хочешь одеться? — указал я на обнаженные прелести пальцем, потому как за время своих исследований та вовсе забыла о своей наготе. — Я не против повторить наш сексуальный марафон еще раз, но надеюсь я буду в осознанном состоянии на тот момент. Или ты так и будешь трясти своими сиськами у всех на виду? Хочешь, чтобы не только я, но и те, кто за дверями тебя поимели?
— Ты… ты и так уже всё видел, — рассеяно отозвалась целительница, но затем её взгляд внезапно нахмурился и стал серьёзным. — Какими еще… с-сиськами? Я тебе корова, что ли, дойная? Какой еще с-сексуальный м-марафон? П-поимели? Да я… да я больше ни разу… с тобой! Да ты… ты хоть знаешь, что я…
Надо же, а шоковая терапия-то действует прекрасно.
Однако она вдруг прервалась и её затравленный взор обратился на дверь, затем та взглянула на себя и вновь на дверь и лишь пяток вдохов спустя до неё дошло, чего я от неё хочу.
— Лейтенант, нам еще долго ждать⁈ — раздался вновь нетерпеливый голос, но уже с толикой недовольства. — Мы не можем тут вечно стоять. Разговор очень срочный.
— Ты мерзавец! — зашипела Диана сквозь зубы.
Взгляд оголённой девицы резко заметался по сторонам в поисках одежды, но глаза её лишь натыкались на разорванные одеяния и не найдя ничего лучше та с ног до головы обернулась вначале простыней, а после и пледом.
— Я тебе… еще припомню, — мрачно пробормотала та. — Чтобы я вначале переспала с каким-то бывшим смертником, а после на глазах у других мужчин предстала голой!.. Прости меня, отец. До чего докатилась гордая дочь правит…
На последних словах целительница внезапно прервалась и поджала растеряно губы.
Удивительно. Как быстро она восстановилась. Не изнасиловали, а всего-навсего переспала. И о чем она там бормочет?
— Открывай, — поторопила та вдруг меня. — Живее. Они не посмеют меня тронуть. Я всё-таки твой трофей.
Странно. Как всё-таки быстро меняется настроение у женщин.
— Входи, — спокойно изрёк я, медленно поднимаясь с кровати. — Кто бы ты ни был.
В казарму, которая стала с некоторых пор нашим временным обиталищем, незваный гость ворвался весьма быстро, а выглядел в какой-то мере вполне официально. Ни доспеха, ни брони, а всего-навсего офицерский мундир с гербами. Впрочем, стоило ему сделать пару шагов вперед, как движения его вмиг замедлились, брови у неизвестного сатира невольно дёрнулись вверх и тот понятливо усмехнулся.
Внимательный взгляд уткнулся в полузасохшую кровь под ногами, затем он лихо оглядел вполне здорового меня с ног до головы, отчего клыкастая ухмылка стала шире, и под конец мазнул слегка любопытным взором по Диане, которая всячески отводила глаза в сторону.
— Вижу, что я не вовремя, но всё же прошу прощения за вторжение, лейтенант Ранкар. Рад, что вы в добром здравии и пришли в себя. Отдыхаете вы весьма… занятно, — хмыкнул мужчина, вновь глядя на кровь и полуразрушенные полы казармы. — Моё имя Кай, — представился незнакомый сатир. — Кай из доминирующего дома Мараал. Я одно из доверенных лиц лорда Мараала. Прежде чем…
Даже так? Целое доверенное лицо? Серьёзный подход.
Однако терат вдруг осёкся и с интересом оглянулся себе за спину. Впереди всех маячил, по-видимому, коллега самого Кая, а уже за ним столпились слегка взволнованные «Осколки», но завидев меня и дриаду, тотчас расслабились и расплылись в понимающих улыбках.
— Сеос, за дверь, — скомандовал поверенный помощнику, а после взглянул на бывших смертников. — Господа недавние приговорённые, а вы весьма не вовремя. Подождите.
Дверь захлопнулась по мановению руки сатира, и в этот самый миг от него засквозило магией… ветра?
Странно. Когда я стал понимать это?
Впрочем, хватило одного взгляда на прибывшего, чтобы осознать, что данный индивид не пальцем деланый. Опознавательные перстни и медальоны у него присутствовали. Причем сразу несколько, но рассмотреть их было невозможно. Вероятнее всего на них наложили иллюзию.
— Не всем так везет с трофеями, как вам, лейтенант Ранкар. Ой как не всем! Вы редкий везунчик, — указал он пальцем на вздрогнувшую Диану, которая плотнее укуталась в одеяло. — Еще будучи бесправным смертником в рабыни получили полноценную магиню Жизни. Так еще, скорее всего, иерихонскую аристократку. Как понимаю ночь у вас выдалась бурной, как в плане отдыха, так и в плане исцеления. Случайно, не желаете её… продать? — деловито осведомился он, оглядывая Диану будто та была породистой лошадью. — Так уж вышло, что я питаю… некую слабость к иерихонским дриадам. Я щедро заплачу.
От услышанного магиня Жизни внезапно вздрогнула, сглотнула и затравленно посмотрела вначале на меня, а после с брезгливостью на сатира.
— Пятая династия! Сколько злобы. Сколько презрения, — сдержанно ухмыльнулся терат. — Она и вправду аристократка. Точнее… была. Теперь она мне нравится еще больше.
— Не продаётся, — спокойно отрезал я, глядя как целительница облегченно выдыхает.
— Жаль, — разочарованно буркнул он, а после отчего-то нахмурился. — Позвольте узнать, что с вашей речью?
Проклятье! Еще один въедливый хрен на мою задницу.
— Получил тяжелое ранение в коллизии и частично врожденное. Мой трофей работает над исцелением денно и нощно. Если не ошибаюсь, вы пришли со срочным разговором, — поторопил я его, переводя беседу в иное русло, попутно опираясь спиной на стену и скрещивая руки на груди.
— Гемера свидетельница! Вы полностью правы, лейтенант, — наиграно встрепенулся терат. — Люблю вести беседы с деловыми людьми.
— Упасите меня от такого, уважаемый Кай, — стал я перенимать его манеру разговора. — Мне до вас как до луны. Для чего вам понадобился бывший бесправный смертник и простолюдин?
Не знаю, что именно его развеселило, но тот весьма заливисто рассмеялся. Даже утёр выступившие слёзы с глаз.
— Умете вы шутить, Ранкар. Мне понравилось, — сквозь смех изрёк он. — Боюсь, это устаревшая информация. За несколько дней вы добились невероятных высот. Некоторые аристократы из младших домов могут о таком только мечтать. Ваши достижения в Западном форпосте
