он был неправилен, и по этой причине эта группа не успела что-либо сделать.
Захватив станцию, воткинцы были атакованы красными, находившимися в станционном поселке. Бой затягивался, мост взорвать не удавалось, так как заряд взрываться не хотел, несмотря на все старания очень опытного сапера-подрывника. Генерал Сахаров вызвал свой резерв – три эскадрона 1-го кавалерийского полка. Эскадроны спешились у железнодорожной насыпи и через переезд между станцией и мостом были направлены в поселок во фланг красным.
Уже стемнело, бой идет… Вдруг столб пламени… Затем раскат страшного взрыва… Генерал Сахаров бежит к мосту и тут принимает радостный доклад сапера: «В неделю, ваше превосходительство, не починят». Действительно, одна из двух основных железных перекладин шириной около трех четвертей вершка была перебита.
Скоро после подрыва моста стрельба в поселке стала стихать, и генерал Сахаров получил донесение о том, что противник отступает.
Из опроса пленных белые выяснили, что ст. Дормидонтовка занималась штабом и хозяйственной частью, а также одним батальоном 4-го стрелкового полка, всего до 600 человек.
Потери отряда генерала Сахарова в этом боевом столкновении выражались: 3 раненых и 1 убитый – воткинец. Трофеи белых – 10 пленных, 2 исправных пулемета («Шоша» и «Люис») и 36 коней, которые были захвачены, будучи привязанными к забору станционного перрона.
Итак, в 18 часов 16 декабря все войска красного фронта если еще не оказались в замкнувшемся кольце белых отрядов, то, во всяком случае, сидели в мешке. Путь отступления – железная дорога – был перерезан конным отрядом белых до 450 сабель. На пути отхода красных эшелонов и бронепоездов было, кроме того, три испорченных моста (железнодорожных). Головная часть главных сил белых (Сиб-казполк) находилась от конного отряда генерала Сахарова на расстоянии приблизительно 25 верст. В этот час положение частей красного фронта следует уже признать весьма и весьма тяжелым. Красное командование должно было думать о том, как, в случае чрезвычайной необходимости, бросив эшелоны и бронепоезда, тайгой, без дорог, вывести хотя бы одну только живую силу частей. Ночным усиленным маршем шли белые колонны на север. Каждая минута была дорога. Материальная часть красных, долженствующая попасть в руки белых, была совсем близко. План генерала Молчанова, казалось, будет осуществлен полностью; напряжение белых бойцов будет недаром.
Но в тот самый час, когда штаб красного фронта должен был получить или же получил известие о появлении на пути движения войск четвертой и самой грозной преграды – конного отряда генерала Сахарова в 450 сабель, отряд генерала Сахарова, без какого бы то ни было давления со стороны красных, при отсутствии даже соприкосновения с врагом, около 20 часов 16 декабря, оставил станцию Дормидонтовку и двинулся обратно по дороге на пос. Кукелево. Так четвертая и самая грозная для красных преграда устранилась сама собой. Я. Покус ошибается, указывая на то, что белые якобы были оттеснены головными красными частями и принуждены были отойти на китайскую сторону. Из Дормидонтовки генерала Сахарова никто не вытеснял. Станцию Дормидонтовку генерал Сахаров оставил потому, что считал, учитывая разрушения, произведенные полковником Карловым в ночь с 14-го на 15-е, и серьезность повреждений моста у ст. Дормидонтовки, что красные эшелоны и бронепоезда не смогут уйти от главных сил белых, а посему счел первый пункт своих заданий выполненным. Личный взгляд генерала Сахарова на обстановку и возможности в этот вечер 16 декабря ярко рисуется следующей фразой: «Да и что я мог больше сделать?»
Таким образом, путь отхода красной живой силе после 20 часов 16-го стал свободен, но судьба бронепоездов и подвижного состава все еще зависела от своевременного исправления подорванных мостов.
Красное командование, узнав о нахождении отряда полковника Карлова в пос. Кукелевском (о прибытии туда же отряда генерала Сахарова оно еще не получило сведений), двинуло отряд красной пехоты в 150 штыков из района разъезда Красницкий. Этот отряд был посажен на подводы. Когда красные, придя в Кукелевский после выхода генерала Сахарова к Дормидонтовке, узнали, что вместо 60 коней и 2 пулеметов полковника Карлова в их тылу теперь находится отряд до 500 сабель, малочисленный красный отряд поспешил повернуть назад. Около пос. Кончицкого, на полдороге между Кукелевом и Дормидонтовкой, произошла встреча отряда красной пехоты с возвращающимся в Кукелево отрядом генерала Сахарова. После первых же выстрелов головного эскадрона («казанский» эскадрон 1-го кавполка) вся колонна красных рассыпалась и умчалась в темноту. При этом столкновении в головном эскадроне белых был ранен только один конь. Преследовать красных было невозможно, так как была ночь и дело происходило в лесу. Продолжая движение на пос. Кукелево, отряд генерала Сахарова с предосторожностью подошел к этому поселку, но последний оказался свободным, и конный отряд расположился в нем на ночлег.
Утром 17 декабря конный отряд генерала Сахарова оставил пос. Кукелево и двинулся вниз по реке Уссури. Сделав переход в 50 верст, отряд прибыл в пос. Невельской, нигде не обнаружив противника при своем движении.
Во исполнение приказа командира 3-го стрелкового корпуса от 16 декабря № 0222/оп Поволжская бригада, передохнув немного в пос. Кедровом, в буран, ночью продолжала свое движение на пос. Венюково, и после того, как части этой бригады вошли в указанный поселок и стали расходиться по квартирам, из него в 2 часа 17 декабря 1-я стрелковая бригада выступила на пос. Забайкальский. Снег продолжал падать густыми хлопьями, порой его начинало крутить ветром… В 6 часов 30 минут 17-го, после небольшой перестрелки головных разъездов, 1-я стрелковая бригада заняла пос. Забайкальский, где и остановилась на привал до подхода Поволжской бригады. Погода стояла сравнительно мягкая, падал снег…
В эту же ночь генерал Блохин со своим Сибирским казачьим полком и приданным одним батальоном от Ижевско-Воткинской бригады, после благополучного занятия ст. Вяземская, продолжал свое движение на север и занял пос. Чупровский.
Красные в панике бежали на север, бросив эшелон и паровоз вблизи указанной станции (Вяземская?). Взорванный полковником Карловым мост красные успели вовремя исправить и, за исключением одного эшелона, все остальные эшелоны и бронепоезда отошли к северу. Так красные миновали вторую преграду, теперь оставалась только одна – третья: подорванный генералом Сахаровым мост близ ст. Дормидонтовка.
При приближении к пос. Забайкальскому, двигаясь в голове колонны, временно исполняющий должность начальника штаба 1-й стрелковой бригады поручик Эссен заметил на берегу Уссури отдельно стоящее кирпичное здание, оказавшееся водонапорной будкой, подававшей воду на линию желдороги – на ст. Вяземская. Оказалось, что будка связана телефоном со станцией и телефон в полной исправности. Связавшись со штабом корпуса, поручик Эссен доложил генералу Молчанову обстановку на Уссури и получил от последнего словесное
