Многие участники просили помочь избавиться от кашля. Сильный и сухой до крови, он мучал почти всех. Свет понимал, что ничего кардинального сделать невозможно — наверху морозный воздух и глубокое учащенное дыхание ртом. Когда просьбы становились настойчивыми, он предлагал принять слабительное — «будете бояться кашлять».
Но как только дело принимало серьезный оборот, Свет Петрович проявлял твердость. Чувствовалось, что дело берет в руки человек, обладающий большим профессиональным опытом и мастерством.
Ильинский уже заканчивал ретрансляцию, когда выяснилось, что связь с лагерем V прекратилась, и мы не знали, слышал ли Бершов последние указания Орловского. Попросили Валиева вызвать лагерь V. Молчание. Даже Иванов с Западного гребня пытался помочь, но V молчал. Тогда Валиеву и Хрищатому было дано указание взять необходимые медикаменты, кислород и подыматься двойкой в лагерь IV, не дожидаясь Ильинского и Чепчева.
Валера Хрищатый считался у нас опытным лекарем (он выполнял эту обязанность в своей постоянной группе алмаатинцев), хотелось, чтобы он оценил состояние ребят. При этом, правда, сохранялся дневной разрыв между двойками группы Ильинского.
Теперь, чтобы соединиться с товарищами, Хрищатый и Валиев должны будут ждать их в верхних лагерях и тратить драгоценный кислород.
Закончив переговоры с Валиевым, вызвал Иванова. Валя сообщил, что они вышли из лагеря V между 5 и 6 часами утра. Движутся уже по Западному гребню. Продолжая связь, вновь прошу ответить лагерь II.
Тамм: Эрик, как у тебя твои подопечные (шерпы)? Идут наверх?
Ильинский: Ну, мы сейчас позавтракали. Собираемся идти. Но я теперь не знаю, как быть нам-то? В свете освобождения третьего лагеря.
Тамм: Вам подниматься в третий как предполагали. С полной загрузкой. Обязательно возьми запасное питание к рации. Вопрос, как быть с третьим лагерем, решим, когда будет ясно, как вы поднимаетесь и как будут развиваться события. Как понял?
Ильинский: Понял Вас, понял. А как это предположительно? То есть, что мы поднимемся и назад вернемся?
Тамм: Может быть и так, но, вероятнее, вы двое останетесь. В третьем лагере можно и вшестером расположиться. Шерпы уйдут (если вообще дойдут), вы двое останетесь и еще четверо спустятся. Вшестером третий лагерь примет людей.
Ильинский: А Казбек как? Эрик хотел понять: соединится их группа сегодня или нет?
Тамм: Казбек останется в четвертом.
Важно было сохранить между двойками наверху минимальный интервал, чтобы подстраховка была действенной. Теперь оставалось ждать сведений от двойки Иванова. Эта двойка не вызывала сейчас опасений. Валя и Сергей Ефимов — надежные, опытные альпинисты, побывавшие в горах во многих переделках. Правда, здесь во время первых выходов я ожидал от них большего. Сережа задержался с караваном, пришел в базовый лагерь позже других (вместе с Е. Ильинским), немного переболел, и его трудности были понятны. А почему медленнее, чем хотелось, входил во вкус Валя — не ясно. Ему бы чуть побольше физической силы, чуть побольше азарта!
Но теперь оба после хорошего отдыха внизу работают нормально, как и подобает корифеям.
Валя человек обстоятельный и колючий. Ко всему подходит серьезно, его действия обдуманны и выверенны. Вероятность сбоя в его работе мала. Сережа не менее обстоятелен. Привык готовить восхождения своими руками, каких бы мелочей это ни касалось. В его внешности — худой и рыжеволосый — несмотря на несомненную привлекательность, нет ничего говорящего о мужестве, силе и воле этого человека.
Но без этих качеств невозможно быть руководителем на таких маршрутах, которые пройдены им в наших горах. Наиболее характерная его черта — изобретательность, стремление к созиданию нового.
В 13 часов 20 минут они были на вершине и вызвали базу.
Тамм: Валя, Валя, как слышишь?
Иванов: Отлично.
Тамм: Поздравляю вас, поздравляю. Сколько у тебя кислорода осталось?
Иванов: По целому баллону.
Тамм: Когда думаете начать спуск?
Иванов: Отснимем панораму и пойдем. Мы вышли на вершину минут пять-десять назад, в тринадцать двадцать. Из лагеря вышли поздно. Шли медленно, медленно шли. У нас, у обоих, все время развязывались кошки, поэтому шли медленно. Как поняли?
Тамм: Понял тебя, понял, Валя. Больше не задерживаю. Жду вас коротко на связи в два и обязательно в восемнадцать ноль-ноль…
День кончался. Все группы заняли свои места: Иванов-Ефимов в лагере V; Валиев-Хрищатый — в IV; Мысловский-Балыбердин, Бершов-Туркевич и Ильинский-Чепчев — в III; тройка Хоиутова — в I. Завтра рано утром все снова должно прийти в движение.
…6 мая выдалось спокойным (это не относится к погоде). Первая четверка восходителей и Валя Иванов спустились ночевать на ледник, в лагерь I. Сережа Ефимов остался во II с поднявшейся сюда группой Хомутова. Сережа не хотел быстро терять высоту — привыкал к большим давлениям (это на семи-то тысячах!). Казбек и Валера Хрищатый вышли на старт — в лагерь V. Ждать свою вторую двойку им теперь не имело смысла: ни в IV, ни в V лагерях тратить для этого кислород нельзя. Назавтра они готовились к штурму.
Немного настораживала только двойка Ерванд Ильинский-Сережа Чепчев. Сегодня они поздно ушли наверх из лагеря III. Очень поздно.
Некоторую задержку можно объяснить большой толчеей в 2-х не очень удобно поставленных палатках, там ночевало сразу 6 человек. Высота 7850 м, а надо и завтрак приготовить, и надеть все доспехи, и сложиться. Да к тому же ты все время привязан коротким репшнуром к общей страховочной веревке.
Из этой двойки первым вверх ушел Эрик Ильинский. В 14 часов он сообщил, что остановился и ждет Чепчева:
— Я где-то на шестой веревке, но меня беспокоит, что я не вижу Сережи сзади меня. Мы договорились, что он выйдет попозже — на полчаса, на час. Я иду уже два с половиной часа, и разрыв уже большой.
Потом Эрик сказал, что чуть раньше разминулся с Ивановым и Ефимовым, которые ушли вниз, в лагерь III. Я сразу же начал их вызывать.
Иванов ответил:
— Мы находимся уже в третьем лагере. Чепчев очень долго выходил. Такое впечатление даже было, что у него горняшка. Он вышел примерно полчаса назад, может быть, меньше.
Ильинский (он слышал Иванова) прокомментировал это так:
— Меня это волнует. Я сам доберусь до лагеря уже не засветло, а он и не знаю когда.
Через некоторое время он добавил:
— Я его дождусь, увижу внизу. Если он плохо себя чувствует, то пойдет вниз. А мне как быть в этой ситуации?
