Читаем без скачивания Живописец смерти - Джонатан Сантлоуфер

Он оперся спиной о забор и несколько минут смотрел на покрытые мхом деревянные сваи. Они напомнили ему Венецию и Чарлин Кент, с которой он неплохо провел там время. Странно, но она совсем недавно звонила ему по нескольку раз в день, а сегодня вдруг замолчала и не отвечала на звонки. Неужели ей были нужны только картины? Уилли еще некоторое время полюбовался противоположным берегом, который принадлежал штату Нью-Джерси, многоэтажными жилыми домами в районе парка Палисейдс, уходящими в темнеющее небо величественными скалами и двинулся дальше.

Впереди были видны несколько строительных площадок, где на сегодня работа уже закончилась, а за ними какое-то строение. Возможно, та самая мастерская у реки. Уилли миновал Джейн-стрит и сверился с бумажкой. Кажется, это где-то здесь.

— Генри Хандли помещен в камеру предварительного заключения, — объявил Мид, водрузив на стол локти. — Будет сидеть, пока все окончательно не прояснится.

Митч Фриман сидел напротив, сзади стояли два «робота».

— Прекрасно, — произнесла Клэр Тейпелл и скрестила на груди руки. — Итак, я поняла, что это не Генри Хандли. Какие же у нас теперь планы? Должна вас проинформировать: я только что вернулась от мэра. О чем шел разговор, лучше не спрашивайте.

Кейт передала Тейпелл, Миду и Фриману ксерокопии последнего послания Живописца смерти. Портрет чернокожего, наклеенный на пейзаж с видом на реку. Она и Браун рассматривали оригинал.

Тейпелл внимательно изучила послание Живописца смерти и подняла голову.

— Пожалуйста, Кейт, поясните, что все это значит.

— Я теперь окончательно убедилась, — сказала Кейт, — что пейзаж принадлежит кисти Фредерика Черча. Картина написана примерно в тысяча восемьсот семьдесят девятом году, перед тем как художник перестал заниматься живописью из-за артрита. У него был домик в Олане, штат Нью-Йорк, неподалеку от реки Гудзон. Пейзаж, видимо, написан там.

— И что нам это дает? — спросил Фриман.

— Я думаю, он указывает местоположение, — ответила Кейт. — Ключевым фактором здесь является река Гудзон, поэтому он и вставил в коллаж данный пейзаж. Может быть, там есть что-то большее, но это я пойму позднее. Пока только Гудзон.

Она постучала пальцем по фигуре чернокожего молодого человека. Большие руки, торчащие во все стороны волосы, вместо глаз белые овалы, а вместо рта фрагмент шахматной доски. Живописец смерти пририсовал еще пастелью большой красный нож, всаженный ему в грудь.

— Это, несомненно, картина Баскита. Написана в тысяча девятьсот восемьдесят втором году. Называется автопортретом, но внешнее сходство с художником отсутствует. Я видела много фотографий Жана Мишеля Баскита, он совершенно не похож на этого молодого человека. — Кейт на несколько секунд задумалась. — Я полагаю, это символический образ молодого чернокожего. Обратите внимание на волосы. Они у него закручены в косички.

И вдруг до нее дошло.

— О Боже! — воскликнула Кейт и прижала к уху мобильный телефон.

— В чем дело? — спросила Тейпелл. — Что случилось?

— Подождите немного. — Кейт нажала кнопку автодозвона. — Вот черт! Автоответчик!

Всенапряженно ждали — Мид, Тейпелл, Браун, Фриман и даже «роботы».

— Уилли, — наконец пояснила Кейт. — Уилли Хандли. — Она снова нажала кнопку автодозвона и проговорила в трубку: — Уилли, это Кейт. Как только получишь это сообщение, сразу же позвони мне. Немедленно. Ты меня понял? Немедленно. И никуда не ходи, Уилли. Никуда. — Она отсоединилась и перевела дух. — Я думаю, Живописец смерти нацелился на Уилли Хандли.

— Почему? — спросил Браун.

Кейт отбросила за ухо прядь волос.

— Чтобы добраться до меня. Он ведь охотился за мной с самого начала. Подходил все ближе и ближе. Прикидывал, как меня заполучить, и вот теперь придумал надежный способ. Через одного из моих близких. — Она поежилась. — Уилли — только приманка. Ему нужна я. — Кейт схватила коллаж. — Это все указано здесь. Просто и ясно. Так, как я его просила. Река Гудзон. Молодой чернокожий. Он будет его очередной жертвой. — Кейт тяжело вздохнула. — Он собирался расправиться со мной в Венеции. В послании приклеил мое лицо рядом со святым. Но помешала Слаттери. Теперь он зовет меня, манит к себе. Это не что иное, как приглашение.

Кейт посмотрела на репродукцию и представила, как он готовил этот коллаж, зная, что она ужаснется, догадавшись об Уилли. О да, он знал ее прекрасно. Но она его знала тоже.

— У него должно быть жилище у реки, — произнесла она.

— Тайное жилище, — уточнил Фриман.

Кейт снова пыталась позвонить Уилли. По-прежнему только автоответчик. Она повернулась к Миду.

— Отправьте машину к дому Уилли, на случай если он вернется. И не позволяйте ему никуда уходить. — Она посмотрела на коллаж. — На время здесь никаких намеков нет. Нам нужно действовать.

— Вы уверены? — спросила Тейпелл. — Я имею в виду, насчет жилища у реки Гудзон.

Кейт пожала плечами.

— Клэр, я не могу утверждать это достоверно, но чувствую, что именно там он разрабатывал свои кровавые планы.

Фриман кивнул. Кейт еще раз взглянула на коллаж.

— И он меня ждет.

— Ну что ж, до сих пор, кажется, вы ни разу не ошиблись, — печально проговорила Тейпелл и приложила телефон к уху.

— Может быть, он и не собирается заниматься Уилли Хандли, — произнес Мид.

— Но, Рэнди, в любом случае пришло время с ним встретиться. — Кейт проверила, на месте ли «глок». — И наконец разделаться, независимо от того, будет он заниматься Уилли или…

— Я хочу, чтобы вы остались живы, Макиннон.

— Я тоже, — усмехнулась Кейт, показывая «глок» во внутреннем кармане жакета. Она взяла также и автоматический 38-го калибра, который прикрепила под брюками у лодыжки.

— Я должен сообщить о происходящем в ФБР, — сказал Фриман.

Тейпелл кивнула, и он вышел из комнаты вместе с «роботами». Теперь шеф полиции говорила одновременно по двум телефонам. Мид отдавал распоряжения полицейским. Через десять минут они подвели итоги.

— Спецгруппа оповещена, — произнесла Тейпелл. — Но они будут готовы лишь через сорок пять минут.

— Патруль передал в наше распоряжение двенадцать машин, — доложил Мид. — Половина начнет с Бэттери-парка и пойдет вдоль берега. Остальные двинутся с севера им навстречу.

Фриман сообщил по телефону, что в каждой машине будет также агент ФБР.

— Надо задействовать вертолет, — сказал Браун. — Чтобы иметь возможность контролировать передвижения автомобилей.

Тейпелл отдала соответствующее распоряжение. Кейт наклонилась к Брауну.

— Я не могу ждать. Нужно идти.

— Вы же не знаете, откуда начинать, — заметил Мид.

— Я сейчас позвоню Ортеге в отдел жилых помещений, — сказал Браун.

Кейт посмотрела на часы.

— Уже поздно. Там все давно закрыто.

— Позвоню домой. — Браун уже поднес трубку к уху.

— Через двадцать пять минут поднимется вертолет, — сообщила Тейпелл, — с базы на Тридцать четвертой улице.

Кейт нервно заходила по комнате. Тейпелл снова беседовала по телефону.

— Ортега говорит, что у него есть компьютерная карта всего берега, — сказал Браун. — То есть нам будет известно, какие здания старые, а какие новые, какие ремонтируются. — Он схватил за руку молодого полицейского, вошедшего в комнату для заседаний, и передал ему трубку. — Давай поговори с Ортегой и садись за компьютер.

Через несколько минут молодой полицейский отпечатал карту.

— Она мало что нам даст, — заметила Кейт.

— Но по крайней мере мы имеем хотя бы что-то. Например, знаем, — Браун постучал пальцем по карте, — что вот здесь водосток. Значит, его там быть не может.

— Пошли, — сказала Кейт. — Возьмем вашу машину.

— Патрульные машины прибудут с минуты на минуту! — крикнул им вслед Мид. — И как только что-нибудь обнаружите — подчеркиваю: что-нибудь, — немедленно позвоните. Вы меня поняли?

44

На противоположном берегу был виден Хобокен[56]. Его отраженные в воде огни показались Уилли похожи-. ми на серебристых угрей. Он засмотрелся на буксир, который лениво тащился по реке. Старое портовое сооружение впереди тоже выглядело живописно. Черный параллелепипед на фоне оловянного неба.

Уилли посмотрел на часы. Восемь вечера. То есть он пришел вовремя. Неужели здесь живут? Обитая по краям железом деревянная дверь была слегка приоткрыта. Уилли уперся плечом, и она со стоном отворилась. Помещение было похоже на спортзал, холодный и сырой. Через щели в потолке (он был высотой метров десять, не меньше) проглядывало небо. На стропилах виднелись пять металлических светильников, обеспечивающих минимум освещения. На противоположной стене он увидел какието картины и фотографии. В центре стоял длинный металлический рабочий стол, заваленный разнообразными бумагами. Уилли заметил ножницы, ножи со сменными лезвиями, клей.