— Слушай, а давай ты уже просто выйдешь и всё, а? — предложила миролюбиво.
Волчица и вышла. Точнее, выпрыгнула. Прямо на меня, повалил на снег. Нависла сверху гневно рыча у самого лица, придавив грудь своей мощной лапой.
— Если ты меня сожрёшь, потом вселяться будет не в кого, — заметила я как бы между прочим.
Кажется, даже удалось скрыть дрожь в голосе. Волчица на мои слова только шире оскалилась, сильнее надавила лапой на грудь, чуть царапнув. Удивительно, но несмотря на своё бестелесное состояние боль от этих действий я ощутила как настоящую.
— Ладно, давай сначала. Я — Эри. А ты?
Снова рычание в ответ. Наравне с пристальным взглядом, который будто насквозь видел все мои помыслы. Очередная порция боли в груди последовала вместе с глубоким росчерком когтей. И мне бы испугаться по-настоящему, свалить из этого места, пока ещё могла. Но что-то удерживало. То ли эти зелёные глаза, что смотрели с таким пониманием и ожиданием, то ли ещё что... Ведь действительно сама согласилась на всё. Так почему медлила? Именно поэтому, собрав последние крупихи смелости, подняла руку и коснулась шерсти зверя. Она оказалась очень даже мягкой на ощупь. Настолько, что я запустила в неё свои пальчики смелее. Ободряющий рык подтолкнул к дальнейшему изучению. Правда, то длилось недолго. Волчица отстранилась, а после с видимым сожалением принялась... рвать когтями мою грудь. Снова и снова. Образ её становился всё более размытым. Пока вовсе не растворился в окружающем нас тумане, который в один миг весь впитался в меня, вынуждая захлёбываться не только болью, но и холодом, дрожать всем телом. И даже последующие жаркие объятия не смогли помочь согреться в должной степени.
Стоп.
Объятия?
Какие ещё объятия…
Чьи…
Влад?
— Тише, мышка, тише. Всё хорошо. Всё закончилось, — послышался родной голос.
Объятия стали крепче, а мне на лоб легла ладонь. Настолько горячая, что моя кровь тоже вмиг вскипела, изгоняя из тела тот жуткий холод, что парализовывал душу.
Душа!
— А я теперь с волчицей, — выпалила, открывая глаза, встретившись с горящим нефритовым взором. — Вроде… — добавила уже не так уверенно.
Обещанных изменений я в себе не ощущала никаких. Я — это просто я.
Ответом мне стал смешок.
— Я знаю, — мягко улыбнулся Владимир, тронув прядь волос.
— Да? — отозвалась недоверчиво.
— Да, — улыбнулся мужчина привычно насмешливо и вместе с тем мягко и нежно.
Впрочем, я его этим состоянием не обманывалась. Ощущала исходящее от него напряжение и клокотавшую внутри ярость, как свои.
Оборотень тем временем приподнял крутивший между пальцев локон выше, позволяя увидеть побелевшую прядь. Улыбнулась ему в ответ, подняла руку, тронув кончиками пальцев мужской подбородок. Осторожно провела и погладила, сместившись к щеке, снова погладила.
— Я люблю тебя. Очень-очень люблю, — прошептала с новой улыбкой. — Не злись, пожалуйста…
Влад отстранённо хмыкнул.
— На что именно? — уточнил и следом сам же предложил варианты: — На то, что пошла ночью неизвестно куда с чужим мужиком? Или на то, что согласилась на опасный обряд? Или всё же на то, что за последние часы умудрилась дважды умереть? На что именно я не должен злиться, Мышка? — в голове слышалась скрытая ярость, но наравне с этим поцелуй в висок вышел очень ласковым.
Это определённо вселяло надежду.
— Я не собиралась никуда идти с твоим братом, тем более — ночью. Я не виновата, что он сам пришёл, а тебя рядом не было, — пожала плечами на первый свой косяк. — А Крис обещал, что всё пройдёт хорошо и мне даже не будет больно, я понятия не имела в чём именно заключается суть обряда, — отмазалась и от последующего своего проступка. — Умирать — я так и вовсе не планировала. Как и не знала, что там будет Ксандр… — продолжила тише, замолчала ненадолго. — За всё вместе прошу прощения. Прости. Я так больше не буду, — закончила скомкано, вцепившись в мужские плечи, уткнувшись носом в его шею.
Ответом вновь стало насмешливое фырканье.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не умеешь ты просить прощения, Мышка, — заметил белый волк. — Хоть представляешь, что я ощутил, когда перестал тебя чувствовать? — укорил. — Не представляешь, — вздохнул устало. — И будем надеяться, что никогда не узнаешь, каково это — потерять пару.
А я… вспомнила Луну. И то, чем она пожертвовала ради меня. Ради того, чтобы я могла быть с Владом вместе всегда. Вот и принялась выискивать взглядом того, кто это всё затеял. Только теперь заметила вокруг полно народа. Вся семья Беловых и даже Рязанов, незнакомые волки. Все они хмурились и переговаривались между собой. А вот Кристофера и Ксандра видно нигде не было. Как и Кристины. Но за неё я не волновалась. Раз её пара здесь и относительно спокоен, то всё с той хорошо. Надеюсь.
— А где?.. — заозиралась ещё больше.
Влад понял меня без лишних слов. Стиснул в объятиях крепче и обернулся в нужную сторону. Там, привалившись к одному из деревьев, прикрыв глаза, сидел раненый и полуголый, не считая спортивных штанов, Кайл-Кристофер. И кажется… дремал?!
Но ощутив мой взгляд, повернул голову и посмотрел прямо на меня. Вглядывался недолго, а затем подмигнул и улыбнулся до того нахально и обаятельно, что я невольно сделала то же самое. Ненадолго. Почти сразу накатило чувство вины и стыда. Ведь снова из-за меня он лишился возможности быть со своей парой. На этот раз навсегда. Не знаю, что такое Забвение, но девушка его очень испугалась.
Кристофер, явно легко понявший моё состояние, с трудом, но поднялся на ноги и неспешно приблизился, плюхнувшись рядом. На нас с Владом больше не смотрел. Уставился на не потухший огонь в центре поляны.
— Не печалься, Мышка, я всё знаю. Как и знал, на что шёл, — проговорил парень негромко, и на этот раз его улыбка вышла грустной. — В конце концов, что такое восемь месяцев после десятка веков ожидания её рождения? — заметил веселее после недолгого молчания, сверкнув хитрым взглядом в мою сторону.
— Восемь месяцев? — растерялась я. — То есть, Луна не ушла в… Забвение?
— Нет, конечно! — практически возмутился Кайл-Кристофер. — Ещё б они посмели это сделать! Я ж Видящий. Один из них. Так что не переживай, Мышка, Луна вновь появится в этом мире уже на исходе этого года. И я надеюсь, нашу племянницу и её огненного альфу не хватит удар по этому поводу, — заметил как бы между прочим, вызвав смешок у своего брата.
— Или тебя, — съехидничал Владимир в ответ. — После того, как чета Оливейра отойдёт от такой чудной новости, — ухмыльнулся.
Брат его поддержал коротким смешком.
— А ещё эти ваши Видящие передавали привет… бриллиантику, кажется, — поморщилась, вспоминая моменты своей смерти. — Только я не совсем поняла, кто это… — призадумалась на эту тему.
Беловы тоже.
— Бриллиантик… — протянул Влад, чуть нахмурившись. — Не припомню, чтобы у нас кого-то звали так даже в шутку.
— Я тоже, — кивнул Крис, осматриваясь, а после и вовсе сказал громко, для всех: — Кто-нибудь в курсе, кто у нас Бриллиантик? А то ж привет передать велели, — закончил почему-то совсем мрачно, но тут же его лицо вытянулось в изумлении. — Да ладно… — добавил больше себе, чем кому-то, и принялся искать взглядом кого-то.
Все присутствующие посмотрели на нас с искренним недоумением.
— Бриллиантик… — протянул уже недобро Белов-старший, тоже принявшись оглядывать толпу сканирующим взглядом.
— Роберт, где Кристал? — обратился к невысокому человеку лет пятидесяти, который в этот момент копался в недрах металлического чемоданчика.
Рядом с ним обнаружился бессознательный Ксандр. Живой, что удивительно. Но его явно усыпили. А тот, к кому обращался отец моей пары, принялся осматривать округу.
— Только что была здесь, — пробормотал растерянно, поднимаясь на ноги.
За ним следом все вокруг тоже пришли в движение.
Кристофер вмиг оказался стоящим на ногах, позабыв о ранениях. Влад почти сразу последовал его примеру. Вместе со мной на руках. Паника окружающих набирала обороты. Потому что даже альфа белых волков более не чувствовал свою супругу.
