признали годными к выполнению боевых задач. Там же проходила и обкатка пилотов, которых отбирали еще более тщательно, чтоб не удрали по воздуху к потенциальным противникам.
В итоге, к моменту перехода операции в 1914-м в активную фазу у Архипова в наличии было два Ме-109, к которым он испытывал просто нечеловеческую тягу, четыре И-16, три Як-1, шесть Ил-2 в первой модификации без бортового стрелка и два Пе-2. Причем Степанычу изначально ставилась задача на организацию смешанного боевого авиационного подразделения для работы против армий, основных участников Первой Мировой войны образца 1914-го года. Поэтому, ну и по моей просьбе, и был сделан перекос в сторону увеличения количества фронтовых штурмовиков.
Все машины были тщательно ухожены, переоборудованы, тяжелая стальная броня, защищающая жизненно важные узлы, заменена на титановую. Двигатели, основное больное места большинства наших самолетов начала войны, на основании послезнания существенно модернизированы. Так же самолеты оснастили современными средствами связи и навигации. Доработали, конечно, и вооружение, добавив аппаратуру для сброса легких бомб, на подобии ПТАБ-2,5 и на крайний случай, при модернизации взрывателей, чтоб в качестве массовых авиабомб можно было использовать обычные мины для 82-мм минометов. Даже рассматривались варианты использования подвесных артиллерийских систем типа УПК-23/250, представляющей из себя гондолу со встроенной в нее двухствольной 23мм скорострельной пушкой ГШ-23 или тех же подвесных блоков НУРС (неуправляемых реактивных снарядов), которые в наше время активно вешают на боевые вертолеты.
Пе-2 тоже не избежали модернизации авиаманьяками. «Пе-шки» должны были отрабатывать по более серьезным и удаленным целям и соответственно рассматривались нами разные варианты по типу и мощности бомбовой нагрузки.
В принципе все шло по плану: помимо прямого вмешательства в сражение при Лодзи, так сказать, демонстративного щелчка кайзера по носу в Польше, мы собирались еще раз, но более открыто отметиться на Черном море.
Тут все было не так радужно. Несмотря на основательную оплеуху и предостережение, переданное по неофициальным каналам, султан уперся рогом и хотел хоть как-то подправить свое реноме, подпорченное 29 октября. Да и полученные деньги от немцев он уже успел раздать родственникам, поэтому вариантов отсидеться у него не было — только война.
В это же самое время Россия по каналам министерства иностранных дел пыталась, как могла, отсрочить выступление Османской империи на стороне Германии и увещеваниями, и наездами, и попытками договориться полюбовно, то есть за деньги.
Что интересно, по данным разведки и англичане начали вмешиваться в ситуацию, через третьи руки подталкивая Турцию к вступлению в войну на стороне Германии. Видимо захват проливов русскими стал как никогда реальным, и они решили именно в рамках боевых действий помешать России продвинуться в этом направлении и самим попытаться под шумок прихватить проливы. Но мы то знаем, как они в нашем мире отгребли и месяцами сидели на тонкой полоске берега.
Поэтому было принято долгожданное решение сделать султану последнее китайское предупреждение. Практически сразу после реализации нашего варианта «Севастопольской побудки», в Севастополь была отправлена группа во главе с капитаном Мещерским.
Вице-адмирал Эбергард, который получил множество плюшек и благодарностей за умелое управление флотом, и так прекрасно понимал кому и чем он обязан, и естественно уже был извещен, что это наши люди, поэтому прибывшие, с его стороны встретили самый радушный прием. На Каче выделенные командующим матросы и мастеровые быстренько возвели ангар, в котором установили пространственно-временной маяк. И вот уже две недели под руководством наших инженеров, используя несколько бульдозеров, самосвалов, бетономешалок, асфальтоукладчиков, срочно доделывали взлетно-посадочную полосу для реактивных самолетов. Погода пока держалась относительно теплая и, судя по докладам, через пару дней можно будет провести обработку ВПП и заняться переброской наземной группы для обслуживания авиатехники.
Естественно, после соответствующего окрика из Петрограда в Севастополе все же задергались контрразведчики, которые до этого, мягко говоря работали слабо, и Кача была окружена тройным кольцом оцепления, да и в самом городе и в окрестностях по переданной нами информации проводились активные оперативные мероприятия по уничтожению разведывательных сетей, как противников, так и нынешних союзников Российской империи. Учитывая наше знание истории, особенно судьбу линкора «Императрица Мария» работы было очень много. Поэтому особым приказом все средства передачи информации из Крыма, телеграфы, телефоны, простая почта, были взяты под строгий контроль, и любая передача информации проводилась только при наличии личной подписью начальника контрразведки
Когда основные работы были окончены, с нашего Тихоокеанского флота в Качу 1914-го года был переброшен снятый с консервации и приведенный в порядок противокорабельный ракетный комплекс «Рубеж». Для нас конечно и старичок, но для мира 1914-го года это было мощнейшее оружие.
А сколько это стоило нервов при переговорах, организация транспортировки, формирование расчетов и поиск специалистов, кто все это будет на месте настраивать и обслуживать. Плюс постоянные контрразведывательные мероприятия забирали много ресурсов. К тому же, наши предки из 42-го года были в курсе таких телодвижение и встали в позу, что и они хотят такие установки, поэтому в рамках подготовки основной операции в 1914-м году пришлось выгрызать противокорабельные комплексы для адмирала Кузнецова, который получив в свои загребущие руки атомную подводную лодку, почувствовал вкус обладания всякими мощными игрушками из будущего.
Группа капитана Левченко, жестко засветившись, 12 ноября поздно вечером наконец-то прибыла в район Плоцка. Пользуясь мощными документами-вездеходами, немного поскандалив, сумели переправиться через Вислу, где одна единственная переправа на десятки километров была забита идущими в сторону фронта войсками, боеприпасами, продуктами, а обратно нескончаемым потоком шли телеги с раненными. Западнее Плоцка шли тяжелые бои, где 5-й Сибирский корпус генерала Сидорина, пытаясь хоть как-то остановить и вымотать наступление превосходящего противника, пятился, жестко огрызаясь. Именно сегодня продвижение германской 9-й армии приостановится и до вечера 13 ноября у русских войск получится передышка.
Мы же за Вислой, которая в это время не будет форсирована немцами, нашли неплохое место для организации полевого аэродрома. И как только Левченко со своим обозом прибыл на место и активировал пространственно-временной маяк, из нашего мира вышла на БМП-шках группа охраны, быстро взяв прилегающее пространство под контроль. Ну а дальше уже пошли Архипов с инженерами, которые должны были заняться организацией полноценного полевого аэродрома.
Под Варшавой уже две недели отсиживался сводный кавалерийский полк, который специально сформировал Келлер из своих доверенных бойцов, и получив сигнал, что наша группа вышла, сразу же направился в эти места. Недавний сеанс связи подтвердил это и командир полка, обозначил время прибытие около десяти-одиннадцати часов утра 13 ноября.
Пока кавалерия была на марше, через портал вышел первый мотострелковый батальон сводной бригады, выставил оцепление вокруг строящегося аэродрома.
Через час сторонний наблюдатель
