Выдававший себя за правителя волшебник до того был напуган, услышав эти слова, что сердце его затрепетало, словно сердце попавшего в беду олененка. Он покраснел, резко повернулся и хотел бежать, так как при нем не было никакого оружия. Начальник дворцовой охраны, у которого на поясе висел меч, под действием чар Сунь У-куна, стоял на месте как вкопанный. Подскочив к нему, волшебник выхватил у него меч и, взмыв на облако, унесся ввысь.
Увидев это, Ша-сэн был взбешен, а Чжу Ба-цзе начал громко бранить Сунь У-куна.
– Что же ты тут разглагольствовал? – кричал он. – Надо было схватить его, и все. А теперь где его искать?
– Что без толку кричать, братья мои, – успокаивал их Сунь У-КУН. – Пусть лучше наследник поклонится отцу, а супруга – своему мужу.
Сказав это, Сунь У-кун произнес заклинание и снял чары со всех придворных.
– Пусть все воздадут должные почести своему настоящему повелителю. Расскажите им, что произошло. А я отправлюсь на поиски волшебника.
– Смотрите, хорошенько охраняйте государя, государыню, наследника и нашего учителя! – наказывал он Чжу Ба-цзе и Ша-сэну. В этот момент он сам уже исчез и был слышен лишь его голос.
Сунь У-кун взвился на девятое небо и стал внимательно оглядываться вокруг. Вдруг он заметил волшебника, который бежал на северо-восток. Сунь У-кун вмиг нагнал его и крикнул:
– Эй ты, оборотень! Куда бежишь? Не видишь меня, что ли?
Волшебник тотчас же обернулся и, взмахнув мечом, крикнул:
– Какой ты дотошный, Сунь У-кун! Ведь я захватил не твой трон, какое же тебе дело до этого? С какой стати ты решил раскрыть мою тайну и выступить поборником справедливости?
– Сейчас я с тобой рассчитаюсь, мерзкое чудовище! – крикнул, расхохотавшись в ответ, Сунь У-кун. – Неужели ты думаешь, я допущу, чтобы ты снова стал правителем? Ты ведь сразу узнал меня и должен был немедленно исчезнуть. Для чего же тебе понадобилось допрашивать учителя? Вот за это я и угощу тебя моим посохом!
Однако волшебнику удалось избежать удара. Он взмахнул мечом и ринулся на противника. Между ними завязался ожесточенный бой.
Царь обезьян в сраженье был свиреп,И царь-волшебник также был силен –Друг друга меч и посох отражали.Закрыв три мира, опустилась мгла:Чтоб государя возвести на трон,Противники сраженье продолжали.
После нескольких схваток волшебник понял, что ему не устоять против Царя обезьян, и стремительно бросился назад. Он вбежал во дворец, подбежал к яшмовому трону и смешался с толпой сановников. Затем, встряхнувшись всем телом, он превратился в точную копию Трипитаки и, сложив руки, встал перед троном. Ворвавшийся вслед за ним Великий Мудрец, взмахнув посохом, хотел было нанести удар, но мнимый Трипитака сказал ему:
– Ученик мой, остановись! Ведь это же я!
Тут Сунь У-кун бросился с посохом на Танского монаха, но снова услышал:
– Ученик мой, остановись! Ведь это же я!
Таким образом перед Сунь У-куном оказалось два Танских монаха, и он не знал теперь, что делать.
«Если я убью оборотня, – размышлял он, – это будет моей заслугой, но вдруг я прикончу учителя?»
Он остановился и, обращаясь к Чжу Ба-цзе и Ша-сэну, спросил:
– Кто же из них оборотень и кто учитель? Покажите мне, чтобы я мог действовать!
– Мы следили за тем, как ты сражался с ним в воздухе, – сказал на это Чжу Ба-цзе, – а потом совершенно неожиданно увидели перед собой двух учителей и сейчас сами не знаем, кто из них настоящий.
Услышав это, Сунь У-кун произнес заклинание и вызвал духов – хранителей учения Будды, духов Лю-дина и Лю-цзя, стражей – хранителей пяти стран света, бога времени, восемнадцать архатов и местных духов – хранителей гор и земли.
– Я прибыл сюда для того, чтобы уничтожить волшебника, – сказал, обращаясь к ним, Сунь У-кун. – Однако волшебник принял вид нашего учителя, и теперь я не могу распознать, кто из них настоящий, а кто самозванец. Вы тихонько скажите мне об этом и проводите учителя во дворец, а я тем временем расправлюсь с волшебником.
Между тем волшебник, обладавший способностью передвигаться на облаках и туманах, услышав, что говорит Сунь У-кун, совершил прыжок и очутился вверху над залом Золотых колокольчиков. Сунь У-кун взмахнул своим посохом и чуть было не опустил его на голову Танского монаха. Если бы в этот момент духи, которых вызвал Сунь У-кун, не удержали его, от Танского монаха осталось бы мокрое место. Да что монах! Было бы здесь двадцать человек, и они превратились бы в кровавое месиво.
– Великий Мудрец, – молвили духи. – Волшебник обла дает способностью передвигаться на облаках: взгляните, он уже над залом Золотых колокольчиков.
Сунь У-кун тотчас же ринулся за ним, но волшебник бросился вниз, схватил Танского монаха, смешался с толпой – и снова двойников нельзя было распознать. Сунь У-кун даже приуныл. А Чжу Ба-цзе стоял в стороне и ехидно ухмылялся. Сунь У-кун рассвирепел.
– Чему ты радуешься, дубина? – крикнул он. – Ведь теперь у тебя два учителя и тебе придется служить обоим.
– Дорогой брат, – отвечал ему Чжу Ба-цзе. – Ты вот зовешь меня Дурнем, а сам еще глупее меня. Зачем тратить столько сил? Если можешь потерпеть немного, скажи учителю, чтобы произнес известное ему заклинание, а мы с Ша-сэном будем слушать. Тот из них, кто не сможет читать заклинание, и будет волшебник. Видишь, как просто?
– Ну, брат, спасибо, – обрадовался Сунь У-кун – Ведь это заклинание знают только трое: Будда, бодисатва Гуаньинь и наш учитель. Что же, учитель, читайте заклинание.
И Танский монах стал читать. Волшебник же бормотал что-то невнятное.
– Тот, что бормочет, и есть волшебник! – воскликнул Чжу Ба-цзе и взмахнул вилами.
Однако волшебник совершил прыжок в воздух и на облаке умчался прочь.
Чжу Ба-цзе вскрикнул и тоже на облаке помчался за ним. Ша-сэн растерялся, оставил Танского монаха и, схватив посох, последовал за своим братом. Тогда Трипитака прекратил читать заклинание, и Великий Мудрец, превозмогая головную боль, с посохом в руках ринулся в воздух. И тут разыгрался бой! Трое разъяренных монахов окружили злого волшебника. Чжу Ба-цзе и Ша-сэн, один – с граблями, другой – с посохом, наседали на него с двух сторон.
«Если я нападу на волшебника спереди, он испугается и сбежит, – подумал улыбаясь Сунь У-кун. – Поднимусь-ка я еще выше и трахну его по макушке. Он сразу кончится».
В тот же миг наш Великий Мудрец на радужном луче поднялся на девятое небо. Но только он собрался действовать, как из радужного облака, находящегося на северо-востоке, прогремел голос:
– Сунь У-кун! Остановись!
Сунь У-кун оглянулся и увидел перед собой Манджутру бодисатву. Он тотчас же опустил посох и, приветствуя божество, спросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
