Скилы: Точный бросок [подробнее]. Мощный удар [подробнее]. Колокольный звон [подробнее]. Тихий шаг [Ранг: Великий познавший [подробнее]. Метательное оружие [подробнее]. Следопыт[подробнее]. Дипломатия [Ранг: Адепт [подробнее]]. Лидерство [подробнее]. Невидимка [Ранг: Великий познавший [подробней]]
Профессии: Скорняк [подробнее]. Портной [подробнее]
Свободные очки талантов: 19 [подробнее]
— Не понял, а почему «Предотвращение конфликта» стало приемом, и «Точный бросок» с прочим в скилы переехали? — зацепился взглядом за изменения Василий. И откуда изменения в защите?
— Изменения в защите результат развития твоей ауры, а…
— Нас хы-хым, а мы крепчаем?
— В корень зришь. Что же до изменений, не забывай, эта таблица всего лишь визуализация твоего представления о самом себе.
— Материализация подсознательного осуществленная посредствам магии, — хмыкнул Василий.
— А может и не стоило тебе интеллект поднимать, — картинно задумчиво прорычал демон.
Василий на это изволил вульгарнешим образом заржать, да так заразительно, что демон не выдержал и присоединился.
— Уф, все, кончай гавкать, — утер выступившие слезы Василий.
— Нет, я тебя точно загрызу, — ненатурально обиделся демон.
— Значит придется озаботиться намордником. Или кляпом в виде шарика со стильными кожаными…
— Ло на тебя дурно влияет, — прорычал демон. — И хватит уже прохлаждаться, кинжал в зубы и пошли шаманов резать.
— Нет у меня кинжала.
— Тогда метательный нож возьми. Для антуражу, — хохотнул демон.
— Сейчас.
— Я пошутил.
— А я для подстраховки.
— Духа для нее призови, пусть ловит, если узлы не выдержат.
— Угу, — кивнул Василий, успевший зажать в зубах нож, и щелкнул по бубну. Не то, чтобы без этого никак, просто ему нравился звук, да и сам бубен стал чем-то родным и сакральным.
Пока Василий вязал канат и распределял очки характеристик, Эмансиэль добралась до магистрата, в котором бургомистр Кхяум проводил большое совещание. На повестке стоял извечный для всех времен и миров вопрос — что делать? Его извечный спутник «кто виноват?» оказался временно неактуален, но все разумные понимали — свое он еще возьмет, потому и обсуждали сложившуюся ситуацию с оглядкой.
Эмансиэль не составило труда попасть на совет, во-первых, ее видели рядом с Василием, а окружение бургомистра и прочий магистратский люд отличался особым умением подмечать нюансы и помнить о специфических деталях. Во-вторых, на совет пригласили представителей всех наемничьих отрядов, так что Эмансиэль осталось лишь назваться таковой и не быть орком. Поэтому, после того, как ее проверили на личину и магию иллюзий, она смогла пройти в бальный зал городской ратуши, ставший чем-то вроде штаба обороны города.
Оказавшись внутри, Эмансиэль проявила похвальное здравомыслие, и, припомнив народную мудрость о том, что молчание золото, принялась активно шевелить ушами. Конечно, до Лариэля ей было далеко, но она прекрасно справлялась.
— Итак, если никто не возьмется за уничтожение Велких шаманов орков, у нас нет шансов удержать город? — подвел итоги вопросом бургомистр, буравя взглядом заплывших жиром глазок собравшихся.
Офицеры гарнизона взгляд выдержали, что и понятно — проводить скрытные ликвидации совсем не их профиль, а о невозможности имеющимися силами пробиться до шатра шамана в приемлемый срок они уже доложили. Нет, если поступит приказ, они, разумеется, все как один, и это даже не бравада, но бургомистр в военном деле понимал, потому и не собирался посылать людей на верную, а главное — бесполезную смерть.
Совсем иначе реагировали представители вольных отрядов. Конечно, далеко не все, да что там, большинство, не могли похвастаться наличием в своих рядах высокоуровневого ассасина. Пожалуй, даже просто воина с высокоранговыми скилами нужного профиля среди них еще поискать требовалось, однако, они все же имелись. Другое дело, что, как подозревала Эмансиэль, очевидная необходимость убрать Великих шаманов, уже прошла обсуждение внутри отрядов, и, здраво оценив свои шансы, профильные специалисты отказались.
«Вася, дурачок, куда же ты полез», — подумала с ужасом Эмансиэль, но менять что-то было поздно. Ей хватило мозгов и воли не выбежать из штаба и не броситься искать Василия. Вместо этого, она протолкнулась через угрюмо молчащую и отводящую взгляды толпу вольных рубак.
— Мы беремся за уничтожение вшей (Великих Шаманов) орков. Но это должно быть оформлено магическим контрактом. Миссия должна проходить по разряду спасения города. Награду берем опытом.
— Только опытом? — удивился бургомистр.
— Максимум возможного опыта. По воли и заветам творца, — объявила Эмансиэль.
— Хорошо, — кивнул бургомистр, которого подобный расклад более чем устраивал. Отдав распоряжение помощнику подготовить бумаги, он вернулся к дальнейшему обсуждению. — Итак, если миссия по ликвидации шаманов провалится, мы должны организовать прорыв из города. Лучше всего сделать это на рассвете. Я отдам письменный приказ и останусь…
«А этот кусок сала храбрец и заботится о своих», — поразилась Эмансиэль. В делах людей, и тем более их законах с традициями, она разбиралась поверхностно, но даже ее знаний хватало, чтобы понять — бургомистр Кхяум собирался пожертвовать собой, и прикрыть подчиненных от гнева вышестоящего начальства. Конечно, прорвавшимся из осады не стоит рассчитывать на дальнешии успех в карьере, но сделать их козлами отпущения не выйдет. Во всяком случае не явно и без перегибов.
— Госпожа, — отвлек Эмансиэль от мыслей подошедший секретарь бургомистра, настолько смазливый и «оформленный», что той невольно вспомнился Лариэль. — Следуйте за мной.
«Нет, наш ушастик до этого не дотягивает», — хмыкнула она, признавая за секретутом неоспоримое лидерство во всем, кроме внешних данных, но это, как известно, дело вкуса. «И весьма необъективный критерий», — мрачно подумала Эмансиэль.
— Господин Кхяум скоро подойдет, ознакомьтесь со стандартным договором, и давайте обсудим изменения.
— Хорошо, — кивнула Эмансиэль, беря протянутый пергамент и начиная читать первый в жизни контракт на выполнение миссии.
Разумеется, теоретически она готовились, так как давно лелеяла мечту о походе за сотым уровнем, но одно дело теория, да еще изрядно устаревшая, и другое практика. Впрочем, на ее стороне играли обстоятельства и выбор награды. Как известно, даже боги не могут распоряжаться опытом по собственному усмотрению. Наверно поэтому и стараются не выдавать заданий, блюдут образ всемогущества и не хотят вспоминать о собственных слабостях.
Пока Василий пробирался сквозь ловкушки и обходил посты орков, а Эмансиэль согласовывала с бургомистром пункты договора, Ло действовала. Сделав в кратчайшие сроки максимум возможного, и оценив свой скорее раздетый, чем одетый вид, она осталась довольна. «Теперь меня ничто не остановит. Я покажу вам силу любви», — сказала она самой себе, после чего воспользовалась природными возможностями и вышла из тени возле богатого шатра орков.
Замерев, Ло прислушалась к себе и прикусила губу. «Столько боли и страдания. Глупые, глупые разумные. Ну зачем вы воюете друг с другом, когда можно любить друг друга. Ничего, я вас всех научу и объясню. Покажу новый, правильный путь. Избавлю от страданий!» — подумала она и, воодушевившись собственными мыслями, принялась выбирать первого счастливчика. «Да, пожалуй это будет он», — решила Ло, чутье которой подсказывало, что в жалких метрах от нее находится могучий шаман, испытавший много боли.
Взмах рукой, и незаметный в тени «Когть крови» бесшумно разрезает войлочную стену шатра. Шаг, второй, и Ло уже внутри. Полумрак не мешает видеть, скорее создает правильную, интимную атмосферу. «Идеально», — улыбнулась Ло, рассматривая спящего.
Поседевшие до белизны волосы, с вплетенными в них разноцветными нитями, на которых подвешены драгоценные камни накопителей маны. Суровое лицо истинного воина, похожее на маску, сложенную из кирпичей. Дубленая аругом и степными ветрами кожа. Морщинки возле глаз, похожие больше на трещины в иссущенной земле. Чуть приоткрытый рот. Обветренные губы, посеревшие от кровопотери. Сиплое дыхание. Сладко-горький и чуть терпкий аромат целебных трав, пропитавших тугую повязку охватившую грудь.
