Да и купол.
– Что купол? – Свят с трудом опустился ко мне.
– Купол жрет чью-то ману. Их время ограничено. Они схватят меня и постараются, как можно скорее, уйти.
– Так может, тогда попробуем отбиться, дождаться, пока кончится мана… и…
– Точно занервничают, – твердо сказал я, – и начнется резня.
– Блядь, Стас, – Свят схватил меня за плечи, я скривился от боли. Каждое резкое движение отдавалось болью в ране, – приди в себя! Послушай, что ты несешь!
– Мой разум, – я заглянул в глаза Святу, – кристально чист. Я знаю что делаю. Сегодня из-за меня не будут казнить заложников. Уже достаточно смертей случилось по моей вине. Все. Хватит.
Свят отстранился, широко раскрыл глаза, долго смотрел на меня.
– Тогда пусть заберут и меня тоже, – сказал он, – я виноват в том… в том…
– Ты не в чем не виноват, – утвердил я, – и останешься здесь. Это дорога в один конец. Не для того, я тебя идиота, спасал столько раз, что б ты так тупо сдох.
Свят не ответил. Он растерянно посмотрел на меня, отвернулся. С трудом встал и вновь закрыл меня своим телом.
Я взглянул, что происходит у арены. Внезапно, на трибуне, прямо над головой Юрия и Волнина, началось движение. Я с трудом сфокусировал взгляд. Это была принцип Ларина. Она и ее копье пробирались к краю арены. Внезапно, принцип Ларина побежала, остальные ксифоманты последовали ее примеру.
Она прыгнула вниз, приземлилась, перекатилась по полу, и сходу вонзила ксифос в одного из Криомантов. Резанула его дважды, отбросила силой.
Остальные ксиофманты также вступили в бой.
– Защищать Малинина! – скомандовала принцип, – не дать забрать его!
Началась неразбериха. Все забегали, толпа заложников начала рассыпаться кто куда.
Я ошарашенно взирал на все происходящие. То обстоятельство, что за меня вступились, придало сил. Я напрягся, с трудом встал, опираясь о стену. Предки! Как же больно! Я стиснул зубы. Выпрямился. Взял в руки ксифос.
– Стас? – Свят взглянул на меня, в его глазах загорелась надежда.
– Защитные поля, – сказал я с трудом, – нужно сгруппировать заложников на трибуне. И включить поле. Там они будут в безопасности. Пойдем.
В суматохе, мы, быстро, как могли, побежали к трибунам.
Все происходило стремительно. Я увидел биоманта Суриева.
– Фас! – трубным голосом приказал он. Змейки, немедленно приняли угрожающие позы, выпустили клыки и острые когти. Прыгнули на ближайших криомантов. Завалили их, стали рвать доспехи.
Одну змейку, немедленно пронзили острым осколком льда. Вторую, ударил по лицу крепкий криомант, переборол ее, стал душить. Внезапно, в него ударило пламя. Это был пиромант-кузнец Сараев. Неизвестно как, но он остался среди заложников. Должно быть, сумел скрыть свой значок.
Он приблизился, ударил криоманта ногой по печени. Тот перевалился, змейка оказалась сверху.
–Держись, Малинин! – крикнул пиромант, глядя на меня, – я освобожу своих и вернусь тебе на помощь! – Он побежал в сторону, куда увели остальных пиромантов. Там на него немедленно напал воин в белом. Завязался бой, продолжение которого я не видел.
Претор Вольнин бился с Юрием на том конце арены. Вокруг четверо ксифомантов сражались не меньше, чем с десятком белых солдат.
Вольнин увернулся от очередного удара, отпрыгнул от ледяной атаки. Один из ксифомантов ловко взрезал криоманта хитро изогнутым ксифосом. Потом пронзил шею, клинок расширился, и голова белого солдата отлетела в сторону. Ксифомант немедленно напала на Юрия.
Вольнин тоже не мешкал. Он уступил место ксифоманту. В суматохе побежал, к толпе. Выципил оттуда магистра ордена. Вместе они убежали куда-то по трибуне, и скрылись.
Ксифомант, сражавшийся с Юрием быстро погиб. Юрий увернулся от его удара, врезал кулаком по лицу так, что солдат Ордена упал на землю. Юрий нагнулся и приморозил его голову к полу, поднялся, растоптал ее.
Отступаем! – видя это крикнула принцип Ларина, – все к Малинину! Защищать кадета! – Ксиофоманты быстро и слаженно перегруппировались, стали с боем отступать к нам, сдерживая солдат в белом.
– Быстрее! – орал я, что есть мочи, каждое громкое слово отдавалось болью во всем теле, – все на трибуну! Укроемся под защитным полем!
– Отличный план! – Крикнула принцип, – все на трибуну! Эй ты, биомант! – Ларина взглянула на Суриева. Он безуспешно пытался вернуть к жизни одну из змеек. Вторая прижалась к нему, схватившись за голову и громко рыдала, – ее не спасти! А ты нужен здесь! У нас раненые!
Суриев растерянно посмотрел на меня, потом на мертвую змейку, что-то сказал живой, и они помчались к нам.
– Не дайте им зайти! – Орал Юрий, – уничтожить генератор поля!
Примчался Суриев, с ходу он обнял меня и Свята.
– Эй, дед! – крикнул пошатнувшийся Свят, – не время для нежностей!
Я почувствовал, как боль и усталость ушли из тела. Немедленно пободрел.
– Что ты сделал? – воскликнул я.
– Добавил витальности, – затараторил старик, – задействовал немного резервных ресурсов твоего собственного тела, хватит на минутку, чтобы ты поспел на тирбу… Эй! Ты куда!
Я помчался прочь от группы, прямиком по направлению к генераторам силового поля.
– Стас! – услышал я крик Свята позади. Обернулся, увидел как он вступил в бой с криомантом.
– Вот! Это Малинин! – Крикнул Юрий, – Взять его!
За мной помчались несколько кримоантво, в том числе Юрий и девушка.
Я бежал вперёд. В руке сжимал ксифос. Мне на перерез мчалась еще группа Тут, напрыгнул первый из белых. Я в подкате просто проскочил между его ног. Подвернулся второй, ударил ледяным мечом, я увернулся, ткнул его в незащищенный бок ксифосом. Удлиннившийся в теле клинок выскользнул с другой стороны. Третьего я резанул по ногам. Четвертого – по шее. Он согнулся, схватившись за горло, я ловко перекатился по его спине и помчался дальше.
Боль стала медленно возвращаться. Я ощутил первые признаки слабости в теле.
Впереди была судейская трибуна. Я хотел было прыгнуть. Но почувствовал, как примерзают ноги. Упал. Это была девушка-криомант, она напала. Силой я разбил лед, перекатился, встал на ноги. Она попыталась меня заморозить, собрала в руках ледяной шар. Я прыгнул, прошел ей в ноги. Мы упали. Я оказался сверху. Шлем слетел с ее головы… Синие волосы голубые глаза...
– Ты! – выдохнул я.
Девушка удивленно взглянула на меня, смешно моргнула пару раз. Я услышал громкий топот, вскинул голову. Увидел Юрия. широкими,
