Джек выпрямился. Горячность, вызванная алкоголем, исчезла, оставив только усталость, но отчаяние никуда не делось. Что же он пропустил?
За окном день сменился вечером. По улице проносились машины с зажженными фарами.
«У тебя заканчивается время. Думай!»
– Интересно… – сказал вдруг Расселл и указал на что-то в новом окне. – Двадцать первого июня в пять сорок вечера на наш номер горячей линии поступил звонок.
– Не понимаю.
– Этот номер публикуют в желтых страницах, на телевидении и в газетах. Если вы хотите получить данные по нашим системам, о нашей компании, то звоните на этот бесплатный номер, который автоматически переключает вас на центральный офис в Далласе. Трубку берет служащий, который отвечает на вопросы.
– Там указано, по какому поводу звонил Бомон?
– Нет, но я могу выяснить. – Он вошел в основную базу данных компании. – Вот, вторая линия, видите? – Расселл показал на строчку на экране.
Нервное возбуждение, охватившее Джека, заставило волосы на его затылке зашевелиться.
Роджер Бомон звонил на горячую линию по поводу техподдержки. Служащая, некая Кароль Р., сделала запись в журнале, что Роджер Бомон забыл код, а поскольку у него не было под рукой номера местного отделения компании, то он позвонил по горячей линии, номер которой нашел в газете. Ему дали номер отделения в Ньютоне, которое устанавливало и обслуживало Карен Бомон.
«Только это был не Роджер Бомон! Карен Бомон как раз из-за него и установила их систему безопасности».
В окне, в последней колонке, Джек увидел телефонный номер. Он не соответствовал номеру, который был в предыдущем окне. Он показал на номер и спросил:
– Как вы его нашли?
– Когда кто-нибудь звонит по горячей линии, автомат определяет номер звонившего, даже если его нет в списке. Каждый раз, когда вы звоните на бесплатный номер или используете Интернет, кто-то собирает кусочки информации о вас, чтобы продать ее. То же касается ваших кредитных карт. Все абсолютно законно. С телефонами хуже всего. Когда вы используете телефон, ничего нельзя скрыть.
У номера на экране компьютера код района был 603, то есть звонок поступил из Нью-Гемпшира.
Даффи уже просмотрел, что у него было на Роджера Бомона. Он жил в доме в Медфорде, штат Массачусетс. Это была его единственная собственность.
Песочный человек не мог знать о системе определения номера, которая была установлена в компании «Приоритет-1».
«Он позвонил из дома, потому что ему не нужны были свидетели. Так его никто бы не услышал, никто не видел, как он работал на компьютере. Дома он чувствовал себя уверенно. В безопасности».
По номеру телефона Джек мог вычислить адрес.
– Можно мне получить распечатку этого?
– Без проблем, – живо согласился Расселл. – Что-нибудь еще?
– Вы не хотите, чтобы ваше имя попало в газеты?
– Боже! Нет, конечно!
– Тогда никому не рассказывайте о нашем разговоре.
Глава 65
Дом найти было несложно. Так как Песочный человек был подключен к базе данных пациентов, технику Скотта Миллера не составило труда вычислить с помощью сканера сигнал мобильного телефона, который привел их сюда, в убежище Песочного человека в Нью-Лондоне, штат Нью-Гемпшир. Место было выбрано идеально – единственный дом в конце улицы. Кругом никаких фонарей. Ближайший сосед жил в километре от него. Сам дом был трехэтажным зданием с большими окнами и гаражом на три машины, а позади дома, примерно в трехстах футах от веранды, увитой ползучими растениями, располагался причал, который вел к сараю для лодок.
Алан Линч присел в рощице неподалеку. Ночь была абсолютно темной. Было нестерпимо душно и страшно докучали комары. Он поднял бинокль, оборудованный прибором ночного видения, и посмотрел на дом.
Все шторы в окнах второго этажа были опущены, за исключением двух, в которых горел свет. Одна из штор была поднята на три четверти. В просвет Алан видел кресло, кусок подлокотника которого был обтянут черным, а возле него клавиатуру ноутбука, стоявшего на столе.
Алан убрал бинокль и вытер вспотевшее лицо рукавом камуфляжного костюма. Песочный человек, пациент по имени Габриель Ларуш, не зря выбрал это уединенное место. Соседей, которые могли бы видеть, когда он приходит и уходит, рядом нет. В таком большом доме он мог хранить значительное количество взрывчатки и компьютерного оборудования, украденного из федерального здания в Сан-Диего. Деньги Гарднера обеспечивали ему уединение.
«И успех нашего дела», – подумал Алан. Было темно, жителей рядом нет. Все, что им надо было сделать, так это проскользнуть внутрь, обезвредить Ларуша и уйти. Газетчики не узнают подробностей этой операции. Через несколько секунд проблема будет решена.
Алан почувствовал, что напряжение последних нескольких недель начинает спадать. Все складывалось просто прекрасно. Жизнь налаживалась. Очень скоро он сможет вздохнуть спокойно.
«Но надо еще найти Флетчера!»
Все в свою очередь.
Он направился вверх по пригорку к темной дороге, где стоял черный фургон, в котором ждал Фрэнк Брангардт, руководитель элитного подразделения ФБР по освобождению заложников.
Окна в фургоне были завешены плотной черной тканью, чтобы не пропускать блеск экранов компьютеров. Брангардт, высокий мужчина мощного телосложения, сидел перед цветным экраном. Отряд расположился по обеим сторонам дома, и изображение с их приборов ночного видения попадало напрямую на экран перед Брангардтом, который не оторвал от него взгляд даже тогда, когда в фургон влез Алан.
– Наш мальчик занят все тем же? – спросил Алан.
– Ответ отрицательный. Он просто сидит там, – ответил Брангардт. У него был глубокий голос, который, однако, звучал странно, словно он пытался говорить через воду. – Мы прикрепили к одному из окон оптоволоконный датчик. Он сидит в кресле, смотрит телевизор. Все, что мы видим, – это его затылок, черные штаны и туфли. На столе возле него ноутбук и мобильный телефон.
– Он двигается?
– Нет. Мне кажется, он задремал.
Брангардт и его команда знали только то, что их позвали обезвредить Песочного человека, который был ответственен за взрыв здания в Сан-Диего. Брангардт понятия не имел о связи Ларуша с федеральной исследовательской программой.
– Мы наблюдали за остальной частью дома с помощью этого, – сказал Брангардт и щелкнул переключателем.
На экране передняя часть дома потемнела, потом ее заменило изображение человека, лежащего в кресле. Его тело светилось синими, красными и желтыми пятнами тепла – тепловидение. Брангардт выбрал тепловую сигнатуру Песочного человека.
– Мы уже провели термальное сканирование всего дома, – пояснил Брангардт. – Система кондиционирования дома включена, потому сигнатура хорошо выражена. Наш мальчик один. – Он повернулся к Алану. – Немного странно, что человек, который взорвал наше здание и убивает целые семьи, может позволить себе такие хоромы.
– Он украл деньги. Миллионы.
– Впрочем, нам это на руку. Нас никто не заметит, и все пройдет без сучка без задоринки.
– Вы планируете штурм?
– Слишком рискованно. Он – спец по электронике. Живя в одиночестве, он мог обеспечить периметр какой-нибудь системой защиты. Он мог установить датчики движения на двери и окнах. Возможно, даже подключил противомоскитные сетки к системе безопасности. Если он узнает о нашем присутствии, даже если ему покажется, что что-то не так, у него будет время среагировать. А может быть, он заминировал дом.
– Вентиляция в доме работает. Вы можете пустить газ и усыпить его.
– В этом случае тоже возникает вопрос реакции. Если ему станет нехорошо, он может включить сигнализацию, которая подключена к бомбе. Этот парень любит взрывчатку. У него была бомба, которая взрывалась с помощью телефонного звонка. Кто знает, что у него здесь.
– Он не самоубийца.
– Я не хочу шутить с семтексом или С-4. Мы войдем незаметно.
– В какой точке?
Брангардт щелкнул другим выключателем, и на экране возникло изображение фасада дома. Он нажал на часть крыши с левой стороны.
