушистая кожа и ракушки ушей.
Квинн начала работу над рисунком через несколько дней после возвращения Ханны в Фолл-Крик, когда Шарлотте было всего несколько недель. Она уже так выросла.
У них не осталось ничего, напоминающего о тех первых днях.
А теперь есть.
Эмоции переполняли грудь Ханны.
— Это… это прекрасно, Квинн.
Квинн покраснела.
— У тебя есть дар, Квинн, — сказала Ханна. — Воистину. Такие вещи нужны нам не меньше, чем пули и пластыри.
Квинн уткнулась ботинком в траву, внезапно застеснявшись.
— Бабушка говорила что-то в этом духе. Но для выживания никому не нужны уголь и бумага.
— Ты будешь удивлена, — заметил Лиам.
— Я представляю, как люди обмениваются рисунками своих близких, — поддержала его Ханна. — У большинства из нас больше нет фотографий, только воспоминания. А воспоминания тускнеют.
В глазах Лиама мелькнула тень, напоминание обо всем, что он потерял.
— Я буду твоим первым клиентом.
— Договорились. Но с трудных клиентов я беру дополнительную плату. — Квинн одарила его дьявольской ухмылкой. — С тебя двойная цена.
Лиам вымученно улыбнулся.
— Ты торгуешься не по-детски.
Она усмехнулась в ответ.
— Это апокалипсис. Девушка вынуждена делать то, что требует жизнь.
Глава 78
Ханна
День сто тридцать первый
Ханна наблюдала, как Майло вернулся во двор Молли. Он пронесся по крыльцу, перепрыгнув через храпящего большого пира и нарушив дремоту Локи на спине Призрака.
Кот недовольно мяукнул, а затем вернулся в свое меховое гнездо.
Майло плюхнулся на крыльцо рядом с Призраком и почесал его пушистую голову. Не открывая глаз, Призрак заскулил, поджав хвост в сонном удовлетворении.
Ханна сжала руку Лиама.
— Я сейчас вернусь.
— Я никуда не уйду, — ответил он.
Ханна пробралась через толпу соседей и друзей, и села на ступеньки крыльца рядом с Майло.
— Мы можем поговорить минутку?
— Конечно, мам.
— У нас все в порядке?
Майло почесал нос.
— Что ты имеешь в виду?
Она наклонилась и убрала с его лба непокорные кудри. Очертания его лица менялись, удлиняясь и утончаясь. Под исчезающим детским жирком ее сына вырисовывалась версия лица Ноа.
Ханна по-прежнему пела ему на ночь, хотя иногда он просил рассказывать истории Квинн или Лиама. Лиам оказался удивительно хорош в этом деле, его голос звучал глубоко и проникновенно. Он добавлял характерные детали к воображаемым сценам сражений, которые Майло поглощал как арахисовое масло.
— Ты и я, — сказала она. — Я провела с тобой не так много времени, как хотелось бы.
— Ты занималась спасением мира.
— Ты и есть мир. Мой мир.
Она изучала цвет его лица, взлет и падение его груди, кожу под глазами, всегда проверяя признаки проблем с надпочечниками.
Его лекарств хватит еще на несколько месяцев. Им нужно будет найти больше или сделать больше.
Всегда есть чем заняться.
— Я хочу убедиться, что ты это знаешь. Что с тобой все в порядке.
— Да. — Майло наклонил голову и закусил нижнюю губу, словно сосредотачиваясь. — Я в порядке.
Она обняла сына, вдыхая его сладковатый мальчишеский запах. Он обхватил ее шею своими худыми руками и обнял ее в ответ.
— Я сказал Квинн, что поделюсь тобой, — прошептал он ей в кожу головы, его дыхание обжигало ее ухо. — Ты ведь можешь быть мамой для всех нас троих?
Ханну пронзила дрожь. Смесь грусти, радости и яростной гордости.
— Это отличная идея.
— Могу я сказать ей, что мы ее удочерили?
— Конечно. Я думаю, из тебя получится фантастический младший брат.
Она почувствовала его ухмылку на своей щеке.
— Вызов принят. И еще, как думаешь, ей понравится змея в ее постели?
— Зная Квинн, она, вероятно, не будет против.
Весело смеясь, Майло оторвался от нее и бросился бежать. Он свистнул Призраку.
— Пошли, мальчик!
С недовольным ворчанием Большой Пир поднялся на ноги и стряхнул с себя кошек. Они разбежались, издавая яростную какофонию кошачьих воплей.
Не обращая внимания на их возмущенные шипения, Призрак зашагал за своим парнем, его величественный белый хвост струился за ним.
Он хромал. Но он по-прежнему оставался Призраком.
Затем зазвучала песня Элвиса Пресли «Can't Help Falling in Love».
— Это любимая песня Квинн! — воскликнул Майло.
— Нет, — проворчала Квинн.
Он подскочил, схватил ее за руку и сверкнул заразительной ухмылкой.
— Потанцуй со мной! Да-а-а-вай?
Квинн бросила на Ханну беспомощный, страдальческий взгляд.
Ханна махнула рукой.
— Развлекайся.
— Это даже не в шкале веселья! — Она закатила глаза от отвращения, как может только подросток. Затем дьявольски улыбнулась, схватила Майло за руки и закружила его по кругу, а потом танцевала с ним медленный танец, пока он вскрикивал и заливался смехом.
Когда певучий голос короля заполнил поляну, Джонас поднялся и пошел по траве через кольцо походных стульев к Квинн и Майло.
Лицо его раскраснелось, он потрепал Майло по плечу.
— Могу я вмешаться и поговорить с леди?
— Леди? — Квинн фыркнула. — Какой леди?
Майло отступил назад, галантно поклонившись.
— Конечно, добрый сэр!
Взволнованный взгляд Квинн метался от Джонаса к Майло и обратно.
— Что ты делаешь?
Джонас ухмылялся от уха до уха.
— Могу я пригласить тебя на танец?
Квинн в замешательстве пробормотала полубессвязный ответ.
— Думаю, это «да». — Джонас взял Квинн за руку.
На секунду показалось, что она может стряхнуть его руку. Или укусить его. Но вместо этого ее лицо приобрело столь же яркий оттенок красного, и ей удалось кивнуть.
Джонас замялся, внезапно занервничал, не зная, что делать. Закатив глаза, Квинн положила свои руки поверх его и положила их себе на талию. Они оба ухмылялись, как чеширские коты.
Ханна сдерживала смех, пока они танцевали, неловко, но мило. Это очень хорошо. Квинн нуждалась в радости в своей жизни. А Джонас был добрым; он хорошо ей подойдет.
— Я ни за что это не пропущу. — Глаза Рейносо вспыхнули озорством.
