Читаем без скачивания Пощечина - Кристос Циолкас

— Это случилось до Пражской весны?

Ход был не самый тонкий, но ею внезапно овладел страх (а собственно, чего она испугалась? — рассердилась на себя Айша), что он намного моложе нее.

Арт усмехнулся:

— Задолго до того, разумеется. Я польщен. Мне сорок два. — Он многозначительно посмотрел на нее. — А что у тебя?

— Что? — растерялась она. Неужели он ждет, что она прямо за столом во всеуслышание объявит ему свой возраст.

— Какие у тебя этнические корни? — Поддразнивая ее, он умышленно протянул гласные в вопросе.

— Отец родился в Лахоре[120]. После раздела Индии его семья бежала в Бангалор[121]. Мать из англо-индийской семьи.

— Ты индуска?

— По происхождению. Но вообще-то я атеистка… — она широко улыбнулась, — если можно так выразиться.

— Тсс… — шепнул Арт. — Не вздумай сказать это нашим американским братьям и сестрам.

После того первого ужина они каждый день вместе садились на конференции. Каждое утро она, сама того не желая — это получалось само собой, — ждала его появления на завтраке в роскошном ресторане отеля «Хилтон». Конечно, они никогда не бывали одни. Рядом всегда находилась Ивонна, немногословная деловая француженка-ветеринар — ей было под пятьдесят, — с которой Айша очень быстро нашла общий язык. Также за их столиком сидели Оскар и Софи из Германии — оба были моложе Айши, — квалифицированные ветеринары, ныне работавшие в одной из крупных фармацевтических компаний. Арт был обходителен и обаятелен со всеми, но Айша видела, что его взгляд то и дело останавливается на ней, хотя сама она старалась на него не смотреть. Его взгляда она избегала отчасти потому, что понимала: флирт хотя и приятное занятие, но опасное — может привести к непредсказуемым последствиям. Его многозначительная улыбка, лукавство в глазах, знаки внимания, что он ей оказывал, вызывали у нее головокружение и удивительные ощущения, которые она никогда уж больше не надеялась испытать. В его присутствии она чувствовала себя как девчонка. Он не выходил у нее из головы.

Именно в то первое утро за завтраком она обратила внимание на его руки. Пальцы у него были длинные, ладони широкие и мягкие, обручальное кольцо — почти такое же, как у нее, — представляло собой простой ободок из чистого золота.

Айша купила последние номера журналов «Мэри Клэр» и «Вэнити фэйр», а также детектив английского автора, который ей когда-то нравился, и вернулась в зал ожидания. Почти все места по-прежнему были заняты ожидающими своего вылета пассажирами, но теперь досада и гнев на их лицах сменились унылым смирением. Молодая таиландка за стойкой лучезарно улыбнулась ей и выпалила:

— Ваш вылет через полтора часа, большое спасибо.

Айша в изумлении уставилась на девушку. Чему эта дура радуется? Ей захотелось громко выразить свое возмущение, но она сдержалась. Это только напугало бы таиландку и — при этой мысли она улыбнулась — укрепило бы девушку в ее предубеждениях, в чем бы они ни состояли, против индийцев. Никак не отреагировав на сообщение таиландки, Айша повернулась и пошла прочь.

Она заметила интернет-кафе и прошла прямо туда. Заказала белое вино, непомерно дорогое, но сейчас это не имело значения, взяла бокал, прошла к столику с компьютером и загрузила свою электронную почту. Гектор прислал ей короткое сообщение с подтверждением своего рейса на Бали. Адам с Мелиссой тоже прислали письма — простые, живые, с новостями о школе. Она скучала по ним. Она ждала этой поездки, мечтала отдохнуть от работы, от дома и даже от детей. Конференция предоставила ей такую возможность. Ей удалось на неделю отвлечься от роли матери, и это действительно было приятно, она вновь почувствовала себя молодой. Она вспомнила об Арте, и при мысли о нем также почувствовала себя желанной. Но когда она читала короткие неуклюжие письма своих детей, ее захлестнуло желание вернуться в реальный мир, вернуться домой. Она жалела, что согласилась поехать на Бали. Ей хотелось одного: оказаться дома за обеденным столом вместе с Гектором и детьми. Ей хотелось возиться на кухне, хозяйничать в своем доме, спать в своей постели. Но она согласилась на то, чтобы провести с Гектором неделю вдали от дома, и это была неплохая идея. Они с мужем давно, много лет, с тех пор, как родилась Мелисса, никуда не ездили отдыхать вместе.

Айша опять открыла сообщение мужа. Он подписался словом «целую». Возможно, Гектор все еще любит ее? А она его? Идея с отпуском и впрямь была неплохой, отпуск им обоим был необходим, но теперь она со страхом ждала близости с мужем. Давно они с Гектором не отдыхали вместе, и теперь она по-детски робела при мысли о том, что останется с ним наедине. Она надеялась, что он не заставит ее обсуждать с ним их совместную жизнь, их отношения, брак, семью. Она не знает, что сказать. Они вместе так давно, что другой жизни для себя она просто не представляет.

Как она и ожидала, сама конференция оказалась интересной лишь отчасти. Только на двух заседаниях из тех, на которых она присутствовала, она узнала нечто новое. Первое проводилось в день открытия, второе — в последний день конференции. На остальных заседаниях представители фармацевтических компаний рекламировали и продавали свою продукцию. Их деятельность ее не возмущала, ибо она понимала, что эти компании оплачивают ей хороший номер в отеле, завтраки, обеды и ужины. На первом заседании на нее произвело впечатление выступление швейцарской исследовательницы в области иммунологии. Та представила внятный доклад об иммунизации и домашних кошках, утверждая, что почечная недостаточность у кошек обусловлена — и тому есть доказательства — так называемой, по выражению докладчицы, «избыточной иммунизацией». Айша внимательно слушала выступление швейцарки, подтверждавшей ее наблюдения, сделанные за годы практики. Иммунолог предлагала вместо ежегодной вакцинации вводить взрослым кошкам бустер-дозу раз в два-три года. Представители фармацевтических компаний опротестовывали большинство выводов докладчицы, горячо настаивая на дополнительном изучении последствий увеличения межпрививочного периода. Как и многие из присутствовавших на конференции ветеринаров, Айша предполагала, что эти компании уже проводят такие исследования. Также было ясно, что, раз швейцарскому иммунологу позволили обнародовать свою концепцию, несмотря на противодействие фармацевтических фирм, наверняка обращавшихся в президиум с просьбой завернуть ее доклад, значит, швейцарка располагала убедительными данными. Айша быстро сделала пометку в своем блокноте: по возвращении домой она поговорит с Бренданом о введении нового режима вакцинации.

В последний день на заседании непосредственно перед закрытием конференции таиландский ветеринар и ученый представил отчет о клинических исследованиях по проблеме эпидемии птичьего гриппа в его стране. Информация была устрашающая, особенно данные по распространению заболевания. Айше, не являвшейся специалистом по лечению птиц, доклад таиландца показался пугающим и пророческим. Сложившиеся механизмы производства и экспорта продовольствия были залогом того, что подобные эпидемии рано или поздно затронут даже такой относительно обособленный континент, как Австралия. Когда таиландский ученый закончил свой доклад и почтительно поклонился аудитории, зал разразился продолжительными овациями. Громко аплодируя, Арт наклонился к ней и, теплым дыханием обдавая ее шею, шепнул ей на ухо:

— Нам п-ц!

Его непристойность ласкала слух.

Она была в ванной, собиралась на торжественный ужин по случаю закрытия конференции, когда в номере зазвонил телефон. Это был Арт.

— Можно к тебе зайти?

Она разволновалась. Ей следовало бы ответить отказом, следовало бы оскорбиться и сказать ему, что это не совсем прилично.

Он рассмеялся в ответ на ее молчание.

— Буду через полчаса.

Она кинулась назад в ванную. Накануне вечером она пораньше ушла с заседания, чтобы успеть на «скайтрейн»[122] до торгового центра «Гейсон плаза». Ивонна заверила ее, что там находятся самые лучшие магазины нижнего белья в городе. Вернувшись из торгового центра, сразу же пошла в салон красоты при гостинице — она записалась заранее, — где ей сделали эпиляцию в области ног и бикини. Это все для поездки на Бали, убеждала она себя. Айша надела нижнее белье и оглядела себя в зеркало — длинные ноги, смуглая кожа буквально светится, резко контрастируя с кипенной белизной новых трусиков и бюстгальтера. Она подняла волосы и выгнула шею. Гектор всегда говорил, что шея у нее лебединая, как у богини. Она смотрела на свое отражение в зеркале, отказываясь прятаться от самой себя. А она ведь прихорашивается для Арта. Но, сознавая истинный смысл своих действий, она еще не была уверена, что их флирт, заигрывания друг с другом увенчаются сексом. Как бы глупо они себя ни вели, они уже не подростки. В конце концов, ей ведь сорок, она замужняя женщина, мать, да и он тоже женат. Айша распустила волосы, упавшие ей на плечи, и стала накладывать тушь на ресницы. Боже, все-таки флирт — чертовски приятное развлечение.