плазму, которую откручивали еще раз, удаляя лимфоциты/лейкоциты порциями, после чего возвращая плазму и эритроциты.
Инженер, ознакомившись с механикой процедур, спросил, а почему бы не попытаться сделать процесс непрерывным, откручивая кровь в центрифуге, представляющей собой полый ремень – ленту, внутри которой в плоскости клетки распределятся слоями, после чего отобрать нужные будет не сложно: достаточно поддерживать отношение скорости вращения к скорости отбора нужных клеток.
Джадсон взял на год отпуск и занялся здоровьем сына, стараясь скорее сделать так нужный для его спасения прибор.
Дело было в 1962 году, и уже к 1965-му компания IBM выпустила прототип модель 2990, затем серийный прибор 2991, а уже к 1970-му – более удобный аппарат с автоматическим контролем отбираемых клеток – 2997-ю модель.
Полагаю, что у иммунологов, награжденных большой медалью ВДНХ в 1981 году, была именно 2997-я модель, к тому времени уже изрядно устаревшая. Несколько лет сепараторы клеток использовали для подобного лечения, однако, как я уже говорил, смысла в этом способе было немного. В конце концов, с появлением цитохимических препаратов, подавляющих рост клеток, использование сепараторов для отбора патологических клеток стало временной мерой.
Сейчас есть современные сепараторы – и стационарные (типа AMICUS, COBE SPECTRA, FREZENIUS), и портативные, напоминающие небольшой чемодан (HAEMONETICS MCS+ 9000).
Особенность последнего в том, что он работает через одну только вену, забирая кровь не проточно, а порциями. Пациенты и доноры очень ценят это свойство, потому что процедура отбора клеток, особенно клеток костного мозга, длится несколько часов. А приставлять к больному медсестру или санитарку для чесания носа (почему-то он всегда чешется во время процедуры) – слишком накладно для отделения переливания крови.
Я рассказал о различных методах лечения с изменением состава крови или с помощью крови, для чего ее приходится непременно вывести из кровеносного русла. Методы эти называют эфферентными. Все, что делается, возможно благодаря тому, что кровь – жидкая ткань.
Заключение, или Несерьезно о серьезном
Книга эта научно-популярная, для широкого круга читателей, от школьников до пенсионеров, а значит, в ней не нужен слишком серьезный текст. Ведь моя задача – просветить, а не усыпить.
Если вы узнали и поняли что-то про:
• строение крови и кровеносной системы,
• клетки крови и их взаимодействие с различными органами,
• кроветворение,
• донорство и проблемы переливания крови,
• группы крови и тканевые лейкоцитарные антигены,
• болезни крови,
• методы лечения с помощью разнообразного воздействия на кровь,
значит, моя задача выполнена на 50 %.
А если вам захотелось пойти на станцию переливания крови и стать донором, а до этого вы сомневались в нужности этого поступка, то задача моей книги выполнена на все 100 %.
В финале хочу вернуть вас к монологу сказочного врача Орландо, приведенному в начале. Помните, как он сравнил всю Землю с живым человеческим организмом?
Я очень надеюсь, что вы поняли: он прав и наша планета – это действительно живой организм, а не каменный планетоид, вращающийся вокруг желтого карлика, как мне попытался доказать один из читателей моего блога во «ВКонтакте».
Орландо прав в главном – если люди однажды осознают себя частью организма, клеткой огромного живого существа, возникшего на краю спиральной галактики Млечный Путь несколько миллиардов лет тому назад, то прекратятся войны, а люди станут бережнее относиться к Земле, понимая, что это не дом, не стоянка туристов, а именно наш организм.
И надо вернуться к вопросу: так кто же люди на Земле – клетки этого организма или микробы-симбионты, которые возникли на планете, но никак не могут понять, часть они ее или так, зашли погостить?
Сравнивая эти два типа, а микроорганизмы-симбионты одноклеточные, очень схожи с лейкоцитами – клетками крови.
Особенность клеток организма в том, что они живут в социалистическом обществе. Почему?
Ну, посмотрите сами: система обеспечения централизована и едина для всех клеток – и оседлых и подвижных. Очень строгий контроль выполнения своих функций. И действие главных принципов социалистического общества «кто не работает, тот не есть»[116] и «от каждого по способности, каждому по труду».
Я не опечатался, именно «не есть», то есть не живет, не существует. Вот так сурово. А иначе нельзя. Иначе организм погибает. Все клетки многоклеточного организма заботятся о нем, осознают себя частью целого.
А мы?
Люди всегда делятся на поддерживающих эти принципы и не поддерживающих, исповедующих такие как: «Каждый сам за себя», «Убей, пока не убили тебя», «Что нашел или отнял, то твое», «Обмани первым, или будешь обманут». Такие люди относятся к окружающему миру и другим людям подобно одноклеточным микробам – потребительски, эгоистично.
И выходит, что люди все-таки симбионты на Земле, то есть одноклеточные по типу мышления, среди которых есть довольно значительная часть, понимающая, что философия многоклеточных, общественное сознание, социально ориентированное, а не индивидуалистское, – это залог существования будущего для всего организма планеты.
Помните, я рассказывал, что в организме иммунитет старается сохранять жизнь до тех пор, пока не увидит, что болезнь, поразившая его, слишком сильна и опасна. Что он делает в этом случае?
Он, иммунитет, сам убивает организм. Быстро и бескомпромиссно. Это правда.
Ну что, друзья-симбионты разных стран, будем находить общий язык, прекращаем междуусобную грызню и войны, начинаем бережнее относиться к невозобновляемым природным ресурсам и к возобновляемым тоже? Или дождемся, когда Создатель начнет лечить Землю от нас?
Или запустится иммунитет, и мы все будем смыты ядерной сифонной клизмой в унитаз, как кишечная микрофлора, слишком безобразно ведущая себя в толстой кишке?
«На наш век хватит» и «после нас хоть потоп» – это аргументы одноклеточных индивидуалистов. А как же наши дети, внуки и прочие потомки?
Так какими же мы будем дальше?
Станем наводить порядок или дождемся, когда уставшая от нашего беспредела планета это сделает сама? Прижжет язву очередным астероидом и обновит виток эволюции в надежде, что новые симбионты окажутся бережнее и умнее, чем мы?
Давайте в финале я поясню, почему я использую эти понятия в отношения людей: одноклеточные и многоклеточные?
Обратимся к общей биологии.
Все живые существа на Земле делятся на две большие группы: одноклеточные и многоклеточные.
В истории живого мира нашей планеты однажды возникли одноклеточные организмы, которые заселили ее, приобрели разнообразные формы и приложили все усилия, чтобы сперва заселить мир, а потом так загадить его продуктами своей жизнедеятельности, что пришлось даже частично вымереть[117].
Чем загадили? Да кислородом.
Правда, это привело к тому, что появились формы одноклеточных, которым в кислородной среде да с солнечным ультрафиолетом оказалось жить весьма комфортно и намного легче, чем их предшественникам,
