Архимаг Андарес только сейчас закончил держать речь перед Большим Советом, и теперь, стоя в центре этого круга, вздернув голову вверх, всматривался в лица своих коллег, глядящих на него с недоверием. Большинство из них уютно расположились в своих ложах и весь их вид говорил, что они его даже не слушали, другие же архимаги перевесились через перила и публично выражали сомнение в способностях Андареса трезво оценивать обстановку. И поняв это, рыжий юноша перевел взгляд поверх их голов, туда, где над жерлом башни проносились белые дымки облаков.
Однако полюбоваться синим небом, постоянно прикрывающимся белым пледом, ему не дали. Стоящий рядом с ним консул, сбросил с себя бесстрастный вид судьи и обратился к замершему Залу:
– Этот человек, – разнесся по башне усиленный заклятьем голос, – считает, что Совету грозит смертельная опасность. Более того, он предлагает нам отказаться от принятого плана и не высылать наши войска навстречу Князю, а стянуть силы в Столицу Всех Королевств.
Он замолчал. Ухоженная бородка стала с вызовом поворачиваться к архимагом. И Зал замер словно застыл во льдах. В мертвецкой тишине Андарес слышал стук собственного сердца. .
В других обстоятельствах архимаг, пожалуй, восхитился бы почти мистической силой риторики этого человека, умению вести мысли не самых глупых людей в угодную себе сторону. Этот человек – выборный глава Совета, стал консулом всего несколько месяцев назад, а уже завоевал доверие не только в узком кругу членов Совета, но и среди собрания всех архимагов именуемое Большим. Вот только сейчас Андарес воспринимал слова, голос и манеру консула себя вести за скучный пафос. Ведь этот человек на поверку оказался не столь уж и умен, раз не захотел услышать доводы Андареса.
И вдоволь насладившись тишиной образовавшейся в паузе его речи, Консул небрежно подправил красную тюбетейку, и еще раз указав резным посохом в сторону Андареса, закончил свою мысль:
– Вы сами слышали речь сего человека. Так скажите мне, стоит ли к ней прислушиваться?
– Не-ет! – звучным хором отозвался зал, и Андарес даже удивился столь бурной реакции архимагов.
То ли им всем уже осточертел совет и они хотели побыстрее отсюда убраться, то ли они действительно невзлюбили Андареса за «малодушие и паникерство», но дородные правители королевств вели себя будто мелкие купцы на базаре.
Консул вновь обратил твердый взор на архимага:
– Кан-Андарес, ты еще настаиваешь на том, что нам необходимо сидеть в обороне и бросить все другие города и королевства на поживу легионам демонов?
– Именно так консул, – согласился Андарес, – это единственный шанс одолеть Князя.
В зале вновь начал нарастать гомон, но он тут же пропал, как только консул поднял глаза на балконы. Затем Андаресу показалось, что у него появился шанс убедить – консул задумался, позволил своей руке неосознанно погладить бороду… но опомнившись, покачал головой.
– Взгляни наверх Кан-Андарес, – попросил он. – Что ты видишь? Нет… не облака. Ты видишь четыреста лож, в каждой из которых восседают архимаг и три магистра. Находящейся в этом Зале силы хватит чтобы перевернуть мир, превратить гору в песок, или выжечь весь материк. Ты говоришь, что мы не сможем уничтожить какого-то Князя Демонов? Но это утверждение полная чушь – давно прошли времена, когда люди не могли дать отпор этим отродья мрака. Мы архимаги. Мы всесильны. И не забывайте об этом никогда.
Зал одобрительно загудел, а Андарес лишь в последний момент удержал шею готовую преклонить голову.
– Под столицей сейчас находится пять тысяч солдат, – продолжил консул. – Добавим к ним сотню членов Большого Совета с их магистрами и отправим это войско навстречу Князю. Этих мер вполне хватит, чтобы уничтожить демонов без каких-либо потерь среди нас. Верно ли я говорю?
Архимаги захлопали в ладоши – знак полного согласия.
Похоже, все вокруг были уверены в исключительных силах Совета. Впрочем, Андарес считал вполне справедливым утверждение о том, что четыреста архимагов с магистрами могут перевернуть мир. Но он точно знал, что этой силы недостаточно для уничтожения Князя, тем более с охраной целого легиона демонов. Перед его глазами до сих пор стояли неуязвимые для его заклятий одержимые воины, и невозможно-мощное заклинание брошенное в него Князем. Если бы он не портанулся, его бы ждала незавидная участь. Самое странное, что соглядатаи доложили что Альтаир каким-то образом умудрился уцелеть… Впрочем он уже устал удивляться чудесам связанным с этим демоном, и просто принимал наверну все что его касалось, даже те вещи, которые невозможны… Вообще невозможны. Даже теоретически.
Он хотел еще раз рассказать о силе Князя, о его невиданном легионе, но в ответ удостоился лишь гневных выкриков – сотни людей собираясь вместе, почти всегда превращают любой совет в балаган, и видимо архимаги иммунитетом к подобному отнюдь не обладали.
– Мы сочувствуем тебе! – перекрикивая шум сообщил консул. – Мы сочувствуем твоей потери Санганара, однако это не повод для паранойи…
Андарес понял что сейчас у него отберут «слово» и действуя на опережение, сделал еще одну попытку заставить архимагов опомниться:
– Если вы уже приняли решение отправить на убой пять тысяч солдат и сотню архимагов, то я не стану вас далее отговаривать. Но я прошу назначить главнокомандующего этого войска Кан-Альтаира…
– Не тот ли это демон, о котором ты нам рассказывал? Опомнись Андарес! Ты хочешь чтобы магов Большого Совета вел в бой Демон?! Надеюсь у тебя есть причина этого немыслимого пожелания?
– Почему я предлагаю его на роль главнокомандующего? – переспросил Андарес. – Ну, хотя бы потому что он великий воин, лучший маг из всех известных мне, а кроме того он Демон – он лучше всех нас разбирается в видах низших демонов, тактиках легиона и в сильных и слабых сторонах Князя. Скажите, кто еще обладает…
– Достаточно! Мы услышали достаточно. Твое предложение было рассмотрено и отклонено. Демон никогда не будет указывать магам Совета. Займи свое ложе Кан-Андарес.
Архимаг при всем желании, не мог воспротивиться и не выполнить требования главы Совета покорно и безмолвно. И портанувшись в сове ложе, на самый верх башни, он тяжело рухнул в кресло. Обходительный Юран молча протянул ему чашку тонизирующего чая, а двое других магистров с каменными лицами застыли подле кресла.
– Проклятые дураки, – в сердцах уронил Андарес, с ненавистью глядя на ложа архимагов. – Самоуверенные ничтожества!
Тем временем, не глядя на разъяренного архимага, далеко внизу под ним, по пустой арене задумчиво прохаживался консул. Наконец, он поднял голову и озвучил свое решение:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
