Напряжённо копая, Фарос заметил, что ему вдруг стало тяжело дышать. Посмотрев по сторонам, он увидел такие же тревожные признаки у соседей, даже Ультар казался испуганным — татуированный минотавр вздрагивал и шумно втягивал воздух.
— Плохо, ох как плохо…
— Что это?
— Дыхание Аргона! Ядовитый воздух убивает нас с каждым вдохом, — прокашлял Ультар.
— Тогда надо что-то делать!
Ультар начал отвечать и вдруг замер, услышав неподалёку из-под камней глухой стон. Фарос и Ультар посмотрели друг на друга и вокруг — никто, кроме них, ничего не услышал, но именно в этот момент к ним направился надсмотрщик. Ультар залопотал что-то нечленораздельное, а затем упал на колени и принялся неудержимо кашлять, хватаясь за горло. На лице надсмотрщика появилось испуганное выражение, он резко развернулся и пошёл в другую сторону.
— Давай работать быстрей! — заторопил Фарос Ультара. — Достанем его, а потом нужно поскорее убраться отсюда!
— Воздух пропитан ядом, Бек, — тихо проговорил Ультар, оглядываясь. — Они все были мертвы ещё до обвала и если мы останемся здесь, то умрём тоже…
Фарос мрачно поглядел на приятеля, вспомнив свою убитую семью.
— Уходи, если хочешь, — неожиданно решительно проговорил он. — Я спасу его.
Ультар, заколебавшись, посмотрел на юношу, фыркнул и решительно принялся помогать Фаросу. Они с удвоенной силой начали разгребать камни, быстро продвинувшись вглубь, — стоны раздавались совсем рядом.
— Ультар! — закричал Фарос. — Ты слышал?
Внезапно вокруг шахты раздались громкие крики охраны:
— Внимание всем! Эта шахта заполнена ядом, находиться в ней смертельно опасно! Немедленно прекратить все работы и выйти строиться наружу! Работы прекратить!
Надсмотрщики кинулись выгонять заключённых наверх, но Фарос с Ультаром продолжали неутомимо копать. Из-за угла появился Пэг, угрожающе щёлкая бичом:
— Вы что — глухие? Ну-ка, все наружу! Иначе сейчас получите у меня горячих!
— Но там кто-то живой! — закричал Фарос, указывая на завал.
Пэг оттолкнул его и быстро приложил ухо к камням, затем отшатнулся:
— Я ничего не слышал! Там давно все мертвы, — Он закашлялся. — Я не желаю присоединяться к ним!
Пэг щёлкнул бичом над головой юноши, стальное жало заставило Фароса низко пригнуться и кинуться к выходу. Когда они с Ультаром присоединились к заключённым, офицер, сопровождавший их сюда, увидел Пэга.
— Ты последний?
— Точно! Вот только этот осел упрямиться вздумал! — Он показал на Фароса.
— Разберёшься с ним позднее, теперь говори, всех мёртвых стражников пересчитали?
— Вроде всех, никто живой не остался…
— А заключённые?
— Пятеро пропали без вести, остальные на месте, хе-хе…
Офицер кивнул и, придержав коня, одобрительно кивнул:
— Тогда нечего терять время попусту. Тела охранников готовьте к погребению, остальных сжечь. Я составлю рапорт о происшедшем.
— Но там остался кто-то! — не выдержал Фарос. Офицер поглядел на Пэга, и тот отрицательно покачал головой в ответ.
— Исполняй приказ, как я и сказал, — бросил конный. — Мне необходимо доложить командующему.
Конь рванулся, унося всадника прочь. Пэг с другими надсмотрщиками принялся быстро загонять шахтёров в подъехавшие фургоны.
Когда они тряслись назад, Фарос шепнул сидящему рядом Ультару:
— Я думал, они хотят спасти всех. Джапфин громко рассмеялся:
— Наивный! Их интересовали только охрана и надсмотрщики, а таких, как мы, они ещё получат, сколько захотят. — Он наклонился через проход, блестя красными глазами, — Единственные жизни, которые их беспокоят, — их собственные. Мы больше не граждане империи! Поэтому никакой ценности в нас нет, просто руки, чтобы копать землю!
Фарос снова глянул на Ультара, но тот лишь молча кивнул, соглашаясь.
Дальше они ехали в полной тишине.
Барабаны били общий сбор. По всей огнедышащей равнине, где высились остатки некогда гордого города, разрушенного ещё до начала возвышения эльфов, двигались отряды людоедов.
Огромные повелители гор, с длинными клыками, щурящие глаза на солнце низин и помахивающие крючковатыми дубинами, маленькие, кривоногие людоеды пустынь смешивались с мускулистыми великанами в бронзовой броне и с громадными мечами в руках.
Здесь было место их встречи и центр государства людоедов. Древняя столица Кернен свирепо, с надменной радостью поглядывала на всех, ведь на её памяти давно не собиралось такого количества воинов со всех земель. Пришли людоеды из Керна, многие даже добрались от самых границ Блотена. Каждый отряд, что входил с равнины в развалины огромного амфитеатра, был с собственным командиром. Здание, построенное некогда из огромных гранитных блоков, заполнялось немытыми и кишащими паразитами телами; воздух, казалось, густел от зловония.
Старая вражда умирает долго, особенно у людоедов, — повсеместно вспыхивали ссоры и драки. Вот внутрь зашли два новых отряда, но не прошло и минуты, как они принялись рычать и посылать друг другу оскорбления. Вперёд выскочил воин, потрясая над головой дубиной, ему немедленно ответил второй, размахивая дубиной ещё более устрашающих размеров. Миг — и они сошлись в жестоком бою, осыпая друг друга ударами. Дубины грохотали, сталкиваясь, вокруг немедленно собрались зрители, жутким воем поддерживая поединщиков.
Один из людоедов треснул другого по плечу. Таким ударом можно было размазать человека или эльфа, но противник только заворчал и потёр ушибленное место. Потом его красные глазки загорелись злобой, и он прыгнул вперёд, увлекая первого людоеда на каменные плиты амфитеатра. Пыль вокруг дерущихся взвилась столбом.
Внезапно двое огромных людоедов с обнажёнными мечами ворвалась внутрь воющего круга и принялись разгонять толпу, а двое других кинулись к клубку тел, ударами плашмя разнимая дерущихся. Как только людоеды сделали паузу, то обнаружили у своих шей острия мечей. Короткий приказ — и они с ворчанием побрели к своим отрядам. Грозные меченосцы понаблюдали за ними некоторое время, убедились, что они не сойдутся вновь, а затем двинулись дальше. На них лежала тяжёлая задача наведения элементарного порядка среди этого хаоса. Не дать неуправляемой резне захлестнуть амфитеатр, если нужно — заплатив за это собственными головами.
Барабаны били как безумные.
Больше сотни их было установлено в развалинах того, что было когда-то изящным проходом в амфитеатр. Ритм будоражил кровь людоедов, заставляя вспомнить о победах и завоеваниях. Уже много тысяч поколений минуло с тех пор, как людоеды господствовали над другими расами, но память об этом не умирала. Даже сейчас, когда вторгшиеся Рыцари Нераки были так близко, память жила в каждом камне, в каждой колонне и расписанном портике, который когда-то построили их великие предки — эрды. Те, чья красота и совершенство не оставили даже следа на тупой беснующейся массе, что заполняла сейчас амфитеатр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
