Поэтому, когда исследователь сказал: «Нет», капитан и помыслить не мог о том, чтобы сказать: «Да». И даже если бы он решился на это, команда почти наверняка взбунтовалась бы. Для капитана «Награда за Выдающиеся Достижения» — всего лишь блистающий диск, который можно повесить в кают-компании, а для команды — весьма существенная прибавка к жалованью, увеличение отпуска и пенсии. А этот исследователь сумел добыть их для команды трижды. Три раза из трех.
— Ни один из необычных миров нельзя оставлять неисследованным, — заявил исследователь.
— А что необычного в этом мире? — поинтересовался капитан.
— Предварительные пробы показывают, что на находящейся внизу замерзшей планете существует разумная жизнь.
— Ну, насколько мне известно, такие случаи бывали и раньше.
— Не видно никакой системы, — несколько смущенно сказал исследователь. — Я не знаю почему, но мне никак не удается увидеть логики в развитии жизни на этой планете. Мы должны изучить ее более тщательно.
На этом, естественно, все споры и закончились. В Галактике существовало по меньшей мере полтриллиона планетарных миров, если считать лишь те, что непосредственно связаны со звездами. А если добавить сюда множество миров, которые перемещаются по Галактике независимо, то это огромное число увеличивалось еще в десять раз.
Даже при помощи компьютера невозможно классифицировать все эти миры, но у опытного исследователя, не имевшего в жизни никаких других интересов, постоянно изучающего новые и новые отчеты об экспедициях, делающего статистические расчеты даже во сне, иногда возникает мистическая интуиция.
— Следует послать зонды по полной программе, — сказал исследователь.
Капитан даже не попытался скрыть своего негодования. Полная программа означала неторопливое изучение планеты в течение нескольких недель, а стоили подобные операции просто немыслимо.
И он попытался возразить:
— Неужели это необходимо?
— Думаю, да, — спокойно сказал исследователь, хорошо знающий, что любое его желание — закон для команды.
Зонды доставляли на звездолет множество разных предметов — ничего интересного, как капитан и предполагал. Разумные существа напоминали своих дальних родственников в пятом рукаве Галактики — что было довольно необычно, но могло представлять интерес лишь для узких специалистов.
Так или иначе, но местные разумные существа находились на первом уровне технологического развития — пройдут многие тысячелетия, прежде чем здесь можно будет найти хоть что-нибудь полезное.
Так капитан и сказал, не в силах сдержать свое недовольство, но исследователь, просматривая отчеты, не обратил на слова капитана ни малейшего внимания.
— Странно, — пробормотал он и призвал к себе торговца. Это было уже слишком. Преуспевающий капитан никогда не станет ссориться со своим исследователем, но существует предел всякому терпению.
И капитан сказал, стараясь говорить вежливо и даже дружелюбно:
— До каких пор это будет продолжаться, исследователь? Чего можно ожидать на таком уровне технологического развития?
— У них есть инструменты, — задумчиво проговорил исследователь.
— Камень! Кость! Дерево! Или соответствующие эквиваленты. Вот и все. Не вызывает сомнения, что мы здесь не найдем ничего интересного.
— И все же я чувствую некую необычность.
— А нельзя ли поинтересоваться, в чем она заключается, исследователь?
— Если бы я знал, как ответить на этот вопрос, капитан, то никакой необычности не было бы и мы могли бы прекратить дальнейшие работы. Да, капитан. Я вынужден настаивать на участии торговца.
Торговец был взбешен не меньше капитана, но у него имелось куда больше возможностей выказать свое неудовольствие. Его специальность была не менее важной, чем любая другая на корабле, а по его собственному мнению (оно совпадало с мнением многих других), работа его группы имела такое же принципиальное значение для экспедиции, как и вклад исследователя.
Капитан пилотирует звездолет, исследователь способен обнаружить интересные цивилизации по самым незначительным признакам, но окончательный успех зависит от торговца и его команды, которые вступают в контакт с чужаками, выискивая в их культуре все, что окажется полезным, а в обмен предлагают то, что нужно туземцам.
И это делается с большим риском. Ни в коем случае нельзя нарушать местную экологию. Запрещено наносить вред разумным существам, даже если речь идет о спасении собственной жизни. На то существуют весьма серьезные причины, и за свою опасную работу торговцы получали соответствующее вознаграждение, но зачем рисковать зря?
— Там нет ничего интересного, — заявил торговец. — По моим оценкам полученных отчетов выходит, что мы столкнулись с полуразумными животными. Их полезность равна нулю. А опасность весьма велика. Мы знаем, как вступать в контакт с представителями чуждых разумных рас — торговцы редко гибнут в результате общения с ними. Но никому не известно, как себя поведут эти животные — вы не забыли, что нам не разрешено даже защищаться по-настоящему?
— Эти существа, — возразил исследователь, — даже если они и в самом деле недалеко ушли от животных, сумели адаптироваться к ледникам. Я замечаю незначительные отклонения от обычной схемы развития и полагаю, что они не будут для вас опасны; более того — могут оказаться полезными. Я чувствую, что их стоит изучить более внимательно.
— Но что возьмешь с существ, живущих в каменном веке? — спросил торговец.
— Вот вы и отыщите ответ на этот вопрос.
«Конечно, — мрачно подумал торговец, — в результате придется отдуваться нам».
Он хорошо знал историю и цели межзвездных экспедиций. Когда-то, миллион лет назад, не было торговцев, исследователей и капитанов, а были только технология каменного века да предки — похожие на животных, над миром которых они сейчас кружили. Как медленно продвигалась вперед наука, развивался разум — до тех пор пока цивилизация не достигла третьей ступени. Тогда появились звездные корабли и разные культуры обогатили друг друга. Именно с этого момента и начинается настоящее движение вперед.
— Исследователь, я с должным уважением преклоняюсь перед вашей интуицией. Но в данном случае прошу довериться моему практическому опыту. Ни одна цивилизация, не достигшая третьего уровня развития, не может дать нам ничего полезного.
— А это, — возразил исследователь, — есть обобщение, в истинности которого я не уверен.
— И все же это так. Даже если местные полуразумные животные располагают чем-то для нас полезным — впрочем, очень трудно себе такое представить, — что мы сможем предложить им взамен?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
