Как-то раз, прохаживаясь по территории форта, Бак увидел, как к лейтенанту Кларку подошёл индеец в полицейской форме и принялся объяснять что-то на языке жестов. Эллисону не было нужды приближаться, дабы понять суть разговора. Индеец предупреждал офицера о том, что Неистовая Лошадь готовился к покушению на генерала Крука, с которым должна была произойти встреча в ближайшее время. Ничего конкретного индеец не сообщил, только одно — озлобленный вождь намеревался убить генерала.
Дождавшись конца разговора, Эллисон приблизился к Кларку.
— Прошу прощения, — заговорил он быстро, — но с кем вы сейчас разговаривали, лейтенант?
— Я обязан отвечать вам, сэр? — удивился Кларк недовольным голосом.
— Разумеется, не обязаны, — согласился Бак. — Но я видел ваш разговор. Этот краснокожий обвиняет Неистовую Лошадь в том, чего тот не может совершить.
— Видели разговор? Вы знаете язык жестов?
— Да. Я долго жил с Лакотами. Я прекрасно знаю Неистовую Лошадь.
— Как ваше имя?
— Эллисон. Оно не скажет вам ничего. — Бак равнодушно пожал плечами.
— А как вас называют они?
— Далёкий Выстрел.
— Неужели? Это имя мне приходилось слышать. Вы воевали на их стороне?
— Я жил с ними с детства. Они — моя семья. Я воевал, когда моя семья должны была защищаться. Не пытайтесь выставить меня в дурном свете. Я не предатель, я не срывал с себя погоны и никогда не носил синей формы. Более того, я имею все основания ненавидеть армию. Солдаты убили мою жену.
— Ладно, оставим эту тему. Что вам не понравилось в словах Женского Платья?
— Так это был Женское Платье? Я не узнал его с остриженными волосами. Раз это он, то я понимаю, почему он обвиняет Неистовую Лошадь. — удручённо покачал головой Эллисон. — Он давно точит зубы на вождя… Вы поверили ему?
— Скорее, нет, но я всё-таки вынужден принять меры. Неистовая Лошадь слишком раздражён, и я полагаю, он может совершить какую-нибудь глупую выходку. — Кларк повернулся, чтобы уйти.
— Не верьте Женскому Платью, лейтенант!
— У меня, конечно, нет оснований верить ему, Эллисон, но у меня нет оснований верить и вам, — бросил офицер через плечо.
Бак чертыхнулся.
— Они затравят его, вынудят взяться за оружие и после этого упрячут за решётку! Проклятые свиньи!
Некоторое время Бак стоял в нерешительности, затем быстрыми шагами направился к своему коню. За его спиной пропела труба горниста. Небо очень быстро темнело, продолжая светиться красными полосами только у самого горизонта. Вспрыгнув в седло, Эллисон погнал коня к лагерю Неистовой Лошади.
В палатку вождя он вошёл стремительно, не объявив постукиванием о шесты снаружи, как это полагалось по этикету.
— Я давно не видел твоего лица, — едва заметно улыбнулся Неистовая Лошадь.
— Да, мы давно не встречались.
— Ты хочешь поесть? У меня теперь нет свежего бизоньего мяса. Я могу предложить тебе только эти чёрствые лепёшки, которыми нас кормят здесь, — сказал вождь.
— Я не голоден, брат. Я пришёл с дурным известием. Женское Платье распускает слухи, что ты готовишься к мятежу и хочешь убить генерала Крука.
— Убить его? Зачем? Что это даст мне или моему народу? — с едва заметным удивлением произнёс вождь. — Смерть этого Бледнолицего не вернёт нам стада бизонов и не возвратит нам былые пространства равнин. Нет, брат, я не намерен никого убивать. Я устал. Моя война завершена. Я сделал всё, что мог. Я держал моих людей вдали от Бледнолицых ровно столько, на сколько хватило моих сил.
— Я говорю не о твоих чувствах, а об их чувствах! Послушай меня! — Бак повысил голос. — Они задумали посадить тебя в тюрьму! Ты хочешь в тюрьму? Если нет, то ты должен предпринять что-нибудь.
— Я подумаю, — кивнул Неистовая Лошадь. — Ты останешься на ночь у меня в палатке?
Эллисон бросил быстрый взгляд на жену вождя, которая сидела, закутавшись в тёмное одеяло и глухо кашляла — она была тяжело больна.
— Нет, не хочу мешать тебе. Я зайду к тебе завтра.
Когда на следующий день Эллисон появился у Неистовой Лошади, он был возбуждён больше прежнего.
— У меня плохие новости, брат, — начал он с порога.
— Разве новости могут быть хуже тех, которые ты принёс вчера?
— Могут. Сегодня я разговаривал с одним из белых переводчиков, который постоянно крутится возле Белой Шляпы. Он был выпивший и не мог держать язык за зубами. Вот что он сообщил мне, брат. Сегодня в полдень Белая Шляпа встречался с вождями, в преданности которых он уверен.
— Зачем?
— Они обсуждали, как расправиться с тобой. В конце концов Белая Шляпа велел им выбрать наиболее надёжных индейцев, которые могли бы убить тебя. Он обещал заплатить за твоё убийство триста долларов и подарить свою лошадь. Ты хочешь знать имена вождей? Красное Облако, Маленькая Рана, Красная Собака, Молодой-Человек-Который-Боится-Лошадей, Нет Воды…
— Опять этот проклятый Нет Воды, — хмыкнул Неистовая Лошадь. — Моя жизнь не даёт ему покоя.
— Там присутствовал знакомый тебе Гроард-Хвататель. Там был и сам генерал Крук.
— Значит, генерал не хочет разговаривать со мной, — заключил вождь. — Мне надо уезжать.
— Если ты покинешь резервацию, тебя обвинят в нарушении закона. Ты не можешь уехать отсюда, иначе в тебя станут стрелять, — сказал Бак.
— В меня готовы стрелять уже сейчас. — Он поднялся на ноги и оглянулся на свою жену. — Я поеду к моему дяде.
— К Крапчатому Хвосту?
— Да. Я вижу, что Красное Облако не хочет видеть меня в своём агентстве. Он боится меня.
— Крапчатый Хвост прогонит тебя, — предупредил Эллисон, — он дорожит своей репутацией.
Бак оказался прав. Крапчатый Хвост, когда Неистовая Лошадь появился на территории его агентства через несколько дней, вежливо попросил племянника уехать обратно и вести себя тихо. Вождю ничего не оставалось делать.
На пятый день осени Неистовую Лошадь ждали в форте Робинсон. Отряду индейской полиции, посланному за вождём, было велено сообщить ему, что с ним встретится в форте генерал Брэдли. Все напряжённо ждали приезда Неистовой Лошади. Индейцы жались к забору и внимательно следили за дверью деревянного строения, из которого периодически выбегал лейтенант Кларк в сопровождении Гроарда-Хватателя. Изредка в дверях появлялся майор Ли, жуя что-то бледными губами. Повсюду бродили Лакоты в одежде полицейских, постукивая пальцами по прикладам винтовок и строго поглядывая на соплеменников. Среди них Бак узнал Маленького Большого Человека, как всегда важного и гордого. Но под маской холодного величия Бак разглядел на лице этого краснокожего немалое волнение.
