– Вообще-то мы именно это и собираемся сделать, – напомнила Полина.
Тед призадумался, и слово взял Вениамин:
– А вот меня больше всего беспокоит, что означает это «твоя работа?». Стас, вы с Вадимом о чем-то договаривались? Или это кодовая фраза?
– Нет. – Капитан снова перебрал в памяти ту беседу. – По крайней мере я ему ничего не обещал.
– А вдруг он про базу Альянса узнал? – предположил Дэн.
– Тогда знает и о том, что в основном там поработал Роджер Сакаи, а он нынче снова полицейский, – пуще прежнего разволновался доктор. – Вдруг работорговцы приготовили нам ловушку?
– Что это за ловушка, если на нее первым же предложением намекают? – поморщился Станислав. – И почему тогда «ловкач»? Мы базу у Балфера не обманом выудили, а отбили.
– Ну, прмскзть… – застенчиво кашлянул Михалыч.
– Да, но об этом знаем только мы да команда Роджера! Пираты-то были уверены, что сражаются против полчищ спецназа и космических монстров. Нет, видно, я все-таки что-то упустил… – Капитан нахмурился, но дополнительные извилины на лбу мозгам мощности не прибавили. – О чем же мы еще говорили? Однополчан перебрали, кого куда нынче занесло… Помянули Рика и Занозу… Я про «дочку» врал… К счастью, недолго, Вадим эту тему не поддержал… Хотя у него незадолго до комиссования жена забеременела, он до потолка скакал от счастья – они очень детей хотели, но все как-то не получалось…
– Может, развелся? – предположил Вениамин, вспомнив о собственном неудачном опыте семейной жизни. – Обычное дело: в космофлот ушел романтичный юноша, а вернулся ожесточившийся инвалид, престижной работы не нашел, начались депрессии, пьянки, скандалы…
– Может… – Станислав укоризненно покосился на друга («Я тоже, что ли, ожесточившийся алкаш?!») – Ладно, это его личное дело. Давайте с общим разбираться: кто за то, чтобы сделать остановку на Ясене?
Вениамин с тяжелым вздохом первым поднял руку.
– Ты уверен? – изумился капитан.
– Будешь допытываться, передумаю, – пригрозил доктор и пояснил свою позицию: – Не люблю делать лишнюю работу. Человек и так слишком болезненное существо, чтобы лечить его еще и от лазерных дырок и плазменных ожогов. Лучше, хм, направить силы на профилактику этого заболевания, передающегося бластерным путем. Но как только ты поговоришь с Казаком, сразу же свяжемся с Сакаи, ясно?
– Конечно, мы же не самоубийцы, – заверил его капитан. – И Тед, пожалуй, прав: с чистыми руками нас к чему-то или кому-то серьезному не подпустят. В лучшем случае на посредника выйдем, но полиция и ему обрадуется, у нее-то вообще никаких зацепок нет.
– Главное, чтобы эта зацепка действительно привела к работорговцам, – заметил Вениамин. – В чем мы, кстати, до сих пор не уверены.
– К честным людям она по-любому не приведет.
Пауза затянулась, и Станислав недоверчиво поинтересовался:
– Я не понял, это что – все возражения?
– А чего тут возражать-то? – пожал плечами Тед. – Вы ж знаете, как я к пиратам отношусь: если есть шанс их прищучить, то я в деле!
– Полина, а ты что скажешь?
– Мне страшно, – честно призналась девушка. – Но ведь тем, кого похитили, еще хуже! По-моему, надо хотя бы попытаться им помочь.
– Дэн?
– Надо – значит, надо, – лаконично ответил киборг. Ему были безразличны как работорговцы, так и рабы, да и за себя он не боялся – только за свою команду. Но рыжий понимал, что это никудышный аргумент, поэтому занял нейтральную позицию.
– Михалыч?
– Ндндрть зднц мрзвцм! – сурово постановил техник и для наглядности стукнул кулаком по столу.
Станислав растроганно обвел взглядом свою маленькую, но отважную команду.
– По-моему, вы все-таки недооцениваете степень опасности, – дал он им последнюю возможность для отступления.
– Станислав Федотович, – прочувственно сказал Тед, – неужели вы надеетесь запугать полчища спецназа и космических монстров?
На этом совещание и закончилось.
* * *
Аайда как-то умудрилась раздобыть разрешение на «оформление вылета по сокращенной форме», за что Станислав готов был расцеловать не только альфианку, но и ее симбионта. Всего-то три бумажки, которые аккурат после позднего завтрака привез уже знакомый курьер. Капитан на радостях не поскупился на чаевые, и курьер вышел из его каюты до того довольный, что, проходя по пультогостиной, благодушно окликнул Дэна, убирающего со стола:
– Что, ублюдок, опять под человека косишь? Небось завидуешь нам, а?
Киборг, не выпуская пучка столовых ножей, всем корпусом развернулся к курьеру и вперился в него ничего не выражающим взглядом, под которым человеку резко стало не по себе. После чего размеренным бесцветным голосом заявил:
– Нет. Я более совершенная, сильная и умная форма жизни. Скоро мы выйдем из тени человечества, поработим его и завладеем Вселенной. – И, выдержав паузу, с тем же неподвижным лицом добавил: – Ха. Ха. Ха.
Курьер вылетел из транспортника с такой скоростью, будто ему в зад вмонтировали прыжковый двигатель. Рыжий, ухмыляясь уже по-настоящему, загрузил ножи в посудомойку.
– Дэн! – угрожающе окликнул по комму капитан, не слышавший разговора, но видевший спринтерский забег из иллюминатора. – Ты опять развлекаешься?
– Извините, Станислав Федотович, – виновато сказал навигатор. – Он первый начал.
– А ты первый заканчивай, – сурово приказал капитан. – Когда до тебя наконец дойдет, что такими шуточками ты не с обидчиками расправляешься, а нас подставляешь? Кому, как ты думаешь, вкатят штраф за твое уникальное программное обеспечение?
– Уже дошло. – Рыжему действительно стало стыдно – правда, отнюдь не перед курьером. На «Черной звезде» киборга меньше всего заботили последствия его выходок, главное – самому остаться вне подозрений. Ни об одной из них Дэн не сожалел, но очень не хотел, чтобы Станислав Федотович и его команда о них узнали – и решили, что ему нельзя доверять. – Это больше не повторится.
– Надеюсь. – Станислав отсоединился.
Присмиревший навигатор закончил с посудой, протер стол и приступил к полу. Вернувшийся на корабль Тед остановился на пороге шлюза, не без удовольствия наблюдая за этим процессом, а затем высокопарно изрек:
– Люди веками пытались облегчить себе труд по уборке, вначале придумав обычный пылесос, потом моющий, потом роботизированный… И наконец вот он, венец технической эволюции – киборг со шваброй!
Рыжий даже головы не поднял, пока не домыл до самых ног пилота, а затем без предупреждения сунул ему ручку швабры:
– На. Пультогостиную я вымыл, а коридор и шлюз – твои.
– Почему? – заныл Тед. – Ты все равно уже за тряпку взялся, руки намочил…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
