— Мне кажется, что на нравственное развитие большое влияние оказывают страдания юноши. Именно страдания позволяют человеку временно побывать в роли жертвы. Даже незначительное по времени пребывание в этой роли заставляет человека задуматься о том, что своими действиями он может причинить боль и страдания другим. Однако здесь необходима некая золотая середина. Если юноша почти не страдал, то легко уверует в свою безнаказанность и непогрешимость. Если страдал чрезмерно, то эти переживания могут озлобить человека на всю оставшуюся жизнь. Очень часто садистами становятся те, кто в детстве постоянно подвергался постоянным унижениям и насилию, не имея возможности при этом ответить обидчикам. А страдания из-за физических недостатков? Неважно, реальные они или вымышленные…
— И отсутствие страданий в юности, и их избыток могут вывести человека на преступный путь, — продолжил лейтенант, — а конкретный механизм преступления рождается в зависимости от сложившихся обстоятельств и, как это ни странно прозвучит, от способностей человека. Некоторые так лихо закручивают сюжет своего преступления, так ловко маскируют следы, что мы часто называем подобные преступления высокоинтеллектуальными… Вот вам «гений и злодейство».
— Мне кажется, что я снова перенесся в студенческие годы и сижу на лекции по психологии, — усмехнулся Джейк.
— А как же! — согласился лейтенант. — Изучению вопросов становления личности мы, полицейские, должны уделять много внимания. Важно понимать не только как действует преступник, но и почему человек становится преступником. Поэтому я часто думаю над этими вопросами… И, знаете, чем больше думаю об этом, тем больше прихожу к выводу, что истоки преступности имеются у каждого человека. И только в силу случайных обстоятельств, либо страха перед наказанием, человек не становится на преступный путь.
— Вот как? — оживился Макгрегори. — Тогда, напрашивается сам собой один интересный вопрос.
— О’кэй, попробую угадать ваш вопрос… А как насчет лейтенанта криминальной полиции Питера Саммерса?
— Вот именно, — рассмеялся Джейк.
— Думаю, что я не являюсь исключением. Сейчас, Джейк, я вам расскажу то, что никогда никому не рассказывал… Родился я в небольшом городке Аркадельфия, штат Арканзас. Он расположен, посередине так называемой аллеи торнадо. Возможно, вы слышали: некоторое время тому назад он был почти полностью разрушен ураганом… Однажды, когда мне было лет шесть, меня очень сильно отругала соседка. Причем, мне показалось, что совершенно необоснованно. И я отомстил ей: взял камень и разбил окно в ее доме. Вы спросите, что же тут особенного, причем здесь истоки преступности? А вот самое интересное произошло, как раз после того. Я вернулся домой, разделся, лег в постель и сделал вид, что сплю. Соседка догадалась, что окно разбил именно я, и прибежала к нам в дом скандалить. И вот я, шестилетний мальчик, настолько здорово разыграл пробуждение крепко спящего человека, что все поверили в мою невиновность, даже соседка. А теперь я вас спрашиваю: кто меня мог научить такому поведению? Никто! Мой жизненный опыт в таком возрасте ничтожный, телевизоры в те годы были редкостью, в кинотеатрах видел только детские мультфильмы. До сих пор не могу понять, откуда у меня взялось столько хитрости, столько изощренности. Значит, всплыло откуда-то изнутри, от далеких предков какие-то гены заиграли… А вот почему дальше я не стал совершать преступления, а, наоборот, стал полицейским? Это самый сложный для меня вопрос. Я его очень часто себе задаю, и не нахожу ответа. Хотя, сейчас, с моим-то опытом, я легко мог бы стать неуловимым преступником…
— Да, — усмехнулся полицейский после некоторой паузы, — интересный у нас получился разговор. Начали с Эрденштейна, а закончили проделками маленького Саммерса.
— Это верно, — согласился Джейк, — хорошо мы с вами поговорили. Даже на душе стало легче. Знаете, мистер Саммерс, последние события настолько сильно повлияли на меня, что даже душа сжалась в комок. Я стал крайне раздражительным и подозрительным, но, самое ужасное, что поговорить то обо всем этом не с кем было. А это так тяжело, когда приходиться держать все в себе…
— Да, Джейк, вам надо крепиться. Не сомневаюсь, что вас он не оставит в покое. Думаю, вы и сами понимаете это.
Макгрегори кивнул головой.
— Но ведь самое главное мы уже знаем. А именно: все, что вы увидите в момент покушения, будет обманом чувств. Неважно, что вы увидите, услышите, или еще как-нибудь почувствуете. Ну, например… э-э, налет вооруженных бандитов, каких-нибудь чудовищ, вампиров, или, хотя бы ту же самую красную руку. Все будет обманом чувств, а в действительности, с вами ничего страшного не будет происходить. Важно не поддаться панике, не потерять самообладание. Вы же будете знать, что это иллюзии, возникающие в результате действия аппарата Эрденштейна. И, как говорит наш мудрый капитан: «Кто владеет информацией, тот владеет ситуацией», — при этом Саммерс многозначительно покачал указательным пальцем. — А вы владеете информацией, значит, справитесь. В этом момент мы его и возьмем за «жабры».
— А можно ли его арестовать раньше? — спросил Джейк.
— Не хочется выполнять роль приманки?
— Не хочется.
— Ну, что ж, теперь давайте поговорим серьезно, — продолжил полицейский. — Арестовать Эрденштейна иным способом не получится. Не сомневаюсь, что живет он по фальшивым документам. Скорее всего, изменил внешность, ведет крайне осторожный образ жизни. Поэтому вычислить его и арестовать в этом людском муравейнике практически невозможно. Надеяться, что он совершит какую-либо ошибку? А если не совершит?
— Поэтому без вашего участия арестовать Эрденштейна мы не сможем, — продолжил после паузы Саммерс. — Но бояться вам особо нечего, мы организуем наблюдение. Правда, обеспечить вам круглосуточную охрану мы не сможем. Да, в этом и нет необходимости. Все произойдет, скорее всего, ночью, днем Эрденштейн побоится совершить нападение. Ночью вы дома, организовать наблюдения за одним домом не составит труда, и мы накроем его, как только он начнет свое дело… Далее, держите со мной постоянную связь, вот моя визитка. Однако хочу обратить ваше внимание на одну важную деталь. Во время связи со мной не пользуйтесь своим мобильным телефоном.
— Почему?
— Дело в том, — начал объяснять полицейский, — что мобильный телефон излучает радиоволны. Их перехват не составляет сложной технической проблемы. Думаю, не следует считать Эрденштейна глупее нас. Наоборот, будем считать его весьма умным и предусмотрительным. Я бы, во всяком случае, именно так и поступил. Значит, и он может додуматься. Поэтому пользуйтесь либо чужим мобильником, либо обычным телефоном, особенно с работы. Сообщайте мне о любых происшествиях, даже если вам что-нибудь покажется. Все может оказаться важным… Начнем наблюдения за вашим домом с сегодняшней ночи. Вы будете один?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
