Лишенный возможности создать из разбитых под Белым Растом и Хорошилово частей 3-й танковой группы оборонительный заслон на восточном фланге 5-го армейского корпуса, захватившего Красную Поляну, он писал: «…Как жаль, что у меня нет под рукой крупных резервов»… [346]
Но даже в этот момент, 2 декабря 1941 года, его не оставляла надежда, что противник определенно пребывает в состоянии острого кризиса. Даже находясь на грани поражения, немцы не хотели признавать, что сражение за Москву будет ими проиграно.
За срыв наступления на Москву Гитлер отстранил от должности командующего группой армий «Центр» генерал-фельдмаршала фон Бока и главнокомандующего сухопутными войсками генерал-фельдмаршала Браухича, взвалив на них вину за ошибки верховного командования.
Утверждения о мнимом превосходстве немецкого оружия над вооружением Красной Армии также не подтвердились в ходе боевых действий с самого начала войны.
Действительные возможности немецких танковых группировок и состояние немецких солдат охарактеризовал Гудериан, лично участвовавший в боях на советско-германском фронте и часто находившийся в передовых частях танковых дивизий. Гудериан писал: «Мы были уверены, что к началу новой войны можно будет полагаться на то, что с технической стороны наши танки будут превосходить любые из имеющихся у русских…»… [347] Но этот миф о техническом превосходстве немецких бронетанковых войск был развеян еще в оборонительных боях за Москву.
В ходе боевых действий, когда немецкие танковые корпуса потерпели поражение в боях с нашими Т-34, немецкие «фронтовые офицеры полагали, что надо просто скопировать Т-34, поскольку это был бы самый быстрый способ выправить тяжелое положение, в котором оказались немецкие танковые войска. Однако наладить в короткие сроки массовое производство необходимых частей для Т-34 – особенно алюминиевых дизельных двигателей – было невозможно»… [348]
Для преодоления технического отставания в области танкостроения еще до завершения битвы за Москву немецкое военное командование поставило вопрос о необходимости модернизации бронетанковых сил вермахта. Однако и наши танки Т-34, KB и противотанковая артиллерия непрерывно совершенствовались.
О состоянии личного состава немецких войск Гудериан в письме от 8 декабря 1941 года писал: «У солдат больше нет сил на то, чтобы захватить Москву, и поэтому я с тяжелым сердцем принял решение вечером 5 декабря прекратить наши бесплодные атаки»… [349]
И последнее. В боях за Москву моральный дух немецких солдат и военного руководства Германии был подорван. Немецко-фашистским войскам противостояли войска Красной Армии, бойцы и командиры которой были убеждены в окончательной победе над врагом. Старый царский генерал, с которым Гудериану удалось встретиться в Орле, прямо заявил: «Сейчас мы все сражаемся за Россию, и в этом мы едины»… [350]
Г. К. Жуков, анализируя причины поражения вермахта в 1941 году, писал: «Не дождь и снег остановили фашистские войска под Москвой. Более чем миллионная группировка отборных гитлеровских войск разбилась о железную стойкость, мужество и героизм советских войск»… [351]
Победа Красной Армии в битве за Москву показала нацистской Германии и всему миру, что народы Советского Союза обладают неисчерпаемым запасом патриотического духа. Надежда гитлеровского военного руководства на то, что обращение И. В. Сталина 3 июля 1941 года к гражданам страны об организации всенародного отпора немецким захватчикам не будет поддержано народами Советского Союза, не оправдалась. Наоборот, обращение вызвало небывалый патриотический подъем и массовый приток передовой части общества в ряды защитников Отечества.
Красная Армия трижды – под Смоленском, в боях за Киев и под Вязьмой – теряла большую часть своих дивизий, бойцы и командиры которых либо погибали в бою с опытным противником, либо попадали в плен. Но Красная Армия вновь возрождалась и продолжала изматывать врага и после Вязьмы – на Можайской линии обороны, под Тулой и на подступах к Москве. Армия и народ нашей страны нашли в себе силы не только остановить врага под Москвой, но и отбросить его от столицы через 303 дня после начала войны.
Победа, одержанная советским народом и его армией в битве за Москву в 1941–1942 годах, показала странам Запада и США, что Советский Союз способен отстоять свою независимость, разгромить гитлеровские армии и освободить Европу от фашизма.
Приложения
В приложении 1 представлены данные о потерях Красной Армии в битве за Москву с 22 июня 1941 года по 20 апреля 1942 года, а также данные о количестве советских военнослужащих, попавших в немецкий плен в ходе оборонительного этапа боевых действий за Москву с 22 июня по 5 декабря 1941 года.
Информация о безвозвратных и санитарных потерях (общих потерях) представлена на основе Статистического исследования о потерях Вооруженных Сил России и СССР в войнах XX века под редакцией Г. Ф. Кривошеева, а в части данных о количестве военнопленных использованы данные немецких источников, которые, естественно, могут вызывать сомнение в их достоверности.
В настоящее время для некоторых периодов битвы за Москву имеется достаточное количество отечественных исходных данных, которые могут быть использованы для определения количества советских военнослужащих, попавших в плен в начальный период Отечественной войны в 1941 году.
В приложении 2 приводится вариант подсчета количества наших потерь военнопленными на самом тяжелом для Красной Армии этапе оборонительного сражения в битве за Москву, с 30 сентября по 5 декабря 1941 года. Результаты подсчета говорят о достаточной степени достоверности немецких данных, приведенных, в частности, командующим группой армий «Центр» генерал-фельдмаршалом фон Боком. При этом также определено, что потери военнопленными не могут входить, по крайней мере для представленного этапа, в состав общих потерь.
Приложения 1 и 2 дают представление о том, какие сложные задачи встали перед командованием Красной Армии и руководителями страны с самого начала войны и в ходе организации отпора немецко-фашистским войскам группы армий «Центр», наступавшим на Москву.
В приложении 3 на примере сражения на Курской дуге показано, как, используя уроки 1941–1942 годов, Верховное Главнокомандование и Генеральный штаб правильно определили направление ударов немецких танковых группировок и подготовили войска Центрального и Воронежского фронтов к эшелонированной противотанковой обороне. В результате в битве под Курском бронетанковым войскам противника было нанесено сокрушительное поражение, от которого гитлеровская Германия уже не смогла оправиться.
Приложение 1 Потери войск Красной Армии в ходе битвы за Москву с 22 июня 1941 года по 20 апреля 1942 года
Приложение 2 Состав, численность и потери войск Красной Армии в ходе отражения немецкого наступления на Москву по плану «Тайфун» 30 сентября – 5 декабря 1941 года
Состав и численность советских войск на оборонительном рубеже Андриаполь – Вердино – Ярцево – западнее Ельни – Снопот – Глухов
Численный состав армий Западного, Резервного и Брянского фронтов к началу оборонительного сражения под Москвой [352]
Официальные статистические материалы не содержат сведений о численности советских войск и их потерях на промежуточных оборонительных рубежах, в частности на Можайской линии обороны, на рубеже Калинин – Волоколамск – Можайск – Малоярославец – Тула по состоянию на 20–30 октября 1941 года. Поэтому последующие данные будут приводиться на время завершения оборонительного сражения под Москвой (5 декабря 1941года).
Численность войск к началу сражения – 1250.
Общая численность резервных соединений и маршевого пополнения, введенных в состав Калининского, Западного, Резервного и Брянского фронтов за период оборонительных операций Московской битвы 30.09–4.12.1941 г., тыс. чел. [353] – 916,4.
Суммарная численность советских войск, принимавших участие в оборонительном сражении под Москвой, тыс. чел. [354] – 2166,4.
Потери советских войск в битве под Москвой с 30 сентября по 5 декабря 1941 года и данные о числе военнослужащих, попавших в плен Общие официальные потери войск с 30 сентября по 5 декабря 1941 года, подсчитанные на основании донесений от войск, тыс. чел. [355] – 658.
Б. И. Невзоров и В. П. Филатов в книге «Московская битва в хронике фактов и событий» резонно отмечают, что «приведенные цифры потерь (658, 3 тыс. чел. на этапе оборонительного сражения, с 30.09 по 04.12 1941 года) занижены по крайней мере на 303 тыс. чел.»… [356] При этом погрешность оценок составляет до 30 %.
Поскольку сведения о количестве военнопленных в официальных источниках отсутствуют, то ниже приводится их ориентировочный расчет с использованием имеющихся исходных данных.
