В Кито, конечно, тоже кое-где украсили елки, все рекламы покрылись снежинками, краснощекие Деды Морозы смотрели на нас со всех витрин, но чего-то не хватало. Только что отшумевшее Рождество, казалось, унесло у города все силы, хотя на Рождество ничего особенного не происходило — мир, покой и транкилидад.
Но одну штуковину китийцы все же приготовили, неожиданную и весьма впечатляющую.
В Латинской Америке есть обычай — сжигать под Новый год всех, кто вам не нравится. Чтобы не видеть их в году наступающем. Допустим, вы недовольны министром экономики — нет проблем: вытащите его на улицу часов эдак в семь вечера тридцать первого декабря, достаньте газовую зажигалку и палите. Вскоре он хорошенько разгорится и задымит, и на душе у вас станет намного легче. Сожгите также и соседа, почему бы нет? И директора банка, который отказался выдать вам кредит в счет ваших пяти невыплаченных долгов. Но проще и милее всего жечь, конечно, господина президента. Да это и дешевле — массовый товар, большой спрос…
Сорри? Нет, что вы! Разумеется, речь идет о куклах. Большие тряпичные куклы, уродливые, карикатурные, с опилками внутри, но зато тяжелые, как живые прототипы, в натуральную величину и очень вонючие. Это — самое главное. Чем более противен вам человек, чью куклу вы предаете огню, тем больше от него должно быть вони. Гарь и смрад в данном случае — прямые доказательства, что символически сжигаемая персона действительно, мягко выражаясь, поганая и жалеть ее не стоит.
В Кито — целые базарчики, торгующие уже готовыми куклами. На первом месте по количеству копий, естественно, господин президент, далее — вниз по рангу весь кабинет, а также лидеры некоторых партий. Есть и просто знаменитости, не всегда политические, найдутся и иностранцы, тот же Кдинтон, например. Сжечь куклу Клинтона — это, я думаю, доставит удовольствие не только в Кито, но и в Нью-Йорке.
Бросается в глаза, что все куклы выраженно карикатурны, похожи на своих героев только при некоторой работе воображения. Иногда трудно разобраться, кого изображают некоторые чучела. Надписей нет, мол, догадайся сам.
Хорошо понятна причина такой осторожности. Конечно, обычай этот древний, языческий, а теперь — не более чем шутка, но кто знает, какие среди элиты могут обнаружиться головотяпы? Вдруг возьмет и потянет в суд за оскорбление, осквернение и тому подобное. И приходится изготовителям намеренно искажать лики «родных» властителей. Поди-ка придерись теперь! Анатомическое сходство есть? Нету. Ну, и шагайте, господа судебные исполнители, дальше. А народ — он не всегда такой уж и дурак, как некоторым кажется, народ, он знает, кого жгут, безошибочно определяет, по запаху.
Да, вот как раз с запахами большая проблема. Дыму полный город. Не желают китийцы тащить с собой в новый год всяких проходимцев. Хотя, конечно, сами же их и выбирали, демократическим, разумеется, путем. Выбирали, да передумали. Снять и переизбрать — дело сложное, а вот сжечь, отвести душу — это легко. И жгут, жгут, сладостно вдыхают мерзкие ароматы гнилых смердящих тряпок: гори огнем весь этот мусор!
Мы не жжем кукол, мы вышли посмотреть, откуда столько дыма и вони, и, разобравшись, в чем дело, просто смотрим на обугливающихся президентов и спикеров и в общем-то сочувствуем не им, а поджигателям. Потому что нельзя же в самом деле сочувствовать вонючим, набитым опилками куклам…
Русские идут
Русские в Эквадоре. Я уже упоминал русских проституток, которых видел на улице в первый же месяц после приезда. Но, конечно, проникновение московитов по планете отнюдь не ограничивается проститутками.
В Кито русских хотя и не много, но условно их можно разделить на три категории: резиденты, «долговременные» дельцы и «краткосрочные» — опять же дельцы или туристы. Тех, кто получил длительные или постоянные визы, по словам одного работника нашего посольства, примерно семьсот человек. Негусто, но уже напоминает маленькую колонию. Однако настоящей этнической колонии что-то не получилось. Я слышал о двух попытках всерусского объединения.
Первая попытка — открытие ресторана «Пушкин». Какое-то время в «Пушкине» собиралась русскоязычная публика, но, по словам рассказчика, ничего, кроме обдираловки, там, собственно, не было. Да, щи-пельмени, разумеется, присутствовали. И «Русская» с «Московской» тоже. Но не сложился ток-клуб, не та атмосфера. И как следствие, «Пушкин» разорился и вскоре был переоборудован под местную кафешку.
Вторую попытку создать ассоциацию китийских русских предпринял некий любитель советского кино. Дело в том, что советские фильмы, как известно, пишутся на видео в стандарте СЕКАМ дикей. А Южная Америка, как и Северная, — исключительно территория американского ПАЛ (кроме Бразилии, конечно; там всегда что-нибудь не как у соседей). И вот один из наших обзавелся транскодером и переписывал присылаемые ему из Москвы фильмы в большом количестве. Появился стабильный спрос, народ стал собираться в офисе транскодировщика. Вполне возможно, что на этой почве мог зародиться и русский клуб, так уже бывало. Искусство объединяет людей, это неоспоримый факт. Но транскодировщик, как водится, обнаглел и постепенно задрал цену на свои кассеты аж до тридцати долларов. Дело не в деньгах, но просто кому охота лишний раз ходить к грабителю? Ходить перестали, зародыш русского клуба благополучно отдал концы, а сам транскодировщик, естественно, разорился — согласно пословице, по которой жадность фраера губит.
И теперь китийские русские если и объединены, то в маленькие, полусемейные группки. А многие живут в одиночку и вообще не желают входить в контакты с соотечественниками.
«Долговременные» русские — это те, кто не потерял советского гражданства, не имеет статуса постоянного жителя Эквадора и чья виза более чем годовая, но менее чем пятилетняя. Таких тут немало. Они в свою очередь разделяются на три группы: цветочники, бананщики и креветочники. Вероятно, есть и другие микрогруппы, но уж слишком они микро, не видно их и не слышно.
Цветочники либо имеют собственные или кооперативные теплицы, либо просто перекупают гвоздики и летают на заваленных коробками самолетах. Многие работают парами и тройками, и тогда один или двое летают, а двое других почти постоянно живут в Эквадоре.
Время от времени в Кито организуется цветочная выставка-ярмарка. Вот там вы можете увидеть практически всех русских цветочников. Как правило, это люди основательные, зажиточные. Но есть и мелкий бизнес. Насколько я знаю, десятка коробок с гвоздикой достаточно, чтобы с головой окупить все затраты на эквадорскую поездку и поиметь тепленькую прибыль. Местных цветоводов по долинам — видимо-невидимо. Если поехать в район Флореста, подняться на гребень холма и с ошеломительной высоты поглядеть на огромную синеватую долину, то и без бинокля можно увидеть множество блестящих квадратиков — тепличных хозяйств. Практически все они — цветочные. Ну а с биноклем вы обнаружите, что кроме ферм есть внизу еще и домашние теплички, производящие в общей сложности тоже немало сотен тонн гвоздик, тюльпанов, калл и прочей изящной растительности.
