Рядом с ним — группа людей.
Грохот стройки, лишь иногда прорываются отдельные реплики.
Мужчина-1. …Пал Палыч, вы нас без ножа режете…
Мужчина-2. По срокам не успеваем… объект надо сдать к четвертому кварталу…
Павел. …сам знаю… ну и что, что по срокам… нельзя так гнать… нужен технологический перерыв… цемент должен застыть… Если через двадцать лет этот дом рухнет…
Мужчина-3. Давайте сократим этот перерыв…
Все спорят, размахивают руками, но слов из-за грохота совсем не слышно. Надевают каски и поднимаются на строительную площадку, продолжая обсуждение. Инт./Экст. салон авто маши. вечер
Маша крутит руль, мелькают огни рекламы, дома…
Инт./Экст. салон авто павла. вечер
Павел крутит руль, мелькают огни рекламы, дома… Он очень устал, вот-вот начнет клевать носом. Внезапно тормозит у большого супермаркета.
Инт. супермаркет. вечер
Павел с тележкой едет вдоль полок с продуктами. Читает этикетки. Тянется к большой коробке конфет, кладет ее в тележку. Идет дальше, берет в руки кокос, задумчиво его рассматривает. Тоже кладет в тележку.
Экст. улица москвы. ночь
Авто Павла и Маши тормозят нос к носу.
Они сидят в салонах и смотрят друг на друга. Потом вылезают из машин, идут навстречу.
Обнимаются.
Инт. кухня. ночь Мама Маши разбирает пакеты и одновременно разговаривает по телефону.
Мама. …а как Славик, Наташенька? Все так же? Ну ничего, он еще найдет хорошую женщину… Сколько? Сорок лет? Господи, Наташенька, для мужчин это еще не возраст… Как мои? Зять? (Оглядывается, шепотом.) Дачу третий год достроить не может, даром что строитель… ну архитектор… какая разница! Якобы некогда… И Машке якобы некогда! (Лезет в пакет, достает кокос, изумленно его рассматривает. ) …никакой помощи от них… Я одна, как лошадь, по дому… (Достает коробку конфет.) Еды даже нормальной купить не могут! Колбасы там или сосисок…
Прижимая трубку к плечу, принимается сдирать с коробки целлофан. В этот момент на кухню вбегает маленький мальчик в пижаме. Выхватывает у Машиной мамы из рук коробку конфет и убегает.
Мама. Пашенька, почему ты встал? Первый час ночи… Тебе же нельзя сладкого… Пашенька, золотце мое!..
Убегает за внуком, забыв телефонную трубку на столе.
Наталья Викторовна (в телефонной трубке). …алло, алло! Светочка, тебя не слышно!.. алло! Инт. спальня. ночь Горит ночник. Павел и Маша лежат на широкой кровати, обнявшись.
Павел (целуя ее в висок). Я не понимаю, почему ты так переживаешь из-за этого?
Маша. Теперь меня каждая собака в лицо будет знать… Павел, я уже в который раз отказываюсь от интервью, от съемок и прочего… а они забабахали эту дурацкую афишу!
Павел. Ну и что? Тебя должны знать — ты у меня талантище… да что я говорю — гений!
Маша. (Печально смеется, целует его, проводит пальцем по щеке. ) Колючий какой… (После паузы.) Я боюсь.
Павел. Ты же собственными глазами видела, как киллера сбила машина…
Маша. Киллер мертв, да… Но тот, кто дал ему указание убить меня, еще жив.
Павел. Столько лет прошло! Он давным-давно забыл о тебе, забыл, как ты выглядишь…
Маша. Я боюсь.
Павел. Не надо… я с тобой. Я люблю тебя. Все будет хорошо. Тот кошмар кончился и никогда больше не повторится…
Они засыпают, обнявшись.
Экст. мост. раннее утро
Идут дорожные работы. Издалека видно, как к мосту подъезжает кортеж из машин с мигалками.
Из первой машины вылезает господин Сидоров. К нему подбегает начальник дорожных работ, принимается что-то объяснять.
Господин Сидоров со свитой идет по направлению к бытовкам.
Инт./Экст. бытовка. утро
Кто-то из свиты господина Сидорова распахивает дверь.
Сидоров с выражением брезгливого недовольства заглядывает внутрь.
На топчане лежит таджик. Он встает, стукается головой о потолок, смущенно улыбается, кивает.
Господин Сидоров. Та-ак… По лицу все видно — кто, откуда, зачем… (Поворачивается к свите.) В Москве двенадцать миллионов человек живет — неужели своих рабочих нет?!
Начальник дорожных работ начинает что-то смущенно бормотать в свое оправдание.
Человек из свиты-1 (тихо). Вчера на заседании правительства этот вопрос обсуждался. Типа — доколе мы будем использовать рабсилу приезжих…
Человек из свиты-2 (тихо). Вчера обсуждали, сегодня уже в жизнь претворяем!
Господин Сидоров. Доколе?!. Доколе будет существовать подобное положение дел, я вас спрашиваю?.. (Начальнику.) В общем, так — чтобы завтра этих рож тут не было. Депортируем всех, у кого нет регистрации…
Свита бурно аплодирует.
А сейчас осмотрим непосредственно фронт работ. Экст. мост. утро
Господин Сидоров идет по мосту, чуть поодаль — свита и начальник.
Начальник продолжает угодливо объяснять что-то.
Господин Сидоров делает отстраняющий жест рукой — все остаются в некотором отдалении.
Господин Сидоров идет по мосту, осматривается. Становится рядом с фонарным столбом, на котором висит кашпо, бросает взгляд на афишу, отворачивается. Вздрагивает, снова смотрит на афишу.
Крупным планом — лицо Маши.
Господин Сидоров стоит неподвижно. Затем достает из кармана сотовый телефон.
Господин Сидоров (про себя). Надо же, она еще жива… Какая досада! (Нажимает кнопки на телефоне. ) …Алло! Инт. кухня маши. утро
Маша и Павел сидят за столом, по очереди кормят сына с ложки, смеются. Сын тоже хохочет. Маша пытается вскрыть кокос, у нее ничего не получается.
Инт. спальня мамы. утро
Мама мирно почивает в постели, прижимая к груди пустую коробку из-под шоколадных конфет. Поверх одеяла разбросаны фантики.
Прибегает Внук, пытается разбудить бабушку. Видит, что все конфеты съедены, горестно ревет. Заходят Павел с Машей. Смеются, по очереди целуют ребенка.
Экст. мост утро
Господин Сидоров стоит у столба, прижимая к уху телефонную трубку, смотрит на афишу. Опирается о столб.
Крупным планом — кашпо. Оно не закреплено.
Господин Сидоров. Алло, Костя? Слушай, тут тебе еще работенки прибавилось… Да, сам не ожидал… Короче, моя безупречная репутация под угрозой… (С досадой бьет кулаком по столбу. )
Кашпо внезапно покачивается и летит вниз на фоне панорамы Москвы — храма Христа Спасителя, Останкинской башни и т. п.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
