противо-корабельной ракетой, — сообщил капитан Пеллеон, посмотрев на задумчиво смотрящего сквозь главный иллюминатор гранд-адмирала Трауна.
Синий свет боевого освещения делал неподвижного чисса еще более пугающим, чем обычно.
А, если учесть и тот факт, что в настоящий момент «Страж», расположившись под углом в сорок пять градусов относительно верхней палубы «Затмения-II» курсовым огнем своей артиллерии буквально вколачивал в имперский корабль прописные истины тибанны и ионных залпов наряду с ракетами и протонными торпедами, то отблески детонаций орудийных установок и различного оборудования, декомпрессионных взрывов, отблесками отражались на лице Верховного Главнокомандующего Доминиона.
— Не тешьте себя надеждой на то, что все закончится так просто, капитан, — посоветовал Траун. — «Затмение» и «Затмение-II», это корабли, разработанные в качестве флагманов Императора. Если на других звездолетах и есть некомпетентные экипажи, командиры, то тут — нет. Видите, как они начинают концентрировать огонь на шестом секторе нашего носового щита?
— Да, сэр, — с пониманием ответил Пеллеон. — На стандартных «Палачах» этот сектор защищает генераторы кластера носовых сенсоров.
— Именно, — подтвердил Траун. — Выбьют их — оставят нас ослепшими на пятнадцать секунд, пока не подключится резервный генератор.
— Это они так думают, — уточнил Пеллеон. — «Страж» избавился от «детских болезней» своих предшественников.
Даже если имперцы и смогут пробить шестой сектор, то, ничего, кроме кубрика операторов носовых пусковых установок они не уничтожат. А по боевому расписанию там нет никого в это время. Зато можно будет сообщить подчиненным, кому они должны быть благодарны за подобное разрушение. То-то операторы будут рады, направляя свои ракеты куда-нибудь в орудийные башни или блистеры Затмения-II'.
Но это лишь шальная мысль, вряд ли приемлемая на фоне разгорающегося сражения.
Один за другим, соединения Доминиона выходили из гиперпространства, нанося одновременные удары в тыл вражеским кораблям. В то время как «Страж», выбрав замечательную позицию для атаки неприятельского флагмана, буквально равнял вооружение противника с его обшивкой, обрушив на «Затмение-II» всю свою ярость на пределе скорострельности орудий и пусковых установок, флот, обороняющий Келаду, как и защитные станции, подключились к этому действу.
Совместно с ними, «Страж» методично превращал в руины вражеский флагман. Массированный авианалет, ракетный удар, артиллерийский удар — и все это исключительно туда, где подобное необходимо.
Самый гребень опасности пройдет — вражеские корабли, которые могли бы сейчас поддержать «Затмение-II» огнем, оказались вовлечены в собственное противостояние с наседающими на них соединениями Доминиона.
Выходили из-под гибридиумной маскировки скрытые до сих пор орбитальные защитные станции, атакуя пролетающие мимо звездолеты неприятелей. Тщательно продуманная оборона что на Часине, что на Келаде позволяла затянуть противника в специально подготовленные для него ловушки.
Ударные кулаки, которыми представлялись их командирам имперские флоты, сейчас разорваны на части, разъединены, разобщены благодаря активированной после поражения рубки «Затмения-II» системе подавления связи — как дальней, так и внутрисистемной.
Это уже не противостояние имперского флота против Регулярного Флота Доминиона.
Это избиение последним нескольких банд зарвавшихся кровожадных ублюдков, которые пришли сюда ради убийств слабых и беззащитных.
Что ж, Империя получит то, за чем пришла.
Вот только, есть нюанс…
— Для каждой составной части прекрасной симфонии есть свое время для вступления в партию, — неожиданно произнес гранд-адмирал Траун. — Вы не находите, капитан?
— Полностью с вами согласен, адмирал, — Пеллеон даже не пытался угадать к чему именно подводит Верховный Главнокомандующий.
— В таком случае, капитан… — Траун словно заинтересовался тем, как рубка одного линейного крейсера превратилась в огненный шар. Но нет, это лишь мимолетное событие, не более. — Выпускайте Кракена.
«Гулять, так гулять», — подумал Пеллеон, направляясь в рубку связи. Уж у кого, у кого, а у Доминиона не было проблем ни с ближней, ни с дальней связью.
Глава 118
Уэс Йенсон бросил свой «крестокрыл» навстречу все еще держащемуся в строю имперскому звездному разрушителю. Это было как прыжок в жерло вулкана: корпус «единички» полыхал огнем ионных орудий и лазерных батарей, превращая близлежащее пространство в слепящую зону смерти.
Мимо кабины полыхнули зеленые залпы турболазеров, впиваясь в корпус звездного разрушителя типа «Республика». Но мощные дефлекторы республиканского флагмана держали удар.
В отличие от генераторов защитного поля имперского звездолета, по которым Уэс отстрелялся протонными торпедами.
Сферические конструкции на верхней части надстройки разорвало на куски, плюнув в «крестокрыл» осколками и быстро затухающим огнем. Вот как, спрашивается, строят эти проекторы, что они не способны выдержать подобного рода удар, а?
Хотя… компанию протонных торпед вообще мало что может выдержать. Тут уже не стоит придираться к имперцам — уж что-что, а строить корабли они умеют. Личный состав у них дрянь, конечно…
Но сбить его все же пытаются, отчаянно заливая курс перед его машиной огнем всех видов энергетического оружия.
Однако в этой зоне смерти было еще безопасно по сравнению с тем, что творилось на хвосте флагманского истребителя «Разбойной эскарильи»: там висела дюжина TIE-Истребителей. Их пилоты были настроены решительно и жаждали мести. Росчерк зарядов лазерных орудий мелькнул мимо кокпита «крестокрыла», вражеский летчик скорректировался по результатам пристрелки, и обрушился на кормовые щиты.
После первого же попадания, майор Уэнсон увел свою машину по спирали вверх, закручиваясь вокруг свой оси. Выгадав момент, он мышеястребом обрушился на преследующих его «глазастиков».
Они, конечно же, попытались защититься, открыв беспорядочный огонь.
Орудия Т-65 выстрелили в ответ, послав в преследователей струи энергии. Судя по вспышкам, которые остались на месте сразу двух TIE-Истребителей, парни эти новички. Большие и зеленые, которые даже простейших фокусов не способны разобрать.
Тот факт, что Уэс за следующие четыре минуты уничтожил остатки эскадрильи противника, только добавили его соображениям веса.
Когда истребитель вновь приблизился к звездному разрушителю, то последний его заметил. Близкие лазерные разряды и взрывы начали трясти кораблик Дженсона и молотить по его щитам. За кормой сквозь динамики внутренней связи верещал астромех: не нравилось ему находиться в гуще огня, да еще тогда, когда этот огонь может одним попаданием завершить его жизнь.
— Да хватит уже истерить, — посоветовал Уэс, направляя свою машину за корму звездного разрушителя. Так он вышел из зоны смерти и оказался рядом с двигателями вражеского корабля, где бортовая артиллерия не могла его достать, а смертоносные заряды не скрещивались над головой.
Несколько секунд на то, чтобы перевести дыхание — неопытные имперские летчики старались не соваться так близко к ионному пламени дюз. Ну и правильно — чем больше таких пилотов у врага, тем меньше таких пилотов у врага.
Уэс выпустил последние оставшиеся у него протонные
