Пограничники, находящиеся за повозкой, вышли вперёд и уже направили свои винтовки на людей Григга. Троица мужчин, сидящих сзади, не была в пределах досягаемости. Один из них соскочил с повозки и кинулся к задней двери таверны, но она была заперта. Выстрел в ногу умерил его прыть и убедил всех в том, что сопротивление бесполезно. Натан собрался успокаивать лошадей, опасаясь, что они могут поднять много шума. Но лошади были обучены стойко переносить громкие звуки, поэтому просто подняли вверх головы. Натан всё ещё держал вожжи, чтобы не дать Григгу возможности уехать. Оливи сразу же поднял руки вверх. Григг сделал то же самое, но очень медленно. Он всё ещё мог дотянуться до своего револьвера, спрятанного в брюках, но так много винтовок, направленных ему в лицо, делали его шансы весьма сомнительными.
Натан направился к Григгу, но Арнольд схватил его за руку и дёрнул назад, чтобы кто-нибудь другой спустил Григга с повозки и конфисковал его оружие.
- У нас есть его признание. Обвинение будет включать в себя и убийство.
Чёрт возьми, но ведь это нисколько не помогло Натану почувствовать себя лучше!
- Просто дай мне пять минут с ним наедине, - попросил Натан.
- Не подлежит обсуждению. Я не смогу повесить мертвеца.
- Одну минуту, только одну.
Пристально посмотрев на Натана, Арнольд неохотно кивнул:
- Но не секундой дольше.
Григг сжал свои кулаки, когда понял, что должно было произойти. Но он не был бойцом. В его стиле было выстрелить кому-то в спину, послать разобраться своих людей или же драться с использованием различных грязных приёмов. И он попытался драться грязно, выхватив припрятанный нож, когда уклонялся от первого удара Натана. Но что бы ни сдерживало Натана, это не включало в себя осторожность. Он бросился на нож в ту же секунду, как увидел его, выбил ножик из рук и отшвырнул подальше. После этого попытки Григга и вовсе стали жалкими. Натан даже позволил Григгу свалить себя на землю, чтобы бой пошёл хоть немного на равных, но этого не случилось. Он не получил никакого удовлетворения от избиения человека без сознания, которое Григг потерял от первого же удара кулаком в его лицо. На это не потребовалось даже минуты.
ГЛАВА 48
Джудит и Джек ехали на бал в отдельном экипаже, родители сопровождали их в карете, которая следовала прямо за ними. Вооруженный эскорт Джек, состоящий из четверых мужчин, ехал вместе с девушками. Жаклин находилась под их присмотром даже тогда, когда они вернулись в Лондон. Хотя четверо мужчин и были одеты в ливреи11, но они были слишком большими и мускулистыми, чтобы выглядеть как простые слуги. Джеймс настоял на присутствии вооружённых охранников, и они были приставлены к ней на неопределённый срок. Джудит подумала, что, должно быть, именно из-за этого настроение Джек было совсем не радостным. Она не любит быть зажатой в рамки, какими бы эти рамки ни были.
Она взглянула на Джек, которая смотрела в окно. Они обе были сегодня просто обворожительны. Наряд Джек был из тёмно-розового шёлка, но верхний слой из белого шифона создавал впечатление того, что платье было выполнено в нежных пастельных тонах. Даже её драгоценности были розовыми: розовый кварц и бриллианты.
Наряд Джудит был совсем новым, его заказали на следующий день после того, как они вернулись домой. И это несмотря на то, что у неё ещё осталось полтора десятка платьев, которые она даже не успела ни разу надеть. Но она не протестовала, ведь знала, что покупки успокаивают её мать, а Рослин нуждалась в успокоении, после того как ей рассказали, что произошло. Новое платье было выполнено в любимом цвете Джудит – бледно-голубом. Добрая половина её гардероба была выполнена в этом цвете. Но в своих нарядах она использовала и более тёмные оттенки синего, что для её юного возраста было очень смело. Рослин не возражала против этого, когда увидела, как гармонирует этот цвет с глазами её дочери. И, конечно же, Рослин купила ей целые горы новых ювелирных изделий. Так что этим вечером её наряд дополнялся изумительными сапфирами.
- Ты сегодня выглядишь великолепно, Джек. Как бы я тоже хотела носить розовый, как и ты, но мама думает, что он делает меня бледнее. Эй, ты слышишь меня?
- Что?
Джудит вздохнула.
- Я хочу, чтобы ты рассказала мне, что случилось. Ты либо витаешь мыслями где-то далеко, либо закрываешься от меня. И чаще закрываешься. Если бы у тебя ещё и глаза были красными, то я бы подумала, что ты прошла через то же, через что я прошла с Натаном. Так что случилось?
Джек фыркнула.
- Поверь мне, когда я влюблюсь, я буду это знать. И ты будешь это знать. Об этом будет знать каждый, ведь я потащу его прямо к алтарю, с пинками и криками, если будет необходимо. И мой отец мне поможет в этом.
Джудит не могла не улыбнуться той картинке, которую создало её воображение.
- Очень хорошо. А я уже начала волноваться, что ты слишком привязалась к Квентину.
- Я могла бы, если бы мы провели больше времени вместе, но нет. Ублюдок всё испортил.
Джек до сих пор называла своего похитителя этим именем, и каждый раз злилась, когда кто-то упоминал его. Не просто раздражалась, а действительно очень сильно злилась. И сейчас Джек снова начинала накручивать себя, поэтому Джудит не собиралась и дальше давить на неё, ведь гнев – это последняя вещь, которую стоит брать с собой на бал.
Вместо этого Джудит сказала:
- А что насчёт всех этих новых лордов, которые ухаживают за тобой с тех пор, как мы вернулись?
- Пока ничего. Но мы ведь и не спешим, помнишь?
Как она могла забыть? Они ведь договорились не влюбляться в ближайшее время, это был их чётко продуманный план. Поэтому она сделала ещё одно предположение, кивая в сторону крыши кареты, где ехал эскорт из телохранителей:
- Тебе ненавистны эти меры предосторожности, так ведь?
- Мои охранники? Нет, на самом деле, они достаточно милые ребята.
Джудит исчерпала все свои идеи, поэтому попыталась применить тактику своей матери:
- Жаклин Мэлори, ты прямо сейчас расскажешь мне о том, что беспокоит тебя. Я настаиваю!
Джек снова фыркнула и Джудит это воодушевило. Её фырканье было нормальным.
- Я не люблю быть такой беспомощной, какой была там. Это заставило меня возненавидеть тот факт, что я родилась женщиной!
Джудит опешила. Она никогда бы не догадалась, что проблема была в этом, но теперь она поняла. Джек всегда всё держала под контролем, всегда была лидером, всегда уверена в себе и своих возможностях. Потерять этот контроль, даже на короткое время, это для неё был словно приличный удар под дых.
