Это был тот, кого встретил Холлоукрест?
Сеспиан отогнал эту мысль. Он не осмеливался терять скорость движения и давать Холлоукресту время подумать. «Вы совершили предательские действия против трона — в частности, накачали меня наркотиками — и ваши преступления требуют смерти. За годы верной службы моему отцу я решил не убивать вас, но вы покинете Казармы к рассвету, а Пни — к ночи. Неподчинение приведет к вашему немедленному и постоянному заключению в подземельях».
«Мне нужно собрать подкрепление и пойти разобраться с Форджем». Холлоукрест помахал своим ближайшим людям. «Отведите мальчика внутрь. Утром мы обсудим его обвинения».
«Я так не думаю». Сеспиан поднял руку и помахал двумя пальцами.
Позади него открылись входные двери. Сорок вооруженных солдат выбежали и выстроились перед Сеспианом.
— Лейккрест? — спросил Холлоукрест.
Старый генерал избегал смотреть ему в глаза.
Звук шагов по утоптанному снегу доносился со стороны здания. Холлоукрест посмотрел в ту сторону. Сеспиан этого не сделал. Он знал, кто придет.
В поле зрения появились солдаты, марширующие колонной в две ширины, их запястья были скованы кандалами. Их возглавили люди из списка лояльных императору. Колонну заключенных они поставили возле главных ворот.
Сеспиан порылся в кармане и достал связку ключей. Он бросил его Холлоукресту, который поймал его и уставился на него, опустив брови.
«Ключи от их цепей», — объяснил Сеспиан. «Вы сможете отпустить своих людей, как только окажетесь по другую сторону ворот».
— Как ты… — начал Холлоукрест, но вместо этого захлопнул рот и нахмурился.
Сеспиан обменялся с Данном торжествующим взглядом. Без помощи лейтенанта он никогда бы не смог это организовать. Сеспиан взволновал осознание того, что он выбрал для этой задачи подходящего человека.
— Ты пожалеешь об этом, — сказал Холлоукрест. «К рассвету».
«Нужно ли быть таким мелодраматичным?» — спросил Сеспиан. «В какую бы деловую сделку вы ни ввязались, меня это не волнует».
— Дурак, — прорычал Холлоукрест. «Если я потерплю неудачу сегодня вечером, ты покойник, и империя погрузится в хаос».
«Мы с этим справимся». Сеспиан ненавидел спрашивать Холлоукреста о чем-либо, но любопытство заставило его озвучить следующий вопрос. «Как здесь замешана Амаранта?»
«Раз ты такой умный в последнее время, разберись сам».
Холлоукрест вышел из двора, увлекая за собой длинную вереницу людей. Охранники захлопнули за ними кованые ворота.
Генерал Лейккрест выглядел так, словно хотел последовать за ним, но, хладнокровно взглянув на Сеспиана и Данна, он протопал внутрь здания.
— Это было хорошо сыграно, сир, — сказал Данн. "Если бы…"
Сеспиан посмотрел на лейтенанта и поднял брови. "Что?"
"Ничего." Лицо Данна превратилось в маску. «Уже поздно, сир. Возможно, тебе следует отдохнуть. Я могу предупредить вас, если Холлоукрест создаст еще больше проблем.
После секундного колебания Сеспиан кивнул. "Очень хорошо."
* * * * *
Пара паровых повозок, ожидающих в квартале от свалки, имела модификации, которых Амаранта никогда не видела: массивные гусеницы вместо колес. Машины растянулись длиннее, чем обычно, и в них могли поместиться более дюжины человек.
В сопровождении двух охранников и водителя Арбитан и Ларока сели в один паровоз. Остальные пятнадцать стражников забрались во вторую, вынудив Амаранту и ее людей присоединиться к ним. В закрытой пассажирской зоне было единственное зарешеченное окно в двери. Вход в него был похож на заползание в пещеру. Или камера темницы.
Как только похитители толкнули ее на сиденье, Амаранта оказалась перед израненным начальником службы безопасности. Базилард, так его назвал Арбитан.
Модифицированная машина легко поднималась по крутым ледяным холмам промышленного квартала. Никто не говорил. Грохот и шипение машины разносились по вагону. Несмотря на большой салон, из-за большого количества крупных, мускулистых людей почесать нос было сложно. Побег казался еще более маловероятным. Амаранта избегала смотреть на своих людей. Ей было слишком стыдно. Она их подвела. Она подвела императора. И она потерпела неудачу сама.
Прекрати это. Мы пока не сдаемся. Она не сдалась, когда умирала в темнице Имперских казарм, и не сдастся сейчас.
Амаранта подняла подбородок и встретилась глазами с Базилардом. Несколько охранников держали фонари, и их свет отражался от стен, обшитых деревянными панелями, обеспечивая достаточно света, чтобы видеть его лицо. Его прохладные голубые глаза в свою очередь изучали ее. Иногда имперские граждане обладали светлыми глазами, но бледность его кожи обещала, что ни один тургонианец-завоеватель не проник в его родословную. Импортированный раб. Был ли он еще таковым или Арбитан даровал ему свободу?
— Вы были бойцом на пит-стопах, Базилард? она спросила.
Он кивнул, очевидно решив, что вопрос не представляет угрозы безопасности.
«Как работает эта система? Вы все вместе тренируетесь, пока не придет время развлекать богатых игроков? Тогда ты попадаешь в ситуацию, когда тебе приходится убить другого парня?» Она вспомнила сопротивление бойцов, которых она видела в яме. Кроме того, она вспомнила огорчение Базилара из-за того, что именно он предоставил им ножи для вооружения.
Он снова кивнул.
«Когда-нибудь приходилось убивать кого-то, кто был другом?» она спросила. «Или кто бы мог быть, если бы все было по-другому?»
Он посмотрел на пол. Да.
Мальдинадо подтолкнул ее. «Зачем ты с ним разговариваешь? Посмотрите на его шею. Все в шрамах. Могу поспорить, он даже не может возразить.
Бэзилард бросил на него ледяной взгляд. Амаранта бросила на Мальдинадо более короткий, молчащий взгляд.
— Недавно со мной случилось нечто подобное, — сказала Амаранта Базилару, снова переведя на нее взгляд. Она старалась игнорировать смотрящую на нее большую, мускулистую аудиторию. «Друг умер из-за моего выбора. Тот факт, что кто-то другой манипулировал этой встречей, не снимает с меня ответственности за смерть этого человека, человека, который этого не заслужил. С таким же успехом я мог бы убить его сам. Думая о Уолте, ей не нужно было изображать сильные эмоции в голосе. «То же самое было и с тобой, не так ли? Из-за природного инстинкта самосохранения вы приняли решение лишить другого человека жизни, чтобы жить самому. Наверное, не один раз». Она посмотрела на его шрамы. «Намного больше, чем один раз. Такую вину тяжело нести. Единственное, что вы можете сделать сейчас, — это убедиться, что вы делаете что-то стоящее в свои дни, что-то меняете, оправдываете свое выживание».
Один из охранников фыркнул. — Хочешь, я заткну ей рот, босс?
Бэзилард сделал несколько жестов руками. Амаранта не могла сказать, представляет ли это собой язык или просто какой-то код, который он разработал со своими людьми. В любом случае, охранник пожал плечами и откинулся назад.
Паровая повозка остановилась прежде, чем Амаранта успела завершить свои попытки уговорить Базилара. Двое охранников схватили ее за руки и толкнули в ночь.
