Гай слушал их, но его единственный глаз не отрывался от полчища врагов, вставшего лагерем на равнине. Наконец он промолвил:
- Мы выиграли еще один день, чтобы твой брат мог добраться до Каменной Горы, Арута.
Со дня отъезда Мартина и его спутников прошло уже десять дней.
- И то верно, - согласился Амос.
Они молча наблюдали за тем, как солнце садилось за горами. Так они и стояли, пока не наступила кромешная тьма, и только тогда медленно спустились со стены, чтобы поесть и, если получится, отдохнуть.
На рассвете из лагеря осаждавших донеслись оглушительные крики, возгласы, гром барабанов и пение труб. Однако ожидаемой атаки не последовало. Ряды воинов расступились, и вперед выдвинулась большая платформа. Ее катила без видимых усилий дюжина великанов, огромных волосатых существ. На платформе стоял инкрустированный золотом трон, а на троне сидел моррел, одетый в короткое белое одеяние. За ним притаилась фигура, лицо которой разглядеть было невозможно из-за мешковатого платья и большого капюшона. Платформа медленно приблизилась к стене.
Гай наклонился вперед, опершись рукой о голубоватые камни стены, Арута стоял рядом, сложив руки на груди. Амос прикрыл глаза от солнца и сплюнул через стену.
- Кажется, мы наконец видим само его грязное величество.
Гай в ответ только кивнул. К нему подошел помощник командира отряда:
- Протектор, противник занимает позиции напротив всех секторов стены.
- Есть какие-нибудь попытки добраться до укреплений в горах? - Гай кивнул на утес за крепостью.
- Арманд сообщает, что были только небольшие нападения на аванпосты. Они, кажется, не спешат забираться наверх и сражаться.
Гай кивнул и снова обратил свой взгляд на поле. Платформа остановилась, и моррел на троне встал. С помощью магии его голос заполнил всю равнину, каждый, кто стоял на стене, слышал его так ясно, будто находился всего в нескольких футах от говорящего.
- Дети мои, - произнес он, - послушайте меня. - Арута с удивлением посмотрел на Гая и Амоса: голос Мурмандрамаса был подобен музыке. Его слова, казалось, звучали тепло, как песня, исполняемая на лютне. - Наше с вами будущее едино. Воспротивьтесь судьбе - и вы рискуете быть уничтоженными. Придите ко мне. Оставим старые разногласия. - Он подал сигнал, и к нему подъехал отряд всадников-людей. - Видите? Те из вашего рода, кто понимает наше предназначение, уже с нами. Я приветствую всех, кто добровольно соглашается служить нам. Со мной вы узнаете, что такое величие. Придите ко мне, отбросим прошлое. Вы всего лишь заблудшие дети мои.
Амос фыркнул:
- Мой папаша, конечно, был негодяем, но это просто оскорбление для него.
- Идите ко мне, я приму всех. - Слова источали сладость, соблазняли, и стоявшие на стенах обменялись взглядами, в которых был невысказанный вопрос.
Гай и Арута посмотрели по сторонами, и протектор сказал:
- Его голос обладает силой и коварством. Посмотрите, мои солдаты уже думают, что, может, им и не придется сражаться.
- Надо готовить катапульты! - воскликнул Амос.
- Подожди! - преградил ему путь Арута.
- Чего ждать? - спросил Гай. - Чтобы он подорвал решимость моей армии?
- Надо выиграть время. Время теперь наш союзник, оно играет против него.
Мурмандрамас заговорил вновь:
- Но те, кто выступит против нас, кто не уйдет в сторону, кто попробует задержать наш поход навстречу судьбе, тот будет раздавлен. - Теперь в его голосе слышалось предупреждение, угроза, и защитники города вдруг ощутили всю тщетность своих усилий. - Я даю вам выбор! - Мурмандрамас вскинул руки, короткое белое одеяние упало с его плеч, открыв взорам невероятно мощное тело с багровым родимым пятном в виде дракона на груди. На нем осталась лишь набедренная повязка. - Вы можете получить мир и послужить делу, победа которого неизбежна.
К нему подбежали слуги и быстро одели его в доспехи: железные пластины и наголенники, кольчуга и кожа, черный шлем с распластанными крыльями дракона. Затем люди-всадники отъехали назад и позади стал виден большой отряд черных убийц. Они окружили платформу. Мурмандрамас поднял меч и показал им на стеньг.
- Если вы будете сопротивляться, мы вас уничтожим. Выбирайте!
Арута шепнул что-то Гаю на ухо. Наконец протектор крикнул в ответ:
- Я не могу никому приказать покинуть город. Мы должны собрать фольксраад. Мы примем решение сегодня вечером.
Мурмандрамас помолчал, как будто не ожидал такого ответа. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но жрец в капюшоне прервал его. Отрывистым жестом Мурмандрамас заставил его замолчать. Когда он повернулся к стене, Аруте показалось, что он различил улыбку под черным шлемом.
- Я подожду. Завтра на рассвете откройте ворота города и выходите вперед. Мы примем вас как возвращающихся братьев наших, о дети мои!
Он отдал сигнал, и великаны повернули платформу. Через несколько мгновений они исчезли в глубине лагеря.
Гай покачал головой.
- Фольксраад ничего не изменит. Я убью первого же дурака, который подумает, что в словах этого чудовища есть хоть частица правды.
Амос напомнил ему:
- Но так мы выигрываем еще один день.
Арута прислонился к стене.
- А Мартин и Бару будут на один день пути ближе к Каменной Горе.
Гай ничего не ответил, наблюдая за поднимающимся солнцем. Армия противника вернулась в лагерь, не снимая, тем не менее, осады.
На стене ярко горели факелы. Солдаты под командованием Арманда де Севиньи стояли на постах по всему ее периметру. Остальное население собралось на рыночной площади.
Джимми и Локлир пробирались сквозь толпу. Они нашли Кристу и Бронуин и теперь шли вместе с девушками. Джимми начал было говорить, но Криста знаком остановила его, потому что в этот момент Гай, Арута и Амос ступили на помост. Рядом с ними стоял старик в коричневой мантии, которая казалась такой же древней, как и он сам. В руке он сжимал богато украшенный жезл с резьбой и рунами по всей длине.
- Кто это? - спросил Локлир.
- Хранитель закона, - прошептала Бронуин. - Тише.
Старик поднял одну руку, и толпа затихла.
- Фольксраад собран. Слушайте же закон. Говорить только правду. Советы внимательно выслушивать. Решение, принятое фольксраадом, является волей всего народа.
Гай поднял руки над головой и заговорил:
- Вы отдали этот город на мое попечение. Я ваш протектор. И я говорю следующее: наш враг ожидает за стенами и хочет с помощью красивых слов добиться того, чего он не сможет взять силой оружия. Кто хочет высказать свое мнение?
Из толпы донесся голос:
- Моррелы издавна были врагами нашего народа. Разве можем мы пойти к ним на службу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
