так и не отметил успешное закрытие первой сессии? Давай купим поесть и отметим вместе?
— Вы и так слишком много для меня сделали, — упёрся Слава.
— Не надо мне заливать! Я слышал, как урчал твой живот, парень, — в голосе дяди Жени послышались весёлые нотки. — Ты будущее нашей страны, а в будущее нужно инвестировать. Понял?
— Да, дядя Женя, — ответил он, откинулся на сиденье и попытался скрыть улыбку.
Жизнь с лучшим другом отца не была простой, но с ним молодой человек чувствовал себя в большей безопасности, чем в родной семье. Он знал, что дядя Женя его любит, как собственного сына, и готов был отказывать себе во многом, чтобы сделать жизнь Славы лучше. Парень не гнушался работы и брался за любую подработку, чтобы не висеть грузом на шее доброго человека.
Вячеслав искренне любил своего названного отца, ведь родного он практически не помнил. К сожалению, история его смерти лишь добавляла злости в чашу справедливости, которая с каждым годом всё больше покрывалась трещинами, чего парень старался упорно не замечать. Он концентрировался на позитиве и пытался отбросить жестокие мысли, посещавшие его в минуты слабости. По словам дяди Жени, пока отец был жив, их семья была счастливой и полноценной. И мама тоже была другой. Но один случай всё изменил.
Отец заработался до позднего вечера и возвращался домой по темноте, когда на него напали. Неизвестные с ножами набросились на безоружного мужчину, нанесли ему множественные колотые удары и, забрав все ценные вещи, скрылись в неизвестном направлении. Факт того, что нападавших так и не нашли, подогревал в сознании Вячеслава ненависть.
Он уже не был маленьким и беззащитным мальчиком, который верит во всё, что ему говорят. И понимал, что его мать — глупая женщина, верящая в того, кого не существует и думающая только о себе. В то время как где-то спокойно живут те самые сволочи, напавшие на беззащитного человека, тело которого уже пятнадцать лет гниёт под землей.
VII
Это произошло 5 октября. После пар в университете Слава зашёл в магазин за продуктами. Небо заволокло тучами, и уже на подходе к дому первые дождевые капли упали на его голову и плечи. Вскоре дождь усилился настолько, что в подъезд парень зашёл в насквозь промокшей одежде. Откинув мокрые волосы назад, молодой человек достал из кармана куртки ключи и открыл входную дверь.
Когда он вошёл в коридор, до него сразу донёсся сильный смрад, отдающий запахом алкоголя. Вячеслав поставил на пол сумку с продуктами, скинул с плеча рюкзак и, не разувшись, зашёл в комнату.
Неприятный запах ударил в нос, вызвав приступ тошноты. Но больше всего парня вывел из себя не он, а представшая перед ним картина. В центре комнаты на полу лежал опрокинутый стул, а над ним висело тело человека. Это был дядя Женя. Шея мужчины была сломана, посиневшее бледное лицо с вывалившимся языком было повёрнуто в сторону, а руки и ноги безвольно свисали вниз.
Сердце в груди Вячеслава мгновенно разогналось, подскочив к горлу и забившись так сильно, как никогда ранее. Он подбежал к телу и, спотыкаясь, попытался достать его из петли. Трясущимися руками Слава взял в руки складной нож, лежавший на столе, раскрыл его и перерезал веревку над головой своего названного отца.
Двадцать минут парень попеременно нажимал мужчине на грудь и делал искусственное дыхание. Он бормотал и всхлипывал, прося его очнуться. По лицу градом катились слёзы. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. Вспоминая все молитвы, которым его учила мать, молился Богу и продолжал попытки вернуть дядю Женю к жизни.
Когда к нему стало приходить осознание реальности произошедшего, Слава уткнулся лицом в холодную грудь человека, которого он последние годы считал своим отцом и стал ещё сильнее содрогаться от рыданий.
— Папа, папа, папа, — выл он от боли, беспорядочно водя руками по туловищу мужчины. — Папа, не оставляй меня! Папа, очнись, я умоляю! Папа, пожалуйста…
Но холодное тело под его пальцами было неумолимо.
На столе рядом с телевизором лежала записка с одним коротким предложением:
«Прости меня, сынок».
VIII
Он смотрел на свежую могилу с возвышавшимся над ней крестом. Женщина, которую Слава когда-то называл матерью, даже не пришла на похороны дяди Жени. Хотя, даже если бы это случилось, он всё равно бы её не заметил.
После того страшного дня Вячеслав чувствовал туман в голове. В моменты прояснения им овладевала такая страшная ярость от собственного бессилия и жестокости этого мира, что он кричал и крушил всё, что попадалось под руку. Его пугали собственные мысли. Теперь он остался совсем один. Без любящего отца, без смысла жизни, без поддержки, без всего. Совершенно один в жестоком мире, полном грешников, в любой момент готовых напасть.
В кармане пальто дяди Жени он нашёл несколько сигарет. Слава слышал, что никотин помогает расслабиться, и вскоре убедился в этом сам. Горечь по рту возвращала его мысли в реальность.
И хотя он, как и его названый отец, признавал жестокость этого мира и людей, его составляющих, но была между ними большая разница. Дядя Женя сделал свой выбор: сдаться под тяжестью гнетущей его травмы.
Вячеслав же принял другое решение. В мире, наполненном жестокостью, нет места естественной справедливости. Эффект бумеранга в данном случае не работает. Убийцы, насильники и просто грешники так же, как и обычные люди существуют в социуме, дышат, спят и наслаждаются жизнью. Поэтому он избрал путь правосудия. Искать и наказывать грешников — вот его выбор.
Однако вскоре Слава осознал, что далеко не все преступники могут быть наказаны по закону. Существуют люди, не нарушающие правовые порядки, но полностью разрушающие все моральные устои. С годами он научился распознавать таких людей за считанные минуты. Вячеслав считал, что от них даже пахло по-другому.
Теперь он уже больше с усмешкой, чем с отчаянием спрашивал: «Ну и где ваш якобы существующий Бог?» Он не спас маленького мальчика, просящего защитить его от страшного отчима. Он не спас его родного отца, когда на него напали по дороге домой. И Он не остановил мужчину, заменившего ему отца, от непоправимой ошибки, отнявшей его жизнь.
Вячеслав всё больше и больше убеждался в том, что этот мир гниёт изнутри из-за грешников, которые остаются безнаказанными. Чем старше он
