Читаем без скачивания Озеро. Вас убивает Таймыр - Вадим Денисов

Седой внимательно посмотрел на помощника. Может, заменить?

— Не будет, говоришь… Людей уже потеряли? Потеряли! Один Гамзат скольких стоит… Он стоил — как все остальные ваши мамелюки… Где он теперь? Где таких бойцов брать? Это же штучный товар! У меня ведь их не табуны… И вообще. Вдумайся, какие деньги я вам всем плачу!

— Я представляю…

— А ты представь теперь, сколько в этом чертовом «Москито» алмазов! Там их набито столько, что вся Якутия год отдыхать может… Весь «Де Бирс» в больничку ляжет, если узнает! — внезапно седой начальник взъярился, закричал, не выдержал: — Это же была линия ленд-лиза для самого Берии! Для Берии, ты понимаешь!!! Лично для него сделанная — зэками, солдатами, чукчами, чертями, дьяволами, не знаю… Через весь Крайний Север страны! Там такое возили… Ты хоть понимаешь своей башкой, какие макли этот человек умел крутить? И крутил! Масштабы какие! И именно этот долбанный «Москито» алмазы и вез, информация у меня верная… — и внезапно успокоившись, добавил обыденно и страшно: — В общем, так. Если провалитесь, я тебя убью лично, а твою семью отдам черным. Все. Можешь идти, — и снова пошел за стол, к телефону — докладывать наверх.

Сержанту тоже не очень понравилось, что они разделились. Много времени благодаря этому решению не сэкономишь, а вот проблем… В одиночку обшаривать темные горные распадки, вблизи совсем не такие маленькие, как кажется из двигающейся машины — дело долгое и муторное. Тем более к вечеру, когда силуэты всех предметов начинают стремительно меняться. Да и без партнера гораздо быстрее устаешь, притупляется чувство опасности, а значит, несмотря на весь свои опыт, можно сделать ошибку.

Но решили — так решили!

Одиночного плавания он никогда не боялся, ибо всегда был по своей природе одиночкой. Одиночество его не тревожило. Напротив, неизвестность манила с огромной силой. Гораздо больше его беспокоили два других обстоятельства.

Первое — незатушенный костер возле строений предполагаемой базы. Один там побывал человек или нет — с ходу не определишь. Но, скорее всего, это был все-таки одиночка. Одиночка, остановившийся на часок-другой. Пикник на обочине. Любая группа людей расположилась бы более основательно, комфортно. Если уж не с мангалом для шашлыка, то хотя бы с примитивно оборудованным очагом. Готовить-то надо. И обогреться надо. А уж если ночевать — то без костра-нодьи не обойтись. Так что, если кто и был, то уж никак не команда — хрен ты обсушишься с таким слабеньким, без всякой защиты от постоянного ветра костерком.

Впрочем, это мог быть и разведчик, то есть часть целой группы. Но тогда — плохо подготовленный, а значит, и плохо предсказуемый в своих действиях. А непредсказуемый человек бывает весьма опасен.

То, что за всей их командой давно и тщательно следили — это было без сомнений! Только неизвестно вот кто…

Квест только языком трепать может! Следопыт… А враги потеряли Донцовскую группу из виду только тогда, когда они уже умчались в пробный пробег под эгидой Бригады. Для БСЕ все операции с боевой техникой если и не совершенно секретны, то уж никак не подлежат разглашению и разбалтыванию. Преждевременная реклама в этом деле не нужна. Особенно во время первых пробегов, после которых будет время подводить итоги. И не известно еще какие… Одобрят приобретение такой техники или забракуют? А ведь это немалые деньги. Еще полетят головы и звезды на погонах. А может, и наоборот! Все-таки — новая ступень в вооружении Республики Таймыр.

Хорошо, хоть тут их не проследишь. Разве что с вертолета. Но шума вертолетных винтов они не слышали не разу. В эфире тоже было пока тихо — Игорь постоянно прослушивал вероятные частоты. Да и за просто так вертолеты над маршрутом движения БМП не полетают. Донцову сразу бы сообщили об этом по радиосвязи.

Южным красноярским соседям, а точнее, их спецслужбам, наверняка было бы особо интересно полюбопытствовать, как и чем вооружается отколовшаяся от края своенравная Таймырия. Но при выполнении любых маневров, при слежении с юга, не миновать дозорных постов пограничников и прежде всего — радиолокационную станцию на массиве Лонтокойский Камень. А тамошние спецы, случайно или нет, уже показали всем, как умеют сшибать непрошеные вертолеты. Скандал был ужасный…

Все это так, если против них действуют официальные власти Сибирской Республики — бывшего Красноярского края. А если нет? Ни для кого не было большим секретом, что криминал на всех территориях Сибири уже настолько сроднился с местными властями, что порой было не понятно, кто руководит Сибирской Республикой — бандиты, сама Власть или превеликое множество политических партий и союзов, мелких и крупных, но в основном — экстремистских.

Сейчас возможны любые дикие провокации. Там, на юге, только что всем миром вступили в предвыборную гонку.

Если принять за истину, что вертолет Ми-8, расстрелявший экспедицию Аристарха Донатовича, был все-таки бандитский и подкрался именно с юго-восточной стороны, то ничего не мешает им совершить еще один подобный рейд. Ведь в прошлый раз они прошли-таки мимо погранцов. И ни локаторщики их не заметили, ни наземные посты.

Но разведчик-одиночка, если это именно он разводил костер, мог принадлежать как к серьезной криминальной группировке, достаточно хорошо оснащенной, так и к агрессивной политической шайке. А уж тем более — к силовой государственной структуре. То, что хлопец ошибся с костром, это — так, пустячок. Тут, по большому счету, не угадаешь. И у него есть должная подготовка, нечего надеяться. Иные сюда не доходят…

А если утечка произошла уже здесь, в городе? И за ними следит тоже одиночка, но только… профессиональный охотник до чужих богатств? Есть, есть они на Таймыре. Такому человеку абсолютно «до фени», какой-такой индикатор торсионного поля находится в трюме рухнувшего «Москито». А вот если там есть золотишко или иные вечные ценности… На все пойдет, всех перещелкает к чертям собачьим.

— Трахома…

Сержант машинально оглянулся, опасаясь почувствовать на своей спине бесстрастный взгляд оптического прицела…

Есть вариант, что этот костерок — след исканий Константина. Парень непонятный, если не больше… Но нет, не мог этот чудак-отшельник с такой скоростью вернуться от заброшенной базы к себе в хижину. Костер ведь затушили относительно недавно.

И еще — оставшаяся в живых команда самого Арисуарха Донатовича… Они-то знают почти все, кроме координат цели. Им просто достаточно следовать за БМП на вездеходе. Или просто ждать в точке, мимо которой группа Донцова пройти просто не сможет.

Сержант чертыхнулся, огляделся еще раз.

Ну что мешало им совершить старый, тысячу раз описанный в детской литературе про индейцев-ковбойцев трюк — сделать на бээмпэшке внезапный круг назад. Местность позволяла сделать такой маневр и посмотреть — нет ли позади погони? Не пылится ли дорога, не идут ли коварные хазары во след войску.

Вторым обстоятельством тревоги Сержанта был предмет исследований колоритного, но совершенно правого Константина. Снежный человек, йети, бигфут — называй как хочешь.

Довольно большую часть своей сознательной жизни в тундре Сергей Майер провел в одиночестве. И ему очень хорошо было знакомо то леденящее сердце чувство, когда затылком чуешь на себе внимательный взгляд из ближайшего леска. Не звериный и не человеческий. Зверь смотрит по-другому. Это проходили.

Сколько раз, когда он обустраивал лагерь, давило тревожное ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Бывалые охотники говорят — это медведь. Но тот страх и тот взгляд был иной. Сверхъестественное чувство близости неведомого. Эзотерика.

Сержант был уверен в том, что сталкивался с ним в этих местах, и не раз!

Был ли Сержант мистиком? Скорее да, чем нет. Так часто бывает. Если человек всю жизнь готовится к активным боевым действиям, сам ли, в спецлагерях ли каких-нибудь «беретов» — не важно, то в неминучей битве он готовится рассчитывать только на свои проверенные нервы и тренированные мускулы. На чистый, холодный расчет и знание тактики боя. Но на деле все профессиональные бойцы (как и все спортсмены) сплошь и рядом верят в заговоры и приметы, примитивные жертвы. И зачастую их фетиш — понятия «удача» и «судьба»…

В снежного человека Сержант верил как в проявление потусторонних сил. Другое дело, что сам он его не замечал никогда. Что поделать! Он не индеец из племени чилкутов и не Дерсу Узала.

Именно ожидание этой встречи с непонятным, а отнюдь не с медведем или росомахой, которых Сержант (может, и напрасно) не боялся, и привели его в свое время к мысли использовать в качестве надежного датчика возможных проявлений иного мира живое существо — любимого кота. Ведь говорят же, что только кошки способны увидеть и даже разговаривать с домовым. А после разговоров — играть с ним.