пд от 1 июля 1942 г. 306 пб получил от штаба полка приказ провести разведывательную операцию с целью уничтожения советских укреплений и захвата пленных. Учитывая расположение противника и характер местности, командир 306 пб майор Курнот поручил ее проведение командиру 1 роты гауптману Ландверу, который вскоре представил разработанный им план разведоперации «Текленбург».
(См. схему № 15.)
28 июня разведывательные дозоры установили, что предусмотренные в плане советские укрепления оставлены красноармейцами. Между тем проведенная 1 ротой 306 пб разведка установила гораздо более удобную возможность подхода к укреплениям, занятым крупными советскими силами. Наиболее подходящими для операции представлялись укрепления на дороге Михалево — южная окраина Вороново, так как здесь была возможность достаточно удобного и обещающего успех обхода противника с тыла.
Вечером 29 июня погода и положение противника были весьма благоприятными, поэтому операция состоялась в тот же день. В 22:45 РП из 13 человек под командованием цугвахтмайстера (фельдфебеля) Зегера сосредоточилась на исходной позиции и через 15 минут вышла на задание. Движение разведчиков контролировали артиллеристы и пехота с тяжелым вооружением. В случае обнаружения РП по сигналу ее командира красной ракетой они должны были открыть шквальный огонь по намеченным целям.
Схема действия РП 306 пб в ночь с 29 на 30 июня 1942 г.
Фланговое прикрытие осуществляли:
• справа: два ручных пулемета 1 роты 306 пб и взвод станковых пулеметов 310 пб;
• слева: пять станковых пулеметов 1 роты 306 пб с возможностью обстрела вражеских укреплений в Михалево, а также в лесу и кустарнике севернее и северо-восточнее высоты 52.1.
В 0:45 РП находилась примерно в 50 м к юго-востоку от траншеи, выбранной для нападения. Здесь командир группы провел необходимую подготовку к штурму и детально проинструктировал подчиненных. В 1:10 РП вышла на рубеж атаки отдельных намеченных целей с тыла. Когда группа продвинулась до 20 м, ее обнаружил «гарнизон траншеи (2 человека у станкового пулемета и 2 часовых с винтовками)», встретивший противника огнем стрелкового оружия и гранатами. А дальше произошло следующее:
«В коротком и жестком рукопашном бою часовые были уничтожены обервахтмайстерами (унтер-фельдфе-белями. — Прим. автора.) Ротом и Вайсом. Остальные находившиеся в траншее русские после этого сбежали в большой блиндаж и подняли по тревоге его гарнизон, который также предпринял попытку ручными гранатами отбить атаку немцев. Однако цугвахтмайстер Зегер, цугвахтмайстер Андрэ и обервахтмайстер Финк гранатами и огнем на подавление из пистолетов-пулеметов, а также ручного пулемета удерживали гарнизон блиндажа до тех пор, пока прикомандированный сапер ефрейтор Юпп Примас устанавливал свою взрывчатку. В результате взрыва блиндажа и предшествовавшего рукопашного боя весь гарнизон в количестве 10–15 человек был уничтожен.
В это же время другая часть РП гранатами и связками гранат уничтожила еще 4 менее крупных блиндажа и около 7 огневых точек и ДЗОТов. Судя по величине и конструкции этих укреплений можно предположить, что всего уничтожено 25–30 русских. Кроме того, были уничтожены находившиеся на огневых точках боеприпасы, а также 1 ручной и 1 станковый пулемет.
После взрыва последнего укрепления двое русских, из них один раненый, попытались скрыться, однако были внезапно атакованы обервахтмайстерами Залманном и Ротом и взяты в плен. Не раненый русский боролся настолько упорно, что вести его с собой могло поставить под удар успех всей операции. Поэтому он был застрелен обервахт-майстером Залманном. Таким образом, ни один русский из этого укрепленного пункта не ушел. В этот момент (01:17) командир штурмовой группы подал условленный световой сигнал на открытие заградительного огня. Под его прикрытием РП вместе с захваченным пленным оторвалась от противника и кратчайшим путем по открытой местности вернулась к своим позициям. При отходе был легко ранен один человек. Ошеломление противника очень точным заградительным огнем 1-й и 3-й батарей 223-го арт. полка, орудий поддержки пехоты, противотанковых орудий и минометов по согласованным целям было настолько сильным, что открыть эффективный ответный огонь русские не смогли»[275].
Сравним с противником?
Подробное описание поиска немецкой стороной позволяет сравнить его с советскими документами. Из донесения 385 пп ясно, что нападение РП продолжалось всего семь минут. Стоявшие на посту Боев и Смирнов заметили немцев и вступили с ними в бой, но уничтожение наших бойцов в жестком рукопашном бою выглядит преувеличением. После того, как немцы проникли в траншею и стали забрасывать ДЗОТы гранатами, они могли видеть бежавшего Боева. Вероятно, красноармеец был ранен разрывами гранат, а вскоре его схватили разведчики 306 пб.
Но кто же был вторым советским бойцом, который оказал немцам сопротивление и был застрелен перед отходом РП? Согласно боевому донесению 998 сп № 261 от 30 июня, убитыми считались Боев и боец 3 ср Столяров. Однако немцы напали на позиции 2 ср, поэтому маловероятно, что обервахтмайстер Залманн застрелил именно Столярова, хотя исключать такую возможность не стоит.
Немецкие документы очень подробно описывают бой РП в советской траншее, но все же они грешат преувеличением. В частности, в ЖБД 223 пд указано, что РП 306 пб «взорвала 5 вражеских блиндажей и 7 ДОТов, уничтожила один станковый пулемет и взяла одного пленного. Вражеские потери: ок. 30 человек»[276].
Понятно, что советские потери немецкие разведчики оценили условно, засчитав себе уничтожение мнимых гарнизонов ДЗОТов, которых они лично не видели. Кроме того, как установило советское расследование, немцы повредили лишь два сооружения.
Пленный красноармеец показывает немцам интересующую их информацию
Несмотря на указанные расхождения, донесение 385 пп является более объективным, чем донесения 998 сп и 286 сд. Как следует из проверки штабом 8 А, штабы полка и дивизии поверили в выдумки очевидцев событий из 1 взвода младшего лейтенанта Кузьмина, заявивших, что после артналета их позиции атаковало несколько немецких групп из 30–40 человек. Документами противника это не подтверждается. РП состояла из 13 человек, а немецкая артиллерия открыла огонь только по сигналу разведчиков при отходе.
Как следует из донесения 385 пп, РП 306 пб свою задачу выполнила: вернулась с пленным. Его принадлежность к 998 сп подтверждается записью в ЖБД 26 АК от 1 июля 1942 г.:
«Захваченный 30 июня пленный из 998-го сп 286-й сд рассказал, что политрук на занятиях говорил о переброске новых частей и сильных танковых подразделений для наступления. Также пленный упомянул об участившихся случаях неповиновения красноармейцев приказам командования, вплоть до заявлений о намерениях убийства командиров и политруков»[277].
Фельдфебель вермахта со свистком и гранатой в окопе на Восточном фронте перед атакой
Хотя в немецких документах фамилия пленного
