Всем своим внешним видом (и ролями) Гундарева всегда олицетворяла собой эталон здоровой и работящей женщины. Поэтому для многих как гром среди ясного неба явилось то, что произошло с актрисой летом 2001 года. Она отдыхала у себя на даче под Дедовском, когда 19 июля ее внезапно сразил ишемический инсульт. О его причинах потом говорили многое. Одни утверждали, что актриса просто пренебрегала отдыхом (днями трудилась на грядках, хотя на улице установилась неимоверная жара), другие винили во всем пластическую операцию, на которую Гундарева решилась незадолго до инсульта.
В Институте скорой помощи имени Склифосовского, куда ее срочно доставили из больницы в Дедовске, врачи буквально вытащили актрису с того света. Спустя несколько дней Гундареву перевезли в другое медучреждение – Институт нейрохирургии имени Бурденко. Там, выйдя из комы, Гундарева потеряла способность говорить. Это было вызвано длительным использованием искусственной вентиляции.
После длительной реабилитации Гундарева постепенно пошла на поправку. Спустя 10 месяцев у нее улучшилась речь, начала восстанавливаться способность к движению. Несмотря на парализованную правую часть тела, в мае 2002 года Гундарева начала самостоятельно ходить. У нее восстановилась мышечная активность, не пострадал и интеллект – она, например, помнила почти все свои роли. Однако потом беды посыпались на актрису одна за другой.
Все началось после 28 августа 2002 года, когда врачи разрешили Гундаревой отпраздновать ее 54-й день рождения. На следующий день после торжества именинница вместе с мужем и сиделкой уехали на дачу. И вечером того же дня Гундареву сразил второй инсульт. После этого речи о кардинальной поправке уже не шло – чудом было уже то, что актриса вообще выжила. Однако эту правду от самой Гундаревой врачи и близкие скрывали, чтобы лишний раз ее не травмировать. Сама же она продолжала верить в чудо и упорно работала над собой: регулярно делала лечебную физзарядку, разрабатывая мышцы ног и рук (Гундарева была частично парализована). Затем, когда устала надеяться на врачей, обратила свой взор на нетрадиционную медицину. Но и та оказалась бессильна.
В декабре 2002 года во время прогулки с мужем Гундарева поскользнулась и упала, ударившись головой. На «Скорой помощи» актрису доставили в больницу с диагнозом: «повреждение мягких тканей головы и гематома на затылочной части». Лечение длилось несколько месяцев. В итоге свой 55-летний юбилей в августе 2003 года Гундарева вынуждена была встречать в стенах Центральной клинической больницы Московской патриархии (причем за две недели до него она перенесла третий инсульт).
Вся страна тогда внимательно следила за состоянием здоровья своей любимицы, надеясь на благополучный исход болезни. Но лучше ей не становилось.
28 марта 2005 года в «Московском комсомольце» появилась очередная статья о состоянии здоровья любимой актрисы под названием «Натальино горе» (автор – А. Рачинская). В ней сообщалось следующее:
«…Несколько дней назад самочувствие актрисы резко ухудшилось. Она перестала узнавать своих родных и даже мужа, которого… погнала от себя прочь. Сознание Натальи помутилось, она уже не встает с постели и сейчас признает только тех, кто сутками дежурит возле нее, – сиделку, нянечку и врача.
По мнению медиков, ухудшение состояния здоровья Гундаревой напрямую связано с перенесенными ею инсультами (с 2001 года у актрисы их было аж три!)…
В последние полгода рядом с Натальей Григорьевной почти постоянно находился врач-экстрасенс, который поддерживал актрису нетрадиционными методами лечения. Возможно, именно они оказали какое-то влияние на здоровье Гундаревой…
Когда-то Наталья Гундарева сказала: «Жить вообще страшно. Есть тихая надежда, что Бог не оставит меня своей милостью. Может быть, все это произойдет в одночасье, и ты не будешь висеть тяжким грузом на тех, кто останется рядом с тобой». Больше всего она боялась, да и сейчас, видимо, боится быть обузой для кого-то. Возможно, поэтому и отталкивает своего мужа, которого перестала узнавать».
После выхода этой заметки актриса прожила полтора месяца.
7 мая родные забрали Гундареву из Центральной клинической больницы Святителя Алексия на дачу, чтобы встретить с ней праздники. Спустя несколько дней актриса вновь вернулась в клинику. Причем чувствовала она себя в те дни превосходно, радуясь хорошей погоде и своему отменному самочувствию. Никто тогда и предположить не мог, что от смерти ее отделяют какие-то несколько дней.
Н. Гундарева скончалась 15 мая 2005 года. Смерть актрисы произошла внезапно от оторвавшегося тромба, который закупорил легочную артерию (у Гундаревой был приобретенный порок сердца). Роковую роль здесь сыграли осложнения после инсульта. Вот как описывала последние мгновения жизни Гундаревой газета «Жизнь за неделю» (номер от 16 мая, авторы – Е. Шереметова, М. Бахтиярова, О. Алексеева, С. Трофимов):
«…Смерть актрисы стала неожиданностью не только для близких и почитателей ее таланта, но и для лечащих врачей. Еще в субботу (14 мая. – Ф.Р.) состояние Натальи Георгиевны было стабильным. После визита мужа Михаила Филиппова актриса легла спать в приподнятом настроении.
Около восьми часов утра сиделка, дежурившая в палате Гундаревой, услышала страшный хрип. Бросившись к актрисе, женщина закричала от ужаса. Красивое лицо Натальи Георгиевны посинело и было искажено гримасой боли, рот открыт, словно из него рвался предсмертный крик. Сиделка в отчаянии кинулась за помощью.
– Врача! Скорее! – от шока у бедной женщины перехватило дыхание, и она расплакалась.
Дежурный врач приказал медсестре срочно вызвать реаниматолога, а сам бросился в палату актрисы. Наталья Георгиевна уже не дышала. Подоспевший реаниматолог и дежурный доктор пытались вернуть Гундареву к жизни, но было уже поздно…»
Отметим, что чуть позже смерть замечательной актрисы, за состоянием здоровья которой следила вся страна на протяжении четырех лет, вызвала массу откликов в СМИ. Вот как, к примеру, откликнулась на страницах «Комсомольской правды» (номер от 17 мая) журналистка О. Бакушинская:
«За четыре года, которые прошли со времени первого инсульта, мы уже, кажется, явились свидетелями каждого шага Натальи Георгиевны. В прямом смысле слова. Потому что о каждом этом трудном шаге говорили и писали очень много. Часто и не очень тактично. Представляю, как ее раздражали эти фотки из-за угла. Да и какая интересная и ухоженная женщина захочет предстать, мягко говоря, несобранной, на больничной каталке.
Итак, мы знали про нее все. Что инсульт у нее случился на даче, что многие дни она была в коме между жизнью и смертью. Потом все вроде бы стало налаживаться. Были большие планы – вернуться на сцену. А по сути, мечталось хотя бы о малом, о том, что для большинства незаметно вообще: «Пожить жизнью, какой жила. Сесть за руль, войти в квартиру, самой открыть дверь».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
