отголоски испытываемой девочкой боли. Похоже, источник не ограничивался одними словами.
— Что прекратить? — вкрадчиво поинтересовался Равианинкиэль, делая крохотный шажок вперёд. — Я ведь ещё не начинал даже.
Лика вскочила на ноги. Все бушевавшие вокруг эмоциональные потоки исчезли, а в следующий миг щит Равианикиэля прогнулся и пошёл рябью от мощнейшего силового удара.
— Сдохни! — зашипела девчонка. Равианикиэль едва успел уклониться от пронёсшегося у виска чёрного росчерка. Он сделал ещё один маленький шаг и тут же отпрянул, инстинктивно держась за горло. От пола к источнику устремилась дымчатая тень, но тут же отлетела в сторону.
“Люцифэ, отрежь эту куклу от Дариона! Если она убьёт его, то здесь разверзнется вторая Бездна”, - мысленно приказал Равианикиэль.
Ему легко говорить! Здесь такая плотность силовых потоков, что на что-либо остальное просто не остаётся места.
— Да пошевеливайся, Джер тебя побери!
“Освободи пространство от силы. Хотя бы на одну сотую мига, иначе у меня ничего не получится”, - отозвался Люцифэ, полностью концентрируясь на предстоящей задаче.
У него будет лишь один шанс на сотню на удачный исход. Похоже, Равианикиэль что-то понял и собирается предпринять. Однако это очень рискованно. Чтобы избавить пространство от сконцентрированной между двумя источниками силы хотя бы на краткую долю мига, Равианикиэлю придётся задействовать едва ли не все свои возможности и опустить собственные щиты. Если Лика ударит именно тогда, то Город лишится одного источника и получит ужасающие разрушения. Но Люцифэ этого уже не увидит. Как и Дарион. Но и отпускать Лику нельзя. Ведь они будут причастны ко всему тому злу, что она совершит в будущем, вырвавшись на волю.
Люцифэ чуть напрягся в ожидании нужного момента. Вот сейчас. Вот… Шквал силы буквально отбросил Лику к дальней стене и пространство возле лежащего без сознания Дариона сбольшего расчистилось. Этого оказалось достаточно.
И сразу же андрогиник упал на колени, схватившись за живот, и завалился на бок. Боль была адская, как и невероятная слабость, охватившая тело. Чуть повернув голову, Люцифэ прислушался к окружающеме пространству и почувствовал некоторое облегчение: Дарион лежал рядом с ним. Однако перенос потребовал большого напряжения сил, и щиты андрогиника не справились с направленным на него ударом Лики. Пострадали слух, зрение, а также часть внутренних органов. Люцифэ даже не мог теперь встать, чтобы убраться подальше от набирающего обороты сражения двух источников.
Равианикиэль уже давно бы спеленал Лику, не трать он энергию на дублирование защитного щита вокруг андрогиника, а теперь и Дариона, а также на окружающее пространство, чтобы девчонка не смогла сбежать.
Люцифэ почувствовал чужое присутствие у двери. Кто это? Лорд? Нет, не похоже. Следом что-то громыхнуло и слабая вибрация пола подсказала, что кого-то опять попытались впечатать в стену.
— Придержи этого психанутого феникса! — приказал Равианикиэль по мыслефону.
— Кого? — не понял Люцифэ.
— Ариона!!
— Ариона? — андрогиник вздрогнул и пошёл на крайний шаг, к которому не прибегал ни разу в жизни: заблокировал мозгом боль, а вместе с ней и всякую чувствительность тела. Теперь он даже не почувствует приближение смерти в случае чего. Но сейчас важнее убрать отсюда Ариона и убраться самим. Им не место в этой мясорубке противоборствующих сил.
“Арион! Ты слышишь меня?” — позвал Люцифэ через мыслефон на общей волне, не имея возможности настроится на личную стража тёмного факультета.
“Да”, - спустя пару мигов отозвался мысленно феникс. Его ответ позволит перестроиться с общей волны на личную феникса и не отвлекать Равианикиэля.
“Нам нужно поскорее выбраться из зала, а я не в состоянии двигаться”.
“Но…”
“Оставь их!”
“Этот мальчишка сейчас убьёт Лику!” — возмутился страж тёмного факультета.
“Не убьёт. Он её сдерживает. Мы ничем здесь не поможем, только мешаем”.
Ответ Люцифэ не “услышал”, отключившись то ли от перенапряжения, то ли от силового удара одного из источников.
Глава 20
Арион
Арион впервые в жизни видел нечто подобное: концентрация силы вокруг была настолько большой, что было трудно не только передвигаться, но даже дышать. Когда он вбежал в зал, то принял незнакомую фигуру за проникшую в Академию угрозу, и попытался её обезвредить. Не тут-то было! Феникса отбросило взбесившимся потоком чистой силы, и даже щиты почти не помогли смягчить удар. А тут ещё и Люцифэ говорит не вмешиваться.
Что здесь вообще происходит?
Арион глянул на голого окровавленного Дариона и лежащего будто без сознания морфа, и решительно бросился к ним, но в трёх шагах от мальчишек наткнулся на силовую стену. От происходящего ближе к задней части зала противостояния аж волосы привставали дыбом. Когда феникс туда в очередной раз посмотрел, то заметил проступающие прямо в воздухе символы. Пол чуть в стороне от девочки слабо засветился под непонятными надписями.
Фигура Лики выгнулась от боли. Какие-то жгуты, похожие на потоки воды, вырастали, казалось, прямо из камней пола и оплетали тело девочки, сжимая её всё сильнее и натягивая, как лук перед спуском стрелы.
Но тут соотношение сил внезапно поменялось. Мальчишка, в котором Арион с удивлением и запозданием узнал Равианикиэля, вздрогнул, и часть жгутов просто исчезла, остальные, будто отодвигаемые чем-то, начали отодвигаться от девочки. Чуть откинутая назад голова дёрнулась вперёд, и Лика с триумфом посмотрела на своего противника, который прижал левую руку к середине груди и побледнел ещё сильнее. Знаки, застывшие в воздухе, начали потихоньку тускнеть.
— Дай мне уйти, некромант, — прошелестело по залу, — и останешься в живых.
— Ща-аз! — прохрипел мальчишка. На его губах выступила тёмная кровь и потекла к подбородку всё ускоряя бег. — Чтобы я проиграл какому-то недоучке на пару с девчонкой-малолеткой?
Равианикиэль упал на колени и на вытянутую вперёд руку. Какой-то период времени никаких видимых изменений не происходило, но тут Лика вскрикнула и упала, как подкошенная, вспыхнула ярким светом и осталась лежать неподвижно. Сила, ещё пару мигов назад буквально бушевавшая вокруг, враз исчезла, отчего стало ещё более некомфортно, будто только что ощущался переизбыток кислорода и внезапно появилась острая нехватка.
Рука, опирающаяся на пол, подломилась, и Равианикиэль упал. В мозгу у Ариона раздался его тихий смех.
“Люцифэ, можешь меня поздравить. Теперь у меня есть собственная невеста!”
Арион вздрогнул и огляделся. По полу, стенам и даже потолку зала змеились трещины, кое-где видна кровь, причем не только на полу. Но, похоже, самое страшное уже позади. Кто бы ему ещё объяснил, что здесь произошло и как правильно действовать дальше. Но, судя по всему, никто никого здесь убивать больше не собирается, что уже радует.
Поднявшись на ноги, феникс убедился, что вся четвёрка ребят жива, но без
