Читаем без скачивания Мама для сирот (СИ) - Павлова Зарина

Стоило Глебу увидеть незнакомца, в его голубых глазах промелькнула такая лютая ненависть, что даже я немного испугалась. Зато меня наконец-то освободили и я, почувствовав это, кинулась к Глебу.

— Добрый день, Ваше Высочество, наследный принц, — произнес мой муж, задвигая меня к себе за спину. — Яне знал, что вы уже вернулись с фронта.

— Ты многое не знаешь, братец, — усмехнулся мужчина, остановив взгляд на мне.

Я содрогнулась. Еще никогда не встречала настолько мерзкого и опасного человека. От него буквально веяло смертью и болью.

Глеб встал, одарил родственника сухой улыбкой, после чего взял меня за руку и вывел в коридор. Только после того, как мы отошли от комнаты отдыха на дальнее расстояние, я почувствовала облечение.

Мы направлялись к выходу из дворца. Я была этому только рада. Даже если бы меня сейчас спросили, что стряслось, я не смогла бы даже рта раскрыть. Я не могла говорить, что делал наследный принц с чужой женой. Не могла даже посметь осквернить его честь. Меня бы убили, несмотря на то, чья я жена.

Мы сели в кареты, Глеб отдал приказ кучер ехать, а сам сел рядом и обнял за плечи. Только тут я осознала, что меня бьет мелкая дрожь. Я прижалась к мужчине, чувствуя от него тепло и желая получить защиту. Никогда раньше меня никто вот так не обнимал. Нет, обнимали, конечно. Но не тогда, когда мне было плохо или страшно. В детстве, в юношестве и даже в зрелом возрасте я все преодолевала сама. Поэтому для меня было так неожиданно приятно положиться на кого-то, когда сил просто не осталось.

— Все хорошо, — сказал Глеб, когда карета выехала за пределы территории дворца. — Что он сделал?

— Он... ничего такого, — с трудом произнесла я, и коротко поведал о том, что случилось.

— Мразь, — скривился Глеб, прижимая меня к себе. — Ему всегда нравилось играть с девушками. И ему всегда не нравился я. Прости, это по моей вине он пытался тебя напугать. Завтра же вызову доктора, чтобы он осмотрел тебя.

— Но почему... наследный принц такой?

Он напоминал мне злодея из детских сказок. Нет, не из сказок. Он был куда опаснее, чем злодей из сказок. Его взгляд внушал такой ужас, что я предположила бы, что он пришел прямиком из ужасов.

— Он всегда таким был, — пожал плечами Глеб, аккуратно гладя меня на спине. — В детстве он мучал и убивал животных. Издевался над прислугой. Не слушался родителей. Но королева все равно души в нем не чаяла. Пока, шесть лет назад, не узнала, что ждет ребенка. Врачи пророчили ей бесплодие, поэтому беременность была для нее даром божьим. Но...

— Что случилось? Расскажи мне, — я вцепилась в рубашку мужа.

Я просила не из большого любопытства. Мне просто было приятно слышать голос Глеба. Он успокаивал меня. С каждой минутой мое сердце билось все медленнее, а дрожь прекращалась. Не важно, по какой причине все это было. Важно сейчас было только слушать и чувствовать тепло.

— Ох, мало кто вообще знает, что случилось тогда, — тихо сказал Глеб. — После рождения принцессы, король убил свою жену, заявив, что она не могла родить дочь. Он не признал принцессу своим ребенком. Ее заперли в комнате и не выпускали. Когда ей исполнилось три, она пропала. Говорят, что в этом замешан принц. Еще есть теория, что ее выкрала няня или служанка. Но и принцессу с тех пор никто не искал. Она не была кому-то нужна. Предполагаю, что она давно погибла.

— Грустно, — тихо сказала я, вспоминая добродушное лицо короля. — Все еще сложно поверить, что он способен на такое.

— Ты не представляешь, на что он способен, — шепотом произнес Глеб.

Я не стала спрашивать подробности. Мне и так хватило жути на сегодня. Я мечтала только о теплой кровати. И, возможно, теплом молоке с медом. Да и просто горячий чай подошел бы. Все, чтобы смыть этот холод и прикосновения изнутри. Самое поразительное было то, что я не ощущала никакого дискомфорта на своем теле. Мне казалось, этот противный холод был где-то внутри меня, под кожей.

— Оставайся сегодня у меня, — сказал Глеб, нарушая тишину.

— А как же дети? — я нахмурилась. — Нет, я не могу оставить их.

— Хм. Отправлю за ними кучера. А вообще, было бы неплохо совместить наши дома.

— И ты не против детей в доме? — я даже отстранилась слегка от мужчины, чтобы посомтреть ему в глаза.

— А должен быть? — Глеб улыбнулся, но после снова нахмурился. — Однако это надо будет делать после того, как наш план подойдет к концу.

— Да.

Я опустила взгляд. Дети могут стать сильным рычагом давления. Если мне скажут, что их жизни угрожает опасность, я сделаю все, чтобы спасти их. Возможно, даже предам Глеба. Да, это будет невыносимо больно, но потерять детей будет еще больнее. Одна только мысль причиняла мне физическую боль. Поэтому ребят нельзя было подвергать опасности.

— Давай лучше ты к нам, — сказала я, поняв, что детей из защищенного дома лучше не выводить.

— Хорошо, — спокойно согласился Глеб, отпустил меня, открыл дверь кареты и сообщил кучеру новый адрес.

После чего сел обратно и снова меня обнял. Он снял перчатки, поэтому я кожей ощущала его жар. И он был приятным. Согревал что-то внутри меня. Что-то, что заморозил принц. И мне становилось легче. Страх медленно отступал и, когда мы подъехали к дому, могла сказать, что окончательно успокоилась.

Только войдя в дом, я тут же почувствовала приятный запах борща. Неужели Ева самостоятельно его приготовила?

— А вы быстро вернулись, — удивленно сказал Егор, спускаясь по лестнице со второго этажа.

— Да что там делать? — улыбнулся Глеб, разуваясь и помогая разуться мне. — А вы тут что-то готовите?

— Ага! — Из кухни выглянул Сашка. — Вы как раз вовремя! Мы с Евой приготовили борщ.

— А младшие где? — спросила я, направляясь на второй этаж.

— Мы играем в прядки, — сказал мне Егор в догадку. — Мам, если найдешь их на втором этаже, скажи мне, пожалуйста.

— Обязательно.

Я улыбнулась. Дома, где тебя ждали, где любили, и где всегда было тепло, я чувствовала себя защищенной. Тут были люди, которых я любила. В которых я нуждалась. И которых готова была защищать до последнего вдоха. Дорогие мои, завтра проды не будет :з но я надеюсь, что вы не забудете оставить комментарии и поставить звездочку)))

Глава тридцать восьмая. «Разговоры».

После вкуснейшего борща, который приготовили дети, мы провели некоторое время за разговором. Я узнала, что пока нас не было, у Сони начал шататься один из молочных зубов. Я снова задумалась о гигиене. В городе-то уж точно можно было найти зубные щетки и зубную пасту. Во всяком случае, в имении у Глеба я пользовалась чем-то на подобии щеток. Они не были похожи на современные зубные щетки, потому что имели изогнутый контур, но это было лучше, чем ничего.

Еще дети сообщили, что соседи отреагировали на новый дом с любопытством, но без агрессии. Пытались познакомиться и приносили всякой всячины. Но Сашка никого не пустил, вежливо сообщив, что взрослых сейчас в доме нет, а мама запретила им кого-то впускать. Это сработало. Соседи понятливо покивали и отстали до поры до времени.

Я же мысленно застонала. Мне еще и с соседями придется разбираться. Как было хорошо в Верхних Голубках! Там у нас не было соседей. Вообще не единого. И это было даже хорошо с одной стороны. С другой, если понадобиться что-то срочно и помощи просить не у кого. Разве что у лешего или ведьмы.

«Попала я в сказочную страну и теперь даже помощи просить у людей не хочу», — мысленно фыркнула я, укладывая детей в постели и целуя каждого в лоб.

— А, правда, что мы будем жить вместе с дядей Глебом? — шепотом спросил Егор, когда я поправляла на нем одеяло.

— Что? — я удивленно замерла. — Кто тебе это сказал?

— Никто, — пожал плечами мальчик. — Просто вы муж и жена...

В глазах Егора промелькнул страх. Он поспешно опустил взгляд и отвернулся к стенке. Я знала, чего он боялся. Я думаю, каждый из детей думал о том, что я брошу их и уеду вместе с Глебом в его большой дом, жить беззаботной жизнью.