нескольких часов, а держится долго: у меня, к примеру, держалась трое суток, только сегодня перестали лапы в огне гореть. У других подопытных криминалистического отдела врождённая защита от огня до сих пор не функционирует. Госпожа главный экспериментатор, нам машут медики – их пациенты выведены из забытья.
Габриэль ухватил за локоть освобождённого мальчишку, деловито назначающего своим друзьям подопечных, и строго велел:
– Родителям сразу позвони.
– Да, глава, – виновато кивнул парень. – И... спасибо, что приехали и дамочку эту умную вызвали. Ничё так ведьма, красивая, я бы присмотрелся, будь постарше.
– О будущей супруге своего главы следует отзываться как о божественной и непревзойдённой, – хмыкнул Габриэль. Мало ему матушки, ещё и мелочь всякая советы раздавать будет! Он сам давно и присмотрелся, и пристроился, и подселился, остальное – дело техники, даже навык выражать поступками свою заботу у него практически сформирован.
– Уважаю! – присвистнул нахалёнок и вернулся к доверенному ему важному заданию, пока без него не управились.
Очнувшиеся дракончики смущённо подтвердили драку и что предупреждение об огне вылетело из их дырявой детской памяти. Дракона, пострадавшего от фаерболов перед выходными, они не знали, и с фениксами Маккони их семьи никак не пересекались. Габриэль переглянулся со своей колдуньей, и в его памяти всплыла выставка рептилий и длинный хвост ищеек, приставленных к токсикологам из демонов. Из всех данных следовал однозначный вывод – у капитана есть фотографии всех троих демонов города, имеющих образование в области химии.
Капитан и сам вспомнил о главных и единственных подозреваемых по делу убийства феникса. Вытащив снимки, он показал их детишкам:
– Видели кого-то из них?
На той неделе друг русалок узнал только ухажёра одной из хвостатых сестёр, но заверил, что близко с ним не сталкивался минимум месяц. Поскольку было доказано, что зелье теряет свои свойства куда быстрее, парень биохимик оставался под наблюдением, но на свободе. Дракончики тоже дружно ткнули в фотографию знакомого Габриэлю парня.
– Он к нам на урок приходил, опыты классные показывал. У него без всякой магии огонь разгорался, и облака цветными получались, и камни прозрачные голубые в воде росли, – поделились впечатлениями ребятишки. – Мы потом к нашим демонам приставали, чтобы повторили так же, но у них только огонь получается. Ну, огонь мы и сами можем.
– Когда был урок? – подозвал директора Вэнрайт.
– Первого числа этого месяца.
– Чёрт, опять слишком давно! Аманда, у детей эффект воздействия зелья мог задержаться на две недели?
– Нет, в их организме наоборот оно быстрее распространяться и выводиться должно – скорость метаболизма у детей выше, чем у взрослых.
Задумавшись, она уставилась в одну точку, пока капитан расспрашивал детей, не устраивал ли приглашённый студент дождь в классе и не проливал ли на них какие-нибудь жидкости. Детишки отрицательно трясли головами, недоуменно переглядываясь. К сожалению, записи школьных видеокамер уничтожались каждый понедельник, так что оставалось только опрашивать свидетелей. Посмотрев на безуспешные действия полицейских, Габриэль задумался.
– Колдунья, не знаю, как оно работает в токсикологии, но в бизнесе отложенные инвестиции – работающая стратегия. Это как мина, установленная в нужном месте и ждущая случая заявить о себе в нужное время. – Он присел на корточки перед дракончиками и приветливо спросил: – Приходивший на урок студент ничего вам не дарил? Может, кусочек самодельного мыла и те самые кристаллы, что выросли в воде?
Малыши отрицательно качнули клыкастыми мордочками:
– Нет, он к нам вообще не приближался: мы на последней парте сидим, а он за учительским столом был.
– Карточки никакие всему классу не раздавались? – присоединилась к беседе Аманда, сообразив, на что намекает её демон. Увы, дракончики уверили, что в течение урока им никто ничего не давал.
– А после урока? Или до? – настаивал Габриэль.
Вопрос для детей оказался принципиально другим, они дружно почесали в затылках задними лапами.
– Давал! – закивал один из дракончиков и пихнул в бок товарища: – Помнишь, как мы бегали перед занятиями во дворе и ты перед ним в грязь плюхнулся, а он тебе влажные салфетки дал? Ещё сказал, что драконы не должны походить на поросят.
– Одну салфетку или пачку? – напряглась Аманда, чувствуя, как дрогнуло сердце в предчувствии разгадки. – Хоть одна салфетка осталась?
– Много осталось, – сконфуженно признался мальчишка, подтягивая под брюхо чумазые лапы. – Я обычно не пачкаюсь.
– Ты обычно не вытираешься салфетками, – подправил показания его друг, – это сегодня дежурные заставили нас руки и лицо вытереть перед тем как в школу пустить.
– Теми самыми салфетками? – воскликнула Аманда, и дети подтвердили, что других у них не имелось.
Почти полная упаковка влажных салфеток, изъятая из рюкзака пострадавшего, была мигом доставлена на проверку, как и выброшенные утром в корзину лоскутки. Этикетка сообщала, что салфетки с экстрактом черники, и цвет они имели светло-фиолетовый! Следов черники в пропитавшей ткань жидкости не нашлось, а вот зелья – сколько угодно.
– Душ, одеколон, бассейны, опрокинутые стаканы – хоть бы кто подумал о салфетках! – бушевал Вэнрайт, ругаясь на подчинённых и казня самого себя за недогадливость и нехватку фантазии. – Отложенные инвестиции, чтоб мне вампиры всю кровь выпили! Вот так жертвы сами себя и травят потихоньку, добавляют и добавляют себе этой гадости. Мерзавец по отголоскам стихии огня сообразил, что перед ним дети-драконы, и всучил им яд под благовидным предлогом! Арестовать демона! Кто там к нему приставлен? Пусть немедленно волокут его в участок!
Обрадованные появившейся зацепкой полицейские разбежались по машинам. Аманда отказалась возвращаться в свой кабинет и осталась стоять рядом с Габриэлем в опустевшем школьном дворе: детей учителя разобрали на занятия, бригада медиков тоже уехала, убедившись, что состояние дракончиков стабильно хорошее.
– Он не произвёл на меня впечатления человека, способного пойти на преступление, – задумчиво повторил Габриэль. Без объяснений было ясно, что говорит он о молодом демоне, учащемся химико-биологического факультета Технологического института Джорджии в Атланте.
– Верю, но факт состоит в том, что сотворить адское зелье мог только демон
