— Зачем вы здесь?
— В первую очередь чтобы принести извинения из-за возникшего недопонимания, — сказал я.
— О. Такие мелочи. — По его тону было понятно, что это совсем не мелочи. — Вы устроили кавардак весьма кстати. Моим людям нужна встряска. Что-то они расслабились в последнее время, думая, что любой приезжий будет считаться с их должностями. Да и соглядатаи мои, признаюсь, ни к черту. Постоянно упускают из виду стражей, которые появляются в моем городе.
Он многозначительно посмотрел на Гертруду, которая по прибытии с легкостью избежала беседы с тайной службой. По сути о ее присутствии в Билеско стало известно лишь после того, как она отправила письмо сеньору Венутто с просьбой о встрече.
— Это все? Только извинения? — В его голосе сквозило нетерпение.
— Нет. — Гертруда продолжала очаровательно улыбаться. — Мы пришли попросить вас о помощи.
— Вы вгоняете меня в краску, — шутливо всплеснул он руками. — Чем такой мелкий чиновник, как я, может помочь доблестным стражам, один из которых ведьма и племянница самого Папы?
— Поиском человека.
— Вот как? Поиски людей? Мы занимаемся несколько иным. Защищаем короля и государство.
— Но вы стараетесь держать в поле зрения стражей и законников, находящихся в Билеско, — возразил я.
Он поднял на меня тяжелый взгляд.
— Стараемся. Но, как видите, это не всегда удается. Мы знаем лишь о тех, кто постоянно курирует наш регион. К примеру, о вашем друге, господине Вильгельме дер Клюре.
— Нас интересует как раз тот, кто живет в Билеско.
Господин Венутто вновь надел на нос увеличительные стекла:
— Пропал кто-то из стражей?
— Нет. Речь идет о законнике.
— Пф! Сеньор ван Нормайенн. Вы меня все больше разочаровываете, раз считаете, что я стану собакой-ищейкой для Братства. Почему я должен вам помогать? Меня не интересуют разногласия между Орденом и вашей организацией. И я даже начинаю думать, что вас все-таки следует арестовать прямо сейчас, а затем выдворить из города. Или даже из страны, дабы здесь не случилось ничего неприятного, что могло бы привлечь внимание короля и вызвать его недовольство. Так что давайте забудем о вашей просьбе и расстанемся добрыми друзьями. До наступления утра мне еще надо закончить с цветами.
Он бесцеремонно отвернулся от нас, показывая, что разговор закончен.
— Уверен, что вы передумаете. — Я не собирался уступать.
— Надо сказать, что ваша настойчивость меня потрясает, — не обернувшись, сказал Венутто, снова берясь за лейку. — Я всегда с интересом выслушиваю аргументы. Особенно если те звучат невероятно. Приводите свои доводы, сеньор ван Нормайенн. Или, еще лучше, проваливайте сразу.
— Думаю, вы слышали о событиях в Крусо. Тех, что стали причиной гибели людей на одной из центральных площадей.
— Конечно. Огонь пожрал их, словно над городом пролетел дракон. Повинен в этом, не дай бог соврать, колдун по имени Вальтер. Мы получили ориентировку на него, а также словесный портрет. Как это относится к вашей просьбе? Да, кстати, прежде чем начать рассказывать, не забывайте, что я всегда могу позвать иного, который сможет проверить, говорите ли вы правду.
— Не слишком-то вы доверяете гостям. — Только я видел, насколько Гере не нравится наш собеседник.
— Это лежит в основе моей профессии, и я не планирую извиняться, сеньора фон Рюдигер. Итак?
— Человек, который устроил пламя в Крусо, возможно сейчас находится в Билеско. Он доставил неприятности Братству, убив нескольких стражей. Так что мы также ищем его. И подозреваем, что Орден… точнее, некоторые из его представителей помогают колдуну. Один из таких законников должен быть в городе. Его имя Сисэрино Руджеролло. К сожалению, своими силами мы не можем его найти и допросить, поэтому и обращаемся к вам за помощью. Ваша же выгода состоит в том, что если колдун в Билеско, то его можно устранить прежде, чем он станет жечь людей золотым огнем и здесь. Подумайте, к примеру, что будет, если он начнет, скажем… с королевского дворца.
Венутто нахмурился:
— Довольно неприятная перспектива, надо сказать. Но пока вы меня не убедили. У Братства могут быть свои интересы, и помогать вам найти законника — не думаю, что это разумно. У меня хорошее воображение, и я представляю, что вы можете сделать с ним.
— О, мы всего лишь поговорим. — Гертруда была сама невинность, но старика это не тронуло.
— Как же. Как же. Знаю, чем часто завершаются такие беседы. Колдуна ищет инквизиция. Могу дать вам адрес, где находится их представительство. Ищите помощи у них.
— Мы предпочли бы разобраться с этим, не привлекая внимания посторонних.
— Вы уже его привлекли! Какие у преступника есть причины разжигать огонь в Билеско?
— Никаких, — не стал врать я. — Мы совершенно не знаем, чем он руководствуется.
— Правильно. Не знаете. Уверен, что после Крусо он успел побывать еще в десятке других городов. И, как вы видите, больше нигде подобного не случилось.
— А если случится?
Он раздраженно пожал плечами:
— «Если» — невысокий риск перед вероятностью угодить в ваши отношения с Орденом. Вот это — то, что может привести к самым невероятным и плачевным результатам. Для меня. Для моей службы, города и короля. Так что коль скоро у вас нет иных аргументов…
Я молча достал из сумки увесистый мешок и бросил его на стол. Тот упал тяжело, с глухим металлическим звуком.
— Деньги, — усмехнулся сеньор Венутто. — И за сколько же Братство хочет купить мои услуги?
— Не ваши, — отрезала Гертруда. — Думаю, вы стоите больше семидесяти золотых дукатов, которые находятся в кошельке.
Тот степенно скрестил руки на груди:
— Интересный поворот. Если это не неуклюжая взятка, то что же тогда?
— Оплата, и, как видите, довольно щедрая, для ваших людей. Чтобы они нашли то, что нам нужно.
— Положим, мои ребята будут рады монетам. Что же получу я?
Она играла на его тщеславии, сказав, что деньги ему не предназначены. Теперь Венутто было просто интересно узнать, что же приготовили для него.
— Раз вам мало спокойствия в Билеско, то как насчет зелий, от которых люди теряют сознание? Вы интересовались ими несколько минут назад.
— Интересовался, — признал тот. — Но опять это не для меня. Для службы и города.
— Вам я предлагаю сорт светоча, которого не вижу здесь. Не знаю его научного названия, но у нас его привыкли называть Черным Облаком.
Его точно молнией ударили, так он был поражен услышанным. Однако, быстро справившись, произнес небрежным тоном:
— Нельзя так зло шутить, сеньора. Это довольно редкий цветок. Он есть у хагжитского султана, но в нашем климате прижиться не может.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
