«Столь же впечатляющим, как подъем древнего земледелия в долине Нила в эпоху позднего палеолита, является его резкое падение. Никто не знает точно, почему, но вскоре после 10500 года до н. э. ранние лезвия серпов и жернова исчезают; их место по всему Египту занимают каменные орудия охотников, рыболовов и собирателей верхнего палеолита» (там же).
Если для Хофмана и Вендорфа причины «отката назад» не ясны, то для нас они уже понятны — если верны датировки археологических находок, то момент возврата к охоте, рыболовству и собирательству в долине Нила совпадает как раз со временем событий Всемирного Потопа.
Что сделали боги в это время?.. Они сбежали «на небо» — подальше от катаклизма. А людей бросили на произвол судьбы. Но и, вдобавок, на какой-то период времени оставили людей без контроля со своей стороны!..
Что делали уцелевшие при катаклизме люди?.. Им надо было выживать. Они и выживали, вернувшись как раз к наиболее эффективным видам деятельности — охоте, рыболовству и собирательству!..
Любопытно, что в древнеегипетской мифологии активная деятельность богов на территории Египта связывается с периодом правления Осириса. Он вновь «приносит» людям земледелие. А если ориентироваться на данные Манефона, начало правления Осириса приходится примерно на 9700 год до нашей эры. Говоря другими словами, почти три четверти тысячелетия люди были предоставлены сами себе!.. Вполне достаточное время для того, чтобы откат к более привычному и более эффективному образу жизни смог зафиксироваться в археологических находках…
И еще. Если датировки археологов все-таки верны, то мы получаем примерное время «первичного» приобщения жителей долины Нила к земледелию в районе 13 тысяч лет до нашей эры — то есть за несколько тысяч лет до Потопа. А если учесть, что Египет, согласно выводам Вавилова, представляет собой вовсе не первичный, а лишь вторичный очаг, и земледелие сюда было принесено (предположительно) из района Абиссинии, то боги начали перекладывать на плечи людей заботу о своем пропитании еще раньше.
Когда именно?.. Пока для более-менее точного ответа на этот вопрос данных не хватает. И ситуация усугубляется еще и тем, что Всемирный Потоп неизбежно должен был очень сильно затереть следы самого раннего земледелия. Что, видимо, и произошло в других регионах, где допотопного земледелия не прослеживается…
И последнее.
Полным контрастом к континентам Старого и Нового Света выглядит особняком расположившаяся Австралия.
«Австралия не знала культурных растений до новейшего времени, лишь в XIX в. из состава ее дикой флоры начинают привлекаться такие австралийские растения, как эвкалипты, акации, казуарины» (Н.Вавилов, «Мировые очаги (центры происхождения) важнейших культурных растений»).
Но ведь и в Австралии есть области, условия в которых ненамного хуже, чем условия в известных древних очагах земледелия. А в рассматриваемый период времени (XIII–X тысячелетие до н. э.) климат на планете был более влажным, и пустыни в Австралии явно не занимали столько места. И если бы возникновение земледелия было бы процессом естественным и закономерным, то на этом богами забытом (в прямом и переносном смысле) континенте должны были бы неизбежно наблюдаться хотя бы попытки земледелия. Но там все стерильно…
Такое впечатление, что Австралия была оставлена богами в качестве некоего заповедника или «контрольного экземпляра» для чистоты эксперимента…
Некоторые последствияДостаточно очевидно, что для обеспечения пропитанием недостаточно лишь модифицировать некоторые виды растений. Недостаточно даже и создать при этом существо, которому предначертано стать рабом. Надо еще как-то добиться того, чтобы раб понял, что от него требуется, и стал это выполнять…
Ведь как гласят шумерские предания:
«Когда впервые Человек был сотворен, не знал еще он хлеба, не знал еще одежд он, кроме шкур; жевал траву он, словно овцы, и воду из канавы пил».
Аналогичным существом предстает и Энкиду — один из героев «Сказания о Гильгамеше»:
«Покрыто волосом густым его все было тело, спадали, как у женщин, ниже плеч его волосья… Не знал он, из какой страны, какого роду он, носил вместо одежд людских наряды из травы; с газелями жевал траву в степях; играл он с дикими зверьми у водопоя; плескаясь в светлых водах рек, он счастлив сердцем был».
И такое «дикое существо» надо было как-то заставить работать в поле…
Причем заставить так, чтобы не надзирать самому ежеминутно за каждым работником. То есть нужно было создать некую систему, которая функционировала бы сама по себе, с одной стороны, обеспечивая необходимый результат в виде поступления богам необходимой пищи, а с другой стороны, не отвлекая богов по пустякам от их важных божественных дел. По сути, речь шла о том, чтобы кардинальным образом изменить условия существования созданного примитивного рабочего — вывести его из «дикого» состояния и приобщить к сельскому хозяйству со всеми вытекающими отсюда последствиями. А последствий вытекает немало…
Для эффективности земледелия требуется, во-первых, оседлый образ жизни, который заставляет человека задуматься о стационарном жилье и теплой одежде на холодный сезон. А это приводит в конечном счете к стимулированию развития техники строительства, ткацкой индустрии и животноводства (не только в качестве источника продуктов питания).
Во-вторых, занятие земледелием требует целой индустрии специфических орудий труда — плугов, серпов, зернотерок и т. д. и т. п. Соответственно нужны и технологии изготовления этих орудий труда.
В-третьих, собранный урожай надо в чем-то перемещать с поля в закрома и в чем-то же хранить. Естественно, появляется потребность в емкостях, а отсюда прямой выход в том числе и на гончарное производство.
В-четвертых, как уже упоминалось ранее, боги требовали подавать им приношения на золотой посуде, поэтому нужна была и индустрия по производству такой посуды (добыча руд, выплавка металлов и их обработка).
Поскольку же труд земледельца практически не оставляет ему свободного времени, постольку возникает необходимость «армии подсобных работников» (хотя термин «подсобный» тут и не совсем подходит). Отсюда вытекает неизбежность высокой численности земледельческого сообщества, что в свою очередь требует введения целой системы упорядочения общественных отношений, связанной как с разделением труда, так и с организацией функционирования разных частей сообщества. И так далее, и так далее…
Земледелие в итоге оказывается «спусковым крючком» того, что мы привыкли называть прогрессом. И для того, чтобы приобщить людей к сельскому хозяйству, боги должны были дать людям знания и привить навыки по всем вышеперечисленным сферам деятельности, то есть стать прогрессорами в полном смысле этого слова.
Древние легенды и предания как раз и утверждают прямым текстом, что все соответствующие знания и навыки им дали боги — то есть представители инопланетной цивилизации. Причем не только в изготовлении каких-либо предметов и осуществлении производящих видов деятельности. Боги дали людям правила общественного поведения и устройства самого общества. А поскольку часть продуктов питания должна была поставляться представителям инопланетной цивилизации, то и прямого общения людей с богами было не избежать, посему боги также устанавливали правила этого общения, которые мы привыкли называть. культовыми и религиозными обрядами.
Любопытно, что в древних легендах и преданиях нередко можно встретить утверждение, что правила «поклонения» конкретному богу устанавливает сам этот бог…
Все вышесказанное прекрасно согласуется с весьма примечательным фактом — фактом сильнейшей связи земледелия с религией во всех (!!!) древних очагах цивилизации. Фактом, который давно привлекал внимание исследователей, выдвигавших самые разные версии его объяснения, но, как правило, сводившиеся лишь к непонятным «особенностям психики» древних земледельцев…
«…не случайно всякое земледельческое поселение оказывается центрировано религиозным комплексом, религиозным святилищем. Культивирование злаков, начиная с эпохи раннего неолита, это именно культовый процесс, и культовое измерение земледелия, несомненно, являлось одной из глубинных причин его первоначального развития» (А.Лобок, «Привкус истории»).
Эта связь древнего земледелия и религии настолько бросается в глаза, что ее нельзя было не отразить в картине перехода первобытных охотников и собирателей к возделыванию земли. В русле общепринятой версии естественных причин этого перехода считалось, что в основе обожествления атрибутов земледелия лежала его важнейшая роль как способа, обеспечивающего решение проблем питания. Однако, как мы видели, этот главный краеугольный камень всей постройки данной версии оказался сплошной фикцией…
