До самого возвращения в посольство Халег продолжал размышлять об этом. Виконт с детства серьезно относился к проклятиям и пророчествам, как и все на северных пустошах. Вспомнив, что Эванна хотела что-то сказать, Халег отправился к ней в комнату, но девушки там не оказалось. Несколько удивленный этим виконт подошел к Ниру, и тот объяснил, что Эванна ушла пообщаться с кем-то из местных ведающих — отвести глаза охране ей было нетрудно. Тогда немного расстроенный Халег решил поговорить с Пеплом, который на свой манер многое понимал. Но уединиться им удалось только ближе к вечеру, когда все разошлись по своим апартаментам.
— Ты слышал? — спросил Халег, присев рядом с умывающимся Пеплом.
«Да», — односложно ответил тот.
— Что вообще происходит? — задал вопрос виконт, одновременно вспоминая о странных толчках, от которых падала посуда.
«Земля качается. Мы помним, такое уже было».
— Было? — насторожился Халег. — Расскажи!
«Качалась земля. Скалы падали. Много земли ушло под воду. Другая появилась из-под воды. Был огонь из-под земли, дым, пепел. Умерло много наших. Люди умерли почти все. Мы долго были одни».
Халег видел все, что говорил карайн, как наяву. Ему стало страшно.
— Кто же проклят? — все же спросил он.
«Они. И они это знают».
— Кто — они? — переспросил Халег, хотя уже и сам начал догадываться.
«Те, кто живет здесь. Они думают — древние боги им не простят».
Сказав это, Пепел сладко зевнул, вспрыгнул на кровать и свернулся в клубочек. Виконт понял, что по крайней мере сегодня от него больше ничего добиться не удастся. А сам он еще долго размышлял обо всем этом, очень жалея, что здесь нет Эдны, не с кем посоветоваться. Заснул он только под утро.
ГЛАВА 13
Зеленые луга, покрытые мелкими цветочками, начинались почти сразу за окраинами города, радовали глаз и расстилались во всю ширь предгорий. Нир поначалу не понял, почему эти луга еще не распаханы, особенно учитывая катастрофический недостаток продовольствия в Керионе. Он хотел было спросить у ответственного секретаря об этом, но вскоре все понял сам — когти Тени то и дело царапали о камень. Тонкий слой дерна покрывал сплошные каменистые осыпи. Да уж, тут ничего не вырастишь. Нир покосился на террасы вокруг окрестных холмов и поежился — это сколько же потребовалось труда, чтобы их соорудить и наполнить землей? Он видел вереницы ульхасов и людей с бурдюками, наполненными водой для полива, без чего посевы на террасах высохли бы за день при местной жаре. Адская работа! Игмалионским крестьянам по сравнению с керионскими очень повезло, им достались плодородные земли, на которых не приходится так надрываться, чтобы вырастить хоть что-нибудь.
Нир, Кенрик, Эванна, ответственный секретарь и двое охранников на своих карайнах ехали в некотором отдалении от основного отряда, поскольку местные тирсы боялись огромных котов и шарахались от них. Вот и пришлось двигаться шагах в ста позади и немного сбоку. Помимо них из игмалионцев осмотреть место, где кукловоды что-то делали, отправились остальные трое друзей и магистр Альсин. Керионцами командовал сам герцог, его сопровождали придворный маг, советник и двадцать воинов Звериной гвардии.
Чем дальше они отъезжали от города, тем круче становился подъем, тем больше вокруг встречалось скал, между которыми и лавировал отряд. Герцог предупредил, что в горах нужно передвигаться очень осторожно, встречается много разломов и трещин, поросших кустарником — издали их можно и не заметить. Он попросил двигаться, насколько возможно, след в след за проводниками. Это касалось, конечно, только едущих на тирсах, карайны и сами уберегут своих всадников.
Халег задумчиво поглядывал в сторону Эванны, вспоминая их утренний разговор и ее рассказ. Как оказалось, во время прогулки девушка заметила местную ведающую и привычно подала той знак приглашения к разговору. Затем спохватилась, что ее вряд ли поймут, однако ее поняли и ответили знаком согласия. Знак выглядел несколько своеобразно, но был даже более похож на привычный северянам, чем подобный среди ведающих центрального Игмалиона. Эванна, отведя глаза охране и предупредив Нира, пошла за местной ведающей. То, что она узнала от той, сильно удивило девушку. В этой стране, в отличие от Игмалиона, если не считать северян, сохранились многие древние верования. И не только верования; уцелели, хоть и оказались под землей, несколько храмов, посвященных забытым богам, притом богам недобрым. И керионские ведающие по какой-то причине считали, что их остров проклят этими древними богами. Это настолько совпадало со словами неизвестной женщины и тем, что сказал ему Пепел, что Халегу стало не по себе.
Молодая ведающая ловила на себе взгляды виконта, но не подавала виду. Она рассказала ему далеко не все — просто рано, ко многому он еще не готов, на него и так слишком много свалилось за короткий срок. Местная ведающая спросила ее, не является ли юноша с пепельным котом жрецом Той, О Которой не говорят. Эванна машинально ответила, что пока нет, сама удивившись своему ответу. Затем поинтересовалась, почему ведунья заподозрила в Халеге жреца. Та долго мялась, а потом отвела девушку в небольшое подземное святилище Той, О Которой не говорят, и показала немногие сохранившиеся на стенах фрески. Эванну при виде их чуть удар не хватил. Только теперь пришло окончательное осознание того, при помощи чего Халег сдержал напор болотного зла. Многое стало ясно. И почему Пепел сам выбрал его. И почему керионцы принимают виконта за жреца, которым он вполне может стать, и многое другое.
Фреска уцелела не вся, но фигура мужчины в сером одеянии, положившего одну руку на холку пепельного карайна, который был ему по пояс, а другой рукой сжимающего жезл, была как живая. Особенно поразили Эванну его глаза, не сразу она поняла, что на их место вставлены отполированные кружки неизвестного серовато-серебристого металла. Ей сразу вспомнились почти светящиеся глаза Халега после случившегося на болотах. А еще она поняла, что для инкрустации использован тот же металл, что и в цепи керионского герцога. Совпадение? Вряд ли. Фигуру жреца окружали внизу полуобнаженные женщины, явно жрицы, но в этом месте фреска частично осыпалась, и деталей было не разобрать. Любой, кто видел эту фреску, встретив Халега в сопровождении Пепла, без сомнений принял бы его за жреца, слишком они были похожи.
А еще Эванна спросила местную ведающую о том, почему керионцы считают себя проклятыми. Та с тяжелым вздохом ответила, что их предки совершили нечто такое, из-за чего боги отвернулись от них и, кажется, вообще ушли. После этого случилось что-то страшное, памяти о чем не сохранилось, слишком мало людей выжило. А сейчас древние боги возвращаются, так и не простив. Значит, снова неминуема кара. По крайней мере, так считают старшие ведающие. Затем местная ведунья с надеждой спросила, что думают об этом ведающие Игмалиона. Эванна не сразу нашлась, что сказать, так как сестры в королевстве на ее памяти ни о чем подобном вообще не упоминали; даже у них, на севере, где тоже помнили древних богов. Она честно сообщила об этом, от себя добавив, что их всех, скорее всего, ждут большие беды, но в мир пришли избранники и новых и древних богов. Эти избранники уже однажды спасли все живое в каверне. Возможно, спасут еще раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
