Не выбирая выражений, Дина грязно ругалась, донося до разума Ивана все те мысли, что я пытался высказать ему не далее, чем полдня назад.
— И запомни, если не женишься на ней, проклятье даст о себе знать! — закончила колдовство русалка и снова обратилась ко мне, предварительно подмигнув подруге.
Иван все еще стоял лицом к озеру, видимо, обдумывая только что сказанное и отходя от шока после наложенного заклятья.
Конечно, человек должен сам повзрослеть и дойти до определенных мыслей касательно женитьбы. В наши времена вопрос решался просто: хочешь или нет, а брак заключай и забудь об игрушках. В Москве об этой традиции не помнят, и, как следствие, браки стали заключаться намного позже, а то и не заключаться вовсе. Люди взрослели годам к тридцати. Иван старше меня на четыре года, отличный специалист во всяких аппаратах вроде сборщика картинок, гласа бога, вещательного ящика и компутера — многозадачного ларца, но стоит завести с ним разговор о любимой женщине и семье, караул, мне кажется, что ему лет тринадцать, не больше. Возьмем Юлю… когда я ее впервые увидел в храме, она предстала отличной воительницей, в тот день она была на четыре года старше меня, не замужем и без детей. Менпехтира, за которого она вышла, ей одногодка, а по кеметским меркам престарелый холостяк. Ира на пару лет старше Ивана. И тоже не замужем, хорошо, хоть не старая девственница! Но не удивлюсь, если в Москве найдутся и девственницы тридцати лет от роду. Нельзя в таком возрасте семьи создавать! Дети ж больными родятся! Человечество вымрет! Мы ж не нетеру, которые не знают счет годам. Маш-шу… милая моему сердцу красавица. Вот вернусь из этого Лесоморья, и женюсь на ней! И у нас будет пять… нет, шесть или семь детей! Восемнадцать — чуть ли не последний срок выходить замуж. Я не позволю этой женщине увлекаться игрушками до тридцати лет.
А Иван… женится как миленький. Тут в Лесоморье говорят: 'Совершил добрый молодец подвиг для любимой, жениться обязан! Подвиг Дуракова достоин целого гарема, да в России такого брака не поймут. Ну, будет ему две невесты в одном теле, коль так судьбе стало угодно. Женится и забудет о своих холостяцких бухтениях! Я лично обещаю проконтролировать, милая Дина… ой, Маш-шу.
Она манила меня пальчиком в сторону Лихого озера и, обернувшись спиной, дернула завязки. Прозрачное кеметское платье соскользнуло, являя моему взору идеальные формы желанного тела любимой.
Очарованный, я уже зашел по колено в воду, не снимая сапог. Прохладная вода ласкала ноги. Холодно, аж пальцы немеют. Я шмыгнул носом, сдерживая чих, стараясь не выпускать из виду Маш-шу.
Спасла меня случайность. А то не знаю, в каком мире я бы вышел из этого озера.
— Неб! — дикий крик Ивана заставил меня обернуться.
— Апчхи! — плюясь, я опять зажмурился, и окружающая действительность лишилась красивых мороков.
Я скрючился от боли, а когда открыл глаза, то обнаружил себя стоящим по колено в воде, руками я крепко схватился за предплечья, из одного из которых торчала самая что ни на есть взаправдашняя стрела.
Боль стала для меня прекрасным отрезвляющим, в отличие от чихов. К ним-то Дина с подружкой уже привыкли. Схватившись за руку, из которой торчала толстая стрела, я выбрел на берег и свалился на колени. Сехмет, гадина, раздери мерзкого стрелка! По рукаву халата стекала горячая кровь. Русалки, ничего не понимая, расступились. И в руке Дины я заметил еще одну такую же стрелу. Неужели поймала на лету? Но почему меня чутье подвело? Похоже, чары русалок подействовали и на мои способности. Подняв с земли валявшийся кушак Дуракова, я сунул тряпку в рот, чтобы не сломать зубы, и, резко достал из раны стрелу с золотым наконечником и огненно-красным оперением. Сехмет, сволочь! За что?
Голова пошла кругом, и я повалился прямо в объятья Ивана. Тот, придя в себя после магического воздействия, волнительно выпалил:
— Все в порядке?
— Нет! — ядовито процедил я, как можно сильнее сжимая руку в локте.
Не поможет остановить кровь. Я скоро потеряю сознание и отправлюсь на прием к Осирису. Стоило мне размечтаться о радужном будущем с Маш-шу, как судьба подсунула мне такого паршивого скорпиона. Апчхи!
Я немного расслабился, только когда меня прислонили спиной к сосне. Не знаю, кто там был: Иван ли, русалки ли. Сейчас мне все равно. Я опустил обессиленную правую руку и сжал рану. Кровь струилась сквозь пальцы, и я чувствовал, как силы с каждой секундой все быстрее оставляли меня. Перед глазами плыли синие круги, вокруг стало жарко, я жадно вдыхал воздух, желая как можно дольше остаться на этом свете, хотя понимал, что, будучи в плену у русалок, да еще и раненным, мне это вряд ли удастся. Стараясь думать о Маш-шу и наших еще не рожденных семи детях, я не открывал глаз, чтобы не стать жертвой чар озерных дев.
Не знаю, что там творилось вокруг. Какие-то крики, вопли, хлест березовых веток, ласковые голоски русалок и… петушиный крик, после которого раздался дикий визг и плеск.
— Ну и дуры, — ехидно заметил Иван, расхохотавшись…
И снова петушиный крик. И еще раз… Слышал я из напутствий Яги будто многие ночные чародеи Лесоморья с криком петуха прячутся в своих владениях. Но чтобы прокричать петухом, я не додумался. Кхе! Апчхи! Еще и эта простуда! С каждым чихом из раны вытекает намного больше крови, нежели сидя не двигаясь, прижавшись к стволу.
— Не мог раньше в петуха поиграть? — простонал я.
— Не додумался! Стрессовая ситуация, друг мой, генератор идей.
Я чувствовал его присутствие. Ну же, сделай что-нибудь, не то я сейчас умру. Что ты скажешь Маш-шу, дорогой брат? Любимому в руку попала стрела, а я не смог остановить кровь? Да, ты точно наивный великовозрастный ребенок, Иван. Хотя, не без просветов.
— Кто бы это мог быть? — краем глаза я заметил, как Дураков поднял с земли стрелу.
Потом найдем покушавшегося на жизнь Владыки Обеих земель, давай, перевяжи мне, наконец, плечо.
Я дернулся, пытаясь стащить халат, но рана отозвалась резкой болью. Сняв кинжал у меня с пояса, Иван догадался, наконец, отрезать от подола полоску ткани и наложить жгут. Рука ослабела, но кровь остановилась.
— Воды, — прохрипел я.
— Ага… сейчас, — блаженная влага освежила мое горло, и я, расслабившись, откинулся на ствол сосны.
Как хорошо!
Иван отошел ненадолго, а вскоре появился со спящей Милли на руках. Он положил девочку рядом со мной и сел на колени.
— Знать бы еще, кто стрелял, — в задумчивости протянул он.
Мне это тоже интересно. Вот вылечу руку, апчхи, и лично сверну негодяю шею. Друг по-доброму улыбнулся мне в ответ, и начал придумывать самые что ни на есть невероятные версии. То меня решили подстрелить по приказу лангсуяр, то нашелся на мою голову охотник, узнавший во мне парня с розыскного плаката (чем-то мы похожи, но весьма отдаленно), то Леший продолжил сводить со мной счеты, то…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
