с Селентором.
Спятивший эльф утверждал, что она обладает целебными свойствами, и Ник успел в этом убедиться еще в утилизаторе. Солоноватое питье, конечно, сильно уступало по эффективности мазям Малема, но, исходя из сложившейся ситуации, жалобами можно было лишь окончательно разгневать богов.
Ах, если бы рядом был Тавр. Он бы мигом исцелил все полученные принцем травмы.
Юла, Ангс, Ванесса, Гвойнан.
Гвойнан…
Покачав головой, Никаниэль отбросил в строну мысли о друзьях и осторожно припал губами к полу. Он выпил всю скопившуюся влагу, а потом принялся мочить ладони, водя ими по стене, и обтирать кожу. Таким нехитрым образом ему удалось отмыть тело от грязи и заодно обработать раны. Их нещадно щипало, но Ник надеялся, что процедура ускорит заживление.
Закончив с омовением, принц чуть не поседел, поняв, что не может найти Люминистилл. Он выпустил его из рук, чтобы напиться, а потом… К счастью Никаниэль практически не сходил с места и сумел быстро нащупать меч. Однако, это происшествие прозрачно намекнуло ему, что он оказался в новом мире, где нужно запоминать каждый свой шаг и научиться ориентироваться, не полагаясь на зрение.
А еще как можно скорее его покинуть.
Достав компас, Ник нащупал утолщение висевшей в воздухе пластины и определил, что север в той стороне, откуда он упал. Принц попытался найти проход, ведущий в нужную сторону, но из пещеры убитой им твари вел только один путь — на восток.
В таком случае Никаниэлю предстояло идти по туннелю, а на первой же развилке свернуть налево. И в дальнейшем, выбирая направление, сверяться с волшебной коробочкой. Именно от нее теперь зависело выберется когда-нибудь Ник на поверхность или будет блуждать во тьме, пока его не сожрет какой-нибудь особо удачливый монстр.
Съев два последних уцелевших яйца и еще раз попив воды, принц засунул компас за пояс, взял меч на изготовку, выставил вперед левую руку и принялся осторожно продвигаться во тьму подземелья, до предела напрягая все доступные чувства.
Путь предстоял не из легких.
Глава 56
Первое время Никаниэлю везло. Или он попал в не слишком популярную у чудовищ часть лабиринта или их всех распугала та тварь, что осталась лежать убитой где-то далеко позади. В любом случае, к моменту первого нападения он сумел хоть немного адаптироваться.
Ник, как обычно, шел, осторожно ведя левой рукой вдоль шершавой стены туннеля и проверяя каждый шаг, чтобы не свалиться в неожиданную пропасть. По его внутренним часам минула уже пара дней. Питался принц в основном странными, похожими на почки образованиями, иногда попадавшимися под руку. Если бы он не видел, как их ел Кадун, то никогда бы не догадался, что нечто подобное может служить пищей.
Впрочем, по вкусу они походили на что-то среднее между козьим сыром и жаренным кальмаром — не самое тривиальное сочетание, но выбора, в любом случае, не было.
В тот раз Никаниэлю повезло наткнуться на очередной, как он их называл, родник, однако стоило ему припасть губами к вожделенной влаге, как сверху на него приземлилось нечто похожее на плотный платок, под каким женщины обычно прячут волосы. Вот только этот обладал не то зубами, не то когтями — в общем знакомство вышло не самым приятным.
Услышав, а скорее даже почувствовав приближение опасности, Ник дернулся в сторону и только благодаря этому остался жив. Монстр вцепился в левое плечо принца, облепил его подобно мокрой рубашке и сразу же принялся жадно пить кровь из проколотой в десятке мест кожи. Упади тварь ему на голову и отодрать ее от лица, не задохнувшись, было бы весьма проблематично.
Матерясь вполголоса и поминая темных богов, Никаниэль сумел разделаться с гостем, несколько раз весьма болезненно порезавшись. Но и на этом злоключение не закончилось. Монстр успел впрыснуть Нику что-то, из-за чего кровь никак не хотела останавливаться, и ему пришлось задержаться на месте до полного восстановления.
Подобный урок научил принца не терять бдительность даже в относительно безопасном месте. А таких, как он успел скоро понять, на нижних уровнях Дварфгона было ой как не много.
Впервые заметив за поворотом отблески света, Никаниэль полетел к нему, словно мотылек, завидевший фонарь одинокого путника. Да, порой здесь тоже встречались заросли люминесцентного мха.
Наткнувшись на подобный участок тоннеля, Ник не смог сдержать слез радости. Каждая секунда, проведенная во тьме, давила на него тяжелее надгробной плиты. Он даже начал думать, что совсем лишился зрения и никогда уже не увидит ни зелени листвы, ни яркого солнца, ни лиц дорогих и близких.
Со священным трепетом принц прикоснулся к светящемуся мху. Сухой, колючий, твердый — тот стал для едва не отчаявшегося эльфа божественным маяком в бушующем море мрака.
В этот момент единения с редким даром природы сбоку бесшумно подкралось существо, похожее на небольшую корову с мягкими подушечками вместо копыт и мясистыми вытянутыми губами. Никаниэль уже приготовился с ним драться, защищая свой маленький рай, но создание оказалось травоядным, и его интересовала лишь возможность закинуть в брюхо немного мха.
А где есть травоядные — там всегда найдется место и хищникам.
Не успел Ник сказать «кфхан», как с разных сторон на них бросились сразу три, уже знакомых по утилизатору, огромных черных паука. Двое в мгновение ока растерзали «корову» и принялись жадно ее пожирать, а последний решил попробовать на вкус эльфятинки.
Щелкая челюстями, тварь бросилась на принца, и тот едва успел увернуться, но все равно порезался об острый нарост на одной из ног чудовища.
Бой был жарким.
Лавируя среди восьми смертельно опасных конечностей, каждая из которых запросто могла нанизать Никаниэля, как муху на иголку, Ник старался нанести монстру как можно больший урон, выискивая слабые места. Как же сильно ему не хватало в тот момент верного плеча Малема, щита Гвойнана, поддержки Юлы, лука Ангса, святой маги Тавра… Даже Ванесса могла бы принести пользу, отвлекая ублюдину, чтобы дать принцу возможность нанести смертельный удар.
Да любопытной малявке и в целом внизу бы определенно понравилось.
Но не Никаниэлю.
В какой-то момент Нику удалось ранить тварь в брюхо, и та решила не связываться со странной добычей и попыталась отобрать часть еды у товарок. Это позволило принцу отступить. К тому же, в процессе схватки он получил несколько серьезных порезов и даже лишился безымянного пальца на левой руке. Однако сражайся с ним все три паука разом, и под стеной у светящегося мха сейчас лежало бы не губастое создание, а законный наследник Эльфхейма…
После этой стычки подземный скиталец мгновенно менял направление, стоило ему лишь увидеть далекий отблеск знакомого растения.
Так Ник научился бояться света.
Но и в бесконечном мраке было не намного лучше.
Всевозможные монстры, в отличие от Никаниэля, прекрасно ориентировались во тьме. Сколько не пытался
