Читаем без скачивания Боевые роботы Пустоши - Сергей Зайцев

Не сговариваясь, молчим. Все уже обсуждено, теперь лишь перебираю в уме, не упустили ли чего. Вроде все учли. К родственникам и друзьям мы сразу решили не наведываться, чтобы не вызывать ненужных осложнений. Нас там могли поджидать. Ведь Ктрассу все уже известно о нас и наших семьях, достаточно покопаться в местной Сети, чтобы выяснить все обо всем. Там нет только сведений о Хрусталитах, о них знает только узкий круг людей. Нам лучше вообще никому на глаза не попадаться, ни своим, ни чужим. Прежде всего – задание. На всякий случай сняли даже дактилоскопическую блокировку с пусковых механизмов всего взятого с собой оружия. Вдруг придется обмениваться в ходе боевых действий. Серьезное дело задумали. Опасное. Наверное, даже безумное. И еще неясно, что из этого получится. Жаль, что пришлось отказаться от услуг Дьюсид и усыпить ее в гостевой комнате. Ухан прав, ее опыт сейчас бы пригодился. Жаль. Очень. Возможно, мы делаем большую ошибку, но она – не из наших. Чужая. Зато ее временное устранение позволило загрузить в Чертог «Снайпера». Пусть полечится, лишней техники в боевых условиях не бывает.

У всех поверх лоцманов – «иждивенцы», Маране тоже нашелся экземпляр, Ухан привез с Сокты штук десять. Программа «мехвоина» включена и работает на всю катушку, хотя большей частью вхолостую. Не та специфика задачи. За эмоциональное состояние человека отвечает масса различных гормонов, полный контроль над физиологическими процессами достигается лишь в пилотском коконе боевого робота, при подключении всех систем жизнеобеспечения. Поэтому Марана пыталась возражать, доказывая, что «иждивенцы» сами по себе мало что значат, но мы с Уханом быстро ее убедили, что и такие сойдут. Лучше, чем ничего, Учитывая, что в качестве «диверсантов» мы до сих пор фигурировали только в развлекательных «гэпэшках». Кроме того, так гораздо спокойнее. Меньше тревог и сомнений, грызущих томящийся рассудок. Теперь, думаю, она и сама убедилась, что так – лучше. Что ни говори, а эмофильтр великое изобретение… разве что когда твой привычный эмоциональный фон значительно урезан, то чувствуешь себя, как… как неживой. Или заторможенный. Но к такому состоянию можно привыкнуть.

Глайдер все больше забирал вправо, следуя рельефу ущелья. Если продолжить путь дальше, то выход в долину откроется как раз к лазурным водам озера Нежного, но нам только до шлюза, ведущего в подземный туннель. По маршрутной схеме до него осталось не более километра.

– Идем вниз, – предупредил Ухан, первым нарушив затянувшееся молчание.

Повинуясь джойстику в его руке, глайдер начал плавно снижаться, одновременно сбрасывая скорость. Склон ущелья, проступавший на схеме наброском из изломанных линий, медленно подбирался к левому борту. Ворота шлюза, замаскированные в скальных складках, уже были совсем рядом. Радиощуп лоцмана с расстояния в двести метров вошел в управляющий блок защитной системы подземки, сбросил хранившиеся в памяти пароли, получил подтверждение. Все было в порядке. Никаких признаков взлома. Створки ворот разошлись, и Ухан аккуратно ввел машину в туннель – длинную прямую трубу из пластобетона, диаметром всего около трех метров. Гудение двигателей басовито усилилось в замкнутом пространстве, гул отражался от стен, корпус охватила мелкая вибрация. Связь с барражировавшими над ущельем имитаторами сразу оборвалась, блокированная скальной толщей, информационные окошки на виртуалке свернулись. Туннель значительно сокращал путь до Ляо, так как проходил сквозь основание горной гряды, которую иначе приходилось долго и нудно огибать по руслу ущелья. Дед как-то рассказывал, что похоронил под обвалами двух строительных роботов, прежде чем туннель удалось закончить, но дело того стоило. Длиной в пятнадцать километров, прямой, как лазерный выстрел, туннель доходил до особняка старейшины, располагавшегося на окраине города. Боковых ответвлений не существовало. Потому-то Дед, наверное, и окрестил подземку «стрелой». Все-таки старейшина Хокинав великий конспиратор – туннель проложен уже лет пятьдесят назад, а впервые всерьез понадобился только сейчас.

– Ухан, пошли двух «стрекоз» вперед, – распорядился я. – И сильно не разгоняйся, малыши не умеют летать так быстро, как глайдер.

– Сам знаю.

Ухан замедлил движение глайдера, два бимода расправили радужные крылья, застрекотали, набирая обороты, снялись с поверхности дроида и юркнули в открывшееся боковое окошко. Притаившаяся впереди тьма мгновенно поглотила их, но на виртуалке уже проклюнулись два новых визуальных окна, началась трансляция. Через минуту они удалились на полкилометра, и Ухан двинул глайдер вперед.

Почти прибыли. Я оторвал приклад излучателя от пола и пристроил его на коленях плашмя, затем включил питание и снял блокировку, чтобы в любой момент можно было открыть огонь.

– Надеюсь, перед Бункером нет засады, – поделился своими опасениями Ухан, – иначе наш поход закончится, так толком и не начавшись.

– Вряд ли. – Я пожал плечами, терзаемый теми же сомнениями, но не желая этого показывать. – Туннель не значится ни на одной схеме городских коммуникаций. Если только сами старейшины не рассказали.

Map наконец открыла глаза и выделенное для нее окошко на моей виртуалке проявило изображение – верхняя часть спинок передних сидений и наши с Уханом затылки. Плюс, естественно, часть лобового стекла, где на сером фоне поступавшего с инфрасканера изображения компьютер глайдера чертил каркасные линии самого туннеля, стремительно уносившиеся за корму.

– Не расскажут, – произнесла Map таким тоном, словно лично инструктировала старейшин по этому вопросу.

– Может, и нет. Но могли наследить Пигус с Грендом, – заметил я. – Они наверняка тоже воспользовались «стрелой», чтобы незаметно проникнуть в город.

– Если бы наши техники не так торопились уйти воевать, то сейчас были бы с нами. – В тоне Ухана мелькнула тень сожаления. – А так – неизвестно, где они сейчас и что с ними. Вполне возможно, что их уже нет в живых.

– Ухан, дружище, не напоминай мне о них, – сухо бросил я. – И слышать не хочу об этих засранцах. Тем более жалеть. Сами виноваты.

– Возможно, они и полные засранцы, но не предатели, – сказала Map. – He думай о них слишком плохо.

Меня немного удивило, что именно она решила за них вступиться. Это ведь ей пришлось подраться с Пигусом, даже пластырь из медпены накладывали на скулу. Куда вдруг подевалась ее обычная мстительность?

– Не предатели? – Я невесело хмыкнул. – Мне бы твою уверенность. Если они попали в плен… Когда ствол у твоей головы, думаешь уже не о том, кто прав, а как выкрутиться из сложившейся ситуации и остаться в живых. Действует безотказно, мне уже довелось на Сокте проверить. На себе. Запись я вам показывал.

– Хочешь сказать, что запросто выложил бы все, что знаешь, этим подонкам, невзирая на то, что от твоего признания пострадают другие? – В голосе Map не было язвительности. Но лишь благодаря «мехвоину». Мне ли этого не знать. Такой характер, как у нее, не исправит даже «иждивенец».

– Map, пойми одну простую истину – если я сейчас с геройским видом буду утверждать, что никогда не сделаю ничего подобного, то, скорее всего, солгу. Никогда не знаешь наперед, как все обернется на самом деле. Очень от многих факторов зависит, как себя поведешь. Если кого-нибудь из моих близких или знакомых пристрелят на моих глазах, может, я и разозлюсь до такой степени, что мне будет наплевать на собственную жизнь.

– То есть если ты попадешься, то запросто нас заложишь? Я тебя правильно поняла?

Честно говоря, я уже разозлился. Слегка. Насколько позволил эмофильтр. Нашла время проявлять свой норов.

– Map, солнышко, что это на тебя нашло? – озабоченно вмешался Ухан.

– Да так, ничего… Напрасно мы не предупредили Сонату о том, что затеяли. Она даже не знает, что мы ее оставили в РВЦ в гордом одиночестве. Если у тебя с Сонатой какие-то личные проблемы, то незачем впутывать в них нас с Уханом.

Я мысленно вздохнул. Так вот что ее заботит. Когда мы отбывали, Соната все еще находилась в «Сфере». Играла. И я не нашел причин прерывать ее занятие. От нее ничего не зависело, так зачем забивать ей голову ненужной информацией? Впрочем, Map просто волновалась, как и все мы, я ее понимал. Навалившееся с самого утра стрессовое состояние, с того самого момента, когда она привезла новости о захвате Ляо, до сих пор не ослабевало. Напротив, только усиливалось. Никакой «мехвоин» не заставит нас ощущать себя бесчувственными роботами, когда речь идет о нашей родной общине. Неудивительно, что у нас у всех здорово вымотаны нервы, и кое-кто готов лаяться по пустякам.

– Шутник в курсе, этого достаточно, – как можно тверже сказал я, чтобы пресечь дальнейшие разговоры по этому поводу. – Он позаботится о защите РВЦ в наше отсутствие. В крайнем случае заблокирует вход пенобетоном.