Глава 14.2
За эти два дня с папой мы почти не пересекались. Его пары в этом месяце не включены в учебный план. Однако я была в курсе, что с дер Варром они время от времени уединялись в кабинете ректора. Дело в том, что Сноу поставил у себя надежнейшую систему против прослушки — как магической, так и механической.
Аделаида же регулярно попадалась мне на глаза, и встречи эти не доставляли ни малейшего удовольствия. На контакт она не шла, да я о нем и не просила. Перемены в ней меня раздражали. Этот невесть откуда взявшийся сладковатый запах, обеспокоенный вид, заметная неровность в движениях. При этом графиня полностью включилась в учебный процесс и выбила для их маленького факультета несколько новых предметов.
На мои попытки обсудить вампирскую госпожу Маркус реагировал странно. Либо мычал, либо делал загадочные глаза.
— Ты что-то знаешь? Признавайся. Отец рассказал?
— Ни словом не обмолвился, — настаивал волк. — И вообще, у меня такой же нос, как у тебя. Все данные в твоем распоряжении. — Раз так, может, и я тоже пахну необычно? Иногда по утрам мне кажется, что запах не мой. Но потом я обливаюсь нейтрализаторами… — кипятилась я.
— Дарриа, твой нос в порядке. Проблема не в нем, — и как с ним быть серьезной? Он тут же покрывал все лицо быстрыми поцелуями.
Раз все будто сговорились, я призывала себя потерпеть еще немного. На церемонии Луна заставит первых волков сказать правду. Под ласковым надзором кристалла не прозвучит ни одного фальшивого слова. Страшновато, что то же самое касалось и меня. Но я ведь и не была сторонницей самообмана. Правда же?
Когда до праздника, который по традиции открывал дом Ущербной Луны, оставалось всего несколько часов, я сообразила, что пропущу начало — у меня прием студентов. Сама же отказалась его переносить. В составляемом заранее списке уже целая очередь. Причем первым значился Арменроут, эти дни не находивший себе места. Мальчик считал, что опозорил свой род.
— Аккуратнее, Бен. Леветируй нежнее. Этому сундуку несчетное количество лет. Сейчас таких не делают. Отец впадет в отчаяние.
Пару раз стрекозел совершал немыслимые пируэты, — я уже готовилась применить свою нехитрую магию, хотя для кристалла ее воздействие противопоказано, — но все-таки доставил поклажу и водрузил на постамент в центре зала. Меня посетило дежавю. Десять или чуть больше дней назад мы с Беном занимались тем же самым, только на открытом воздухе. Далее последовали невероятные и в какой-то степени трагические события. Организаторов нападения и других исполнителей, кроме того существа, тело которого я разглядывала после вскрытия, до сих пор не нашли.
Сравнивать речь для первокурсников и Огненное Полнолуние, конечно, не стоит. Лунный праздник случается раз в десять лет. На нем приносят клятвы, просят Луну признать взятые оборотнями обязательства. Здесь же происходит Большая охота. Для многих волков это единственный шанс выбрать партнера из другого дома. Так что это просто совпадение, что два мероприятия с участием кристалла пройдут друг за другом, да к тому же на территории академии.
Боевики объединенных кланов прибудут, чтобы обеспечить нам безопасность. И Маркус с отцом хором клялись, что я могу спокойно достать кристалл из-под своей кровати, куда он по моему зову перекочевал из академической библиотеки. Очевидно, что тот самый смертник не сумел его вынести и бросил по дороге, а его сообщники укрыли в глубинах книгохранилища. На стеллаже, среди томиков, посвященных искусству эпохи поздней Реновации.
Конечно, об этом я знать не могла. Временное пристанище камня по магическому следу позже вычислил дер Варр. Он же одобрил мой выбор схорона, назвав его изящным. По его мнению, искать прежде всего должны были в сейфах и хранилищах, а моя личная территория лишь усиливала действие моего же полога.
Несмотря на все меры безопасности, я не чувствовала той уверенности, которую при мне демонстрировали оба альфы. И, сидя за письменным столом у себя в кабинете, ловила те звуки, которые фиксировал камень: шум сотен ног, шелест длинных подолов, аплодисменты и стук десертных вилочек о блюдца. Оборотни ни за что не упускали возможности подкрепиться.
Вошел Томас, и я задала волновавший меня вопрос:
— Зачем ты-то записывался? Каждый вечер встречаешься со мной дома.
Он посторонился и пропустил вперед Жозефину. Теперь можно было не отвечать. Девчушка старше его на пару десятков лет, повыше ростом, и слишком худенькая. На ее фоне стройный Томас казался мощным и мускулистым. Она смотрела исподлобья. Ничего не понимаю, мы же с ней неплохо ладим.
— Госпожа, мы хотели вам кое-что показать. Это выскочило три дня назад, когда я навещал матушку в ее День рождения, то есть уехал отсюда на целые сутки.
Не сговариваясь, они протянули в мою сторону вытянутые руки. Сначала я не заметила ничего необычного, хотя старательно таращилась. И только через пару мгновений разглядела у них на запястьях — смуглых у девушки-вампира и аристократично-бледных у крестьянского сына — различимые, словно нарисованные серым карандашом, имитирующим татуировки, браслеты.
— Мы мыли руки, терли кожу, — словно боясь собственного голоса, произнесла Жозефина.
— Она пробовала отдирать ножом, — осуждающе воскликнул мальчик, — очень уж боится Аделаиды. Что та поднимет вопрос об исключении моей малышки из ее клана.
Я постаралась проигнорировать последнюю фразу, хотя, если честно, хотелось прикрыть голову руками и проигнорировать вообще все.
— Ну, вы подумайте, как быть. Расскажите дер Варру. Ведь графиня сама спуталась с макграфом, не ей нас судить. А между мной и Жози ничего не было.
Жозефина покраснела, услышав эту неуклюжую ложь.
— Томас. Только не надо обманывать. Вас все равно будут расспрашивать, крайне подробно, — слово «пытать», глядя на девушку, я использовать передумала.
— Ничего, от чего рождаются дети, — буркнул Томас и получил от подруги болезненный тычок под зад.
