Вот только средство имело сильный накопительный эффект и могло плохо отразиться на здоровье в дальнейшем, а потому молодые особы старались им не злоупотреблять.
— Я… ну…
— Не отвечай, прости. Я не ожидала такой просьбы, — прекратив перемешивать зелье, принцесса уставилась в светло-серую булькающую жидкость. — Неужели ты собралась…
— А почему нет? Вы осуждаете меня? — Ясмина подняла глаза и драконицы встретились взглядами.
— Не могу сказать… Нет. Ты меня смутила, — Алита залилась румянцев. — Да, сильно смутила. Неужели все… может… так быстро зайти далеко?
— Ну… А вдруг, — алхимик пожала плечами. — Зато я буду готова.
Повисла тишина, прерываемая лишь шипением прогораемых углей в камине, да лопанием пузырей на поверхности лечебного зелья.
— Ваше Высочество, вы прекрасно готовите любые снадобья, порошки, мази. У вас выйдет прекрасный полуночный отвар. Я бы приготовила зелье самостоятельно, но боюсь ошибиться. Я никогда его не варила. Да и работать с порохом и щелочами у меня получается гораздо лучше. Я очень прошу вашей помощи.
Второй раз за день Алита увидела молящий взгляд и, естественно, не могла отказать.
— Только я тоже буду готовить его впервые. Понимаешь, и я тоже могу ошибаться. И… мне нужен рецепт и всё необходимое.
— У меня все заготовлено, — обрадовалась Ясмина. — А еще его можно проверить при помощи лепестка розы. Он утонет, если зелье приготовлено правильно. И… Ваше Высочество, вы же никому не скажете об этом?
— Разумеется нет.
За любимым делом время пролетело незаметно. Алите нравилось заниматься зельеварением. Отчасти потому, что это напоминало ей кулинарию, по которой она соскучилась. Как и по Анне, по приемным родителям и тишине Громового замка. В отличие от отдаленного древнего замка на севере, Королевский дворец никогда не спал. Камергеры, горничные, пажи, гвардейцы, чиновники. Принцесса еще ни разу не проходила по роскошным коридорам так, чтобы никого не встретить. И следующее ранее утро не стало исключением.
Проснувшись в четыре часа утра, Алита собралась в подсобные помещения, где они решили сварить зелье, чтобы не привлекать лишнего внимания. Проблема с полуночным отваром заключалась в том, что его приходилось помешивать каждые шесть часов в течение суток. Поручать Ясмине такое дело драконица не захотела, та пунктуальностью не отличалась.
Застегнув пуговицы на груди голубого платья с коротким рукавом и причесавшись, Алита в утренних сумерках тихо выскользнула в коридор. Столь ранний час требовал двигаться тихо, и драконица бесшумно закрыла за собой. Развернувшись, она замерла на месте, уставившись на дверь, ведущую в покои Ады. Из проёма показался Герберт.
— Доброе утро, — склонив голову, поприветствовал вышедший гвардеец. Он также плавно и беззвучно прикрыл створку. Его одежда замялась, кривая «стрелка» на брюках бросалась в глаза. Длинные темные волосы были растрепаны, что не укладывалось в образ Герберта как дракона, что не выйдет на улицу без идеально уложенной причёски. На шее виднелась полоска из красных пятен.
— Д-д-доброе, — дрожащим голосом ответила Алита, явно не ожидавшая такой встречи. «И это с ним хочет пойти Ясмина… Он только что вышел из комнаты Ады».
— Любите гулять по утрам? — прозвучал вопрос, которым, судя по невинному тону, дракон пытался разрядить обстановку.
— Да, то есть нет. Я просто… Люблю утро, но не столь раннее. Мне нужно в лабораторию. У меня одно дело.
— Ваше Высочество очень увлечены наукой. Похвально, — Герберт двинулся в её сторону и остановился в паре шагов. От него пахло… сестрой, а точнее её духами: цветочный аромат которых невозможно спутать ни с чем.
— Спасибо.
— Вы прекрасная хранительница тайн. Надеюсь об этом вы тоже никому не расскажите?
— Ну что вы… Я… — Алита засмущалась, припомнив, что обещала не рассказывать о брошенном в почтовый ящик конверте, когда они гуляли до водяных мельниц в столице. Теперь на одну тайну стало больше.
Из-за угла показался лакей, который, естественно, увидел их.
— Не стоило начинать этот разговор, — усмехнулся Герберт, когда мужчина прошел мимо них. — Вы бы никому не рассказали, даже если б я не просил вас.
— Я надеюсь, что он не подумает будто бы мы… Ну…
— Я обо всем позабочусь. Запретить думать не получится, но говорить об этом он не станет.
— Хорошо, — кивнула драконица.
Они разошлись в разные стороны. Герберт ушел вслед за лакеем, принцесса направилась в сторону лаборатории, надеясь, что разговор между гвардейцем и слугой пройдет, как можно мягче.
Перед завтраком Алита навестила Аврору. Стоя напротив зеркала в спальне, сестра искренне радовалась полученному результату лечения фурункулов. Магия завершила дело, и теперь кожа на лице стала чистой и нежной.
— Я же говорила, зачем мне Малис, когда есть ты. Только посмотри на мое лицо, даже прежние высыпания прошли и мелкие рубчики. Отныне ты моя самая любимая сестра. Знаешь, что это теперь значит?
— Ммм… — протянула драконица, боясь представить, что сейчас ей скажут.
— Мы должны вместе придумать какую-нибудь гадость для Ады. Можешь сварить зелье, чтобы она вся покрылась прыщами? А то она шутит надо мной по этому поводу постоянно, — заговорщицки произнесла Аврора.
— Не совсем уверенна, то хочу играть в подобные игры, — Алита нахмурилась. «Выходит она и мне может какую гадость придумать. Ох уж это безделье».
— О, это ты еще не прониклась дворцовой жизнью. Ты, как наш брат, — вздохнула мелкая заговорщица. — Арис вечно занятой, а мог устраивать веселье, пикники или, скажем, завести любовницу. Вот что за король без фаворитки! У всех они были, я читала об этом в книгах.
— А каких книгах? — поинтересовалась Алита, попутно закупоривая банку с оставшейся мазью.
— Вот моя коллекция, — Аврора повела рукой в сторону книжного шкафчика с романами. — Хочешь возьми что-нибудь почитать.
— Я думаю, тебе стоит почитать исторические книги. Там более достоверные сведения о том, как жили короли в прошлом, — Алита подошла к двери, ведущей в приёмную, чтобы затем выйти из покоев сестры.
— В них написано, что за основу авторы брали историю. И вообще, будешь давать мне советы, снова станешь нелюбимой сестрой, — категорично бросила Аврора, картинно задирая нос к потолку.
Мягко улыбнувшись сестре напоследок, Алита покинула покои. «Велика честь быть любимой сестрой Авроры», — подумала драконица. «Зелье, Герберт, Аврора…» Она решила принять ванну перед завтраком, чтобы снять напряжение и переодеться в чистое.
Кабинет встретил её непривычной тишиной. Два дня назад Онику переместили в птичник. Серпокрылка подросла и уже не умещалась в клетке. К тому же ей требовались каждодневные часы лёта, чтобы окрепнуть и стать выносливее.
На письменном столе в хрустальной вазе стоял роскошный букет роз. Количество цветков не представлялось возможным сосчитать, так много их было. Рядом лежала толстая книга: двенадцать на восемь дюймов. Переплет из коричневой
