Когда Уильям отошёл они вздохнули с облегчением, переглянулись и взяв снова деталь пошли подальше, чтобы забыть Уильяма как страшный сон.
Уильям направился прямиком на мостик. Подойдя к выбитой двери, солдат, что до сих пор сидел там, подпрыгнул и встал в стойку смирно. То ли с испугу, то ли ещё с чего-то. Уильям просверлил его взглядом пару минут. Радисты носились, о чем то говорили, но они не волновали Уила. Али-Кази о чем то громко орал в рупор. Всеобщая шумотоха, их радио кто то кричал матом. Около окна стоял Питерс, закусив губу.
Сейчас он очень сильно переживал за капитана и его состояние. Даже если они его спасут, то что они сделают с этим куском мяса? Он будет вечно лежать овощем в кровати? Лейтенанту это не нравилось, командир по типу Хирца его вполне устраивал. Увлеченный своими мыслями он не заметил как к нему подошёл Уильям.
Тот уложил лапу лейтенанту на плечо. Питерса чуть больше затрясло.
— Здравствуйте господин лейтенант. — сказал Уильям. Питерс не поворачивался к нему. Просто знал, что лучше не надо. — Как вы себя чувствуете?
— Хорошо… — соврал он. Хотя ему подурнело от этих слов. Во рту ощущался странный противный привкус, а потом стало сухо. — Ты что то хотел Уильям?
— Да… Я хотел спросить, как там Джон. — что то теплое было в голосе. Хотя по началу он звучал холоднее ноябрьского ветра. — Вы знаете где он?
— Боюсь, я тебе не могу сказать Уильям. Но судя по плану к вечеру все закончится. И возможно в нашу пользу. Я уверен… — заверял лейтенант.
— Ну пожалуйста.
У Питерса шерсть под одеждой стала дыбом от этого слова. Вибриссы нервно затряслись и он бы сломался. Не настолько он силён духом, чтобы выдержать подобное. Но его спасли.
— Эй ты! Уильям?! — спросил Али-Кази. Он его не сразу узнал. — Ты что тут забыл? Возвращайся в медпункт.
Питерс отошёл от Уильяма, не без облегчения. А через минуту Хайд обернулся к капитану.
— Господин Капитан, я всего лишь хотел узнать от господина лейтенанта, где же мой брат!
"Актерского мастерства тебе не хватает пока, чтобы надурить меня. — подумал Али-Кази
— Это секретная информация. — отрезал тот.
— Ну господин капитан…
Питерс вздрогнул.
— Господин кап… — сказал радист
— Говори. — снова перебил Али-Кази.
— Новости от Хайда.
Уильям улыбнулся. Питерс замутило и он вышел в туалет.
Али-Кази не спуская глаз с Уильяма подошёл к радио. Ему казалось, что если он опустит глаза, то его убьют со спины.
— Приём, это Али-Кази, Джон? Джон ты слышишь меня? — он что-то настроил. — Мне нужно тебе кое что сказать..
— Так точно. Вскоре доберусь до обладательницы крови. Решил доложить об этом во время маленького перерыва. — его голос звучал хрипло как у того, кто целый день разгружал и грузил один и тот же вагон.
— Джон, Джон не бросай рацию, мне нужно поговорить. Там засада Джон! — Али-Кази повторил его имя ещё пару раз, но было бесполезно. — Даролок побери мальчишку…
— Господин Капитан? — обратился Уильям.
Али-Кази посмотрел на него. Что-то ему не нравилось теперь в нём. В досье было сказано, что он почти мертвый груз Джона. Но сейчас он таковым явно не казался. Может даже напротив.
— Потом Уил.
— Но…
— Уходи в медпункт.
— Господин Капитан…
— Уходи! Уходи, Даролок побери! — заорал он. Все обернулись в их сторону, как стая сурикатов. — Или я прикажу тебя отсюда вывести силой Уил! Это приказ!
Уильям смотрел на капитана. Капитан все таки осмелился глянуть в глаза Уилу и увидел он там желание убивать. Убить всех… Даже его. Но он не дал страху взять контроль, его решение было железным и Уил отступил все таки и скрылся.
Али-Кази облокотился на стол и вздохнул. Он будто увидел приведение и побледнел и вымотался. Но вскоре встал. У него были дела поважнее.
Танкетки
Внутри каменных стен начался творится ад, оссобенно на главной дороге. По центру улицы была целая стена танкеток стоявших друг от друга относительно близко. И все же они густо закрыли собой проход через главную улицу и перекрыли ещё несколько других которые были рядом. Меха-рыцари тоже не куда не делись, хотя их явно поубавилось. Несмотря на свои внушительные размеру и массу, они вполне спокойно могли прыгать, бегать, а некоторые даже кувыркаться. Все зависело от модели. Они чувствовали себя вполне уверенно, стоя на крышах каменных домов скорпионов, стреляя из своих пушек и пулеметов по входящим внутрь бедолагам. Пехота же ушла во внутрь города поджав хвосты для перегруппировки. Они уезжали на каких-то гусеничных многоместных танкетках, по десять псов или бежали сломя голову кто куда, как морлоки при виде света.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда коты вошли, на лицах всех отразилось неимоверное удивление красоте города, которое через пару секунд превратилось в лицо агонии и муки, ведь туда сразу же полетел град снарядов. У котов с техникой было все куда скромнее. Стрелковые машины и мотоциклы, которые не смогли пробивать броню танкеток. Они разлетались одна за другой под громкие залпы, хотя машины выдерживали пулемёты. Зато меха-рыцарей было примерно поровну.
Кое как, с помощью машин, коты прорвались с ощутимыми потерями внутрь города. Те кто там был, вспоминали, что из трупов уже можно было строить баррикады, когда они смогли войти глубже в город.
Слава, Лев, Гаврила, Юля и Федя, все пятеро, шли под перекрестный огонь. Льву почему то шум нравился. Никакой голос в это время не появлялся. Остальные же постоянно оглядывались по сторонам, с ужасом подмечая, сколь многие их соседи уже не встанут уже некуда. Пару раз взрывы был так рядом, что они чуть ли не падали от ударной волны. После этого некоторые раненные ползали, цепляясь за жизнь, но почти все падали мертвыми. Один из них ухватил Льва за ногу, за что немедля получил сапогом в рыло. Он такое не любит.
Главная улица состояла из домов повыше и побогаче, чем остальной город. Это было видно из цеппелина, однако для самих котов это ничего ничего не меняло. Тонкие переулки между зданиями и широкие для перекрестков. Последние, если пройти дальше, были перекрыты.
Они забежали в один из проходов между зданий, только чтобы укрыться как раз вовремя, когда почти, что перед ними разорвался взрыв танкетки и солдаты снова разлетелись. Гаврила попытался выглянуть из за угла, но пулемётная танкетка направилась в их сторону и начала строчить прямо по углу каменного здания так, что аж камушки отлетали. Против танкеток они ничего не могли поделать, оставалось ждать помощи. Редкие гранаты не очень помогали котам, а водитель бронемашин ехали вперёд лишь на собственной силе воли, зная, что едут в горло дракона.
Как вдруг Федя услышал.
— Ложитесь! — крикнул он в ту же секунду. Юля и Гаврила легли не думая. Лев и Слава не поняли же.
Из за угла здания, за которым он укрывались показался патруль. Они не думая открыли огонь. Одна из пуль пролетела по руке Славе, оставив там кровавую полосу. Лев не целясь из винтовки выстрелил и каким-то чудом оцарапал ногу одному псу. Он запрыгал на второй ноге как волчок из сказки и Федя выстрелил ему в спину. Слава выстрелил очередью по три патрона и убил ещё одного. Последняя шавка с дубиной побежала вперёд, из дубинки торчали шипы.
Юля вскочила как заведённая. Вспомнив всё, чему ее учили эти годы. Стрелковая война значит?
Юля сначала ударила пса ногой в живот. Тот скрючился.
— Это тебе за то, что напал неожиданно. — прокомментировала она. Потом она заломила ему руку за спину. Пёс вскрикнул поражаясь насколько она сильнее. Звонкий хруст, рука у пса согнулась в другую сторону. Он заорал громче. Попросил о пощаде.
— Это тебе за то, что ваш безмозглый король объявил войну. — С этими словами она повалила его. Дубина выпала у него из рук.
— А это, за то, что используешь запрещённые дубинки! — с размаху она ударила его по позвоночнику дубиной. Спина хрустнула. Пёс от боли чуть не потерял сознание. Человек бы наверное не выдержал такого.
